Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

Заблокировав удар свободной рукой, я двинул ему ногой под колено, а когда он начал заваливаться, добил кулаком в челюсть. В качестве палача он, возможно, был неплох, а вот боец отвратительный. Теперь надо припрятать тело до поры до времени. Схватив за шкирку, я затянул его в ту же комнату, из которой оно появилось, и захлопнул дверь снаружи.

Вроде бы не зашиб, и это хорошо. Искать виноватых в смерти этого наемника будут куда тщательней, чем человека, его вырубившего. Тем более что, очухавшись, он сам расскажет о чумазом незнакомце. Вот пусть его и ищут. А искать будут. Не верю я, что парень этот случайный залетный псих. Точнее, в том, что он псих, я не сомневался — резать людей на лоскутки, оставаясь при этом нормальным, не получится.

Сомнения были насчет случайности — малышка, что сейчас трясется в коридоре, без сомнения, была та самая, обидевшая некоего вельможу Розалин. Видимо, придуманного впопыхах наказания ему показалось мало. Подумаешь, круглые сутки трахать будут не вынимая — решил усугубить по-максимуму. Мстительная сволочь. Теперь стало понятно, почему бездействует охрана.

— Что сидишь, топай, пока целая. Или ты продолжения ждешь? — отворачиваясь, кинул я сидевшей на полу девушке и направился в свой номер.

Мне тоже стоит поторопиться — вдруг этот маньяк-профессионал очнется раньше времени, или кто решит проверить, почему жертва не орет боли и ужаса. Зайдя в номер, я бросил сумку в угол, разделся и, подойдя к умывальнику, начал оттирать с лица краску и копоть, когда услышал легкий скрип открывающейся двери. Встрепенувшись, я резко обернулся, готовясь к драке... Какого черта я не замкнул дверь? Сражение откладывалось — в комнату тихо, словно мышка, проскользнула Рози. Увидев меня в полуобнаженном состоянии, та, нисколечки не смущаясь, начала стягивать с себя остатки изодранной одежды.

— Ну и что ты делаешь, дура? — задал я резонный вопрос.

— Вы же меня звали, сударь. Разве вы не изволите меня трахать? — пискнула она.

Вот тебе и манеры выпускницы элитного училища для куртизанок. И что в словах «Топай, пока целая» могло навести её на мысль, будто я позвал её совокупляться? То, что девчонка особым умом не отличалась, я догадывался и прежде, однако сейчас эти предположения заиграли новыми красками.

— И тебя ничего не смущает? — язвительно спросил я.

— Лучше уж здесь с вами, чем там с ним… Страшно, — чуть шептала пискля, застыв с обрывками платья в руках, не понимая, что ей делать дальше. — Зачем он...

В её тихом голосе сквозила паника.

— А чем ты думала, когда затевала ссору с господином? — не теряя времени, я продолжал переодеваться, раздумывая, как с ней поступить.

Опять единственный свидетель моего перевоплощения? Какой-то злой рок, не иначе.

— Я… Я думала… Хотела… У меня в контракте не прописано! Лорд Фицджеральд не имел на это права! — до нее начало доходить, что неадекватный клиент — это не трагическое стечение обстоятельств.

Ну что за бестолочь — она еще и имя его трепет, каждому первому незнакомцу...

— Думала? — не смог сдержаться я. — Ни хрена ты не думала... Твои желания заканчиваются там, где они встречаются с деньгами и властью. Ты пустышка, ничто. Тебя учили удовлетворять желания самцов, а ты вдруг решила подумать?

Девчонка беззвучно всхлипывала, сообразив, что второсортный притон — это не самое страшное из того, что ей уготовано. Как есть голышом, она снова уселась на задницу и разревелась. А ведь хороша чертовка. Тело — самый сок. Хороша даже когда плачет... Особенно когда плачет! Так и хочется... А груди? Как они маняще подпрыгивают в такт её всхлипываниям...

Ммм... Было бы время, я бы от её предложения не отказался. А может... Помотав головой, я отогнал наваждение и, закончив одеваться, запихнул грязную одежду в сумку с деньгами. Что дальше? Оставить всё как есть я не мог.

— Здесь есть черный ход? Стоит убраться отсюда подальше, пока тебя не хватились! — вывел я девушку из ступора своим заявлением.

— Нет... Не знаю... Я тут второй день. Может быть, позвать охрану? — размазывая слезы, спросила она.

— Думаешь, они не в курсе? — мне не удалось сдержать насмешку.

— Меня не отпустят? — пискнула она, снова заливаясь слезами.

— Отпустят. Рыжий обещал только личико «подправить». Жить будешь как наглядный пример того, что бывает с тупыми зарвавшимися сучками.

Сказав это, я осознал, что постараюсь вытащить эту дуру отсюда. Но только в том случае, если это не будет мне стоить слишком дорого... Демонова Лин со своими дурацкими песнями. А еще я понял, что зря сказал именно это — Розалин накрыла тихая истерика. Девушка бесцельно металась по номеру, не реагируя на мои слова. Пришлось поймать ее и надавать по щекам.

— Замри, дура! — злобно прошептал я, и та застыла с выпученными глазами.

— Я… Не… Хочу… — задыхалась она.

— Заткнись и кивни, если хочешь отсюда выбраться целой.

Глубоко вздохнув, она резко мотнула головой, а я продолжил:

— Многого от тебя не потребуется. Молча делаешь то, что я говорю, и если я услышу хоть слово без разрешения, лично верну твою смазливую рожицу тому дегенерату. Понятно?

Девушка быстро закивала, не решаясь открыть рот. Так даже лучше. План сложился сам собой. Я ведь здесь не один кувыркаться должен, а с дамой? Той самой таинственной незнакомкой, которую променял на Рози, а значит, никаких подозрений наше отбытие вызвать не должно. Главное — как-нибудь скрыть приметное личико куртизанки. Да и остальное тоже — мой взгляд то и дело задерживался на ее аппетитных формах.

Оглянувшись, я сразу обнаружил искомое — занавеску. Яркая, желто-красная, с узорами, она показалась мне отличным одежным материалом. Изуродовав её ножом, уменьшая в размерах, я обернул Розалин в подобие цветастой бодистанской длинной юбки.

Заставил надеть мою успевшую пропитаться потом белую рубаху, подвернув на ней рукава. А из остатков прозрачной юбки, срезав с «котелка» поля, соорудил подобие шляпы с вуалью. Не самый редкий аксессуар для дамы, тайно посещающей бордель в Кроссерс. Результат получился так себе, но видали и хуже.

— Эй, приятель, там в соседнем номере звуки… будто режут кого, — я притормозил у стойки, чтобы вернуть ключи лысому клерку, пока Розалин беспрепятственно просеменила мимо.

На лбу очкарика проступила испарина. Он мгновенно забыл не только о моей спутнице, но и чуть было вовсе