Погоня за судьбой - Ди

— Это точно единственный вариант? — Я почесала в затылке. — В пустыне обитают не очень дружелюбные твари, и мне не особо хочется встречаться с ними нос к носу…

— Я всё понимаю. Но за нужную тебе информацию придётся пойти на некоторый риск. И ты будешь не одна — я выделю людей.

— Я и так не одна. Но лишние руки, конечно, не помешают…

Альберт встал из-за стола, давая понять, что наш разговор близится к завершению.

— В таком случае послезавтра утром я буду ждать тебя у транспортного депо Олиналы. Провизия, оружие и транспорт к тому времени будут готовы.

— А что за транспорт? — поинтересовалась я, поднимаясь следом за ним.

— Багги. Вам нужно будет пересечь пустыню.

— Багги, говоришь? — протянула я, вспоминая выгрузку из «Фидеса», его просторный ангар и технику, которая была доставлена перед самым отлётом с Земли. — Оставь багги себе, у нас есть кое-что посерьёзней…

Глава II. Подбивая баланс

… Торговый док Новой Венеции был гигантской мутной лужей, кишащей судами. Они громоздились, покачивались, с шелестом тёрлись друг о друга и норовили влезть одно на другое, словно стая разноцветных моржей, греющих бока на тесной льдине.

Люди ловко скакали с борта на борт, таская на себе огромные тюки, потемневшие от времени сети с каким-то барахлом внутри, видавшие виды дощатые ящики и картонные коробки. Тут же, по внешнему периметру мостков под матерчатыми навесами, расположились торговцы.

— Ну, Данила, и где же твой корабль? — окликнула я своего попутчика, разглядывая буйство красок в прямоугольной бухте — оранжевые буи, пёстрые тенты, разноцветные и ржавые борта.

Нам только что возвратили оружие — мой пистолет-пулемёт вернулся в сумку, а Данила сунул за пояс неказистый шестизарядник. Сзади, как тень, дышал в затылок молчаливый охранник, приставленный к нам до самого отплытия — на всякий случай. Мой попутчик окинул взглядом водный базар, посветлел лицом и неопределённо махнул рукой.

— Вон она, моя красавица! — сказал он и направился вдоль мостка, рассекая толпу, как бульдозер.

В гуле хаотичной людской массы тонули зазывные крики, пахло рыбой, пряностями и пóтом. Обеими руками прижав к животу рюкзак, я пробиралась сквозь шумную толпу за Данилой, и вскоре мы добрались до серпантина и спустились к самой воде. Лёгкие волны лениво облизывали доски, поросшие бордово-изумрудным ковром скользких водорослей.

В сторону распахнутых створок шлюза, протискиваясь через узкий коридор средь лодок, еле-еле тащился крупный тупоносый баркас с высокими бортами. Наполовину свесившись с его носа, могучий толстяк в промасленной капитанской фуражке хрипло матерился на судёнышки помельче и требовал расступиться, грозясь отправить их владельцев на дно, на корм ракам.

Запрыгнув на ближайшую лодчонку, Данила помог мне взобраться на борт и, показывая чудеса эквилибристики, принялся уверенно перемахивать с одного судна на другое. Я старалась не отставать, еле удерживая равновесие на танцующих под ногами посудинах. Наконец оттолкнулась от последнего борта и, подхваченная крепкими руками Данилы, очутилась на короткой палубе небольшого аэроглиссера болотного цвета.

В задней его части, будто уши, торчком стояли два решётчатых пропеллера, а спереди закрытая кабина выпирала вперёд, словно утиный клюв.

— Ну как, нравится? — с гордостью спросил Данила, открывая дверцу и впуская меня внутрь.

— Очень, — честно ответила я, пробираясь сквозь узенький проход вперёд, к паре кресел под обтекателем.

Кабина была забита под завязку ящиками, тюками и мешками. Пилот отвязал швартовочный трос и плюхнулся рядом. Поплевав на ладони, сунул ключ в зажигание и провозгласил:

— От винта!

Затрещал стартер, мотор громко чихнул, выплюнув сизое облако дыма, и взревел, словно газонокосилка. Один винт начал раскручиваться, набирая обороты и наполняя воздух басовитым гулом. Следом за ним ожил второй, обдувая спину.

— Теперь главное — никого не замять! — крикнул сквозь гул моторов Данила и принялся аккуратно выруливать из закутка.

Ювелирно миновав все препятствия, обогнув разнокалиберные торчащие носы, он провёл гидроплан через створ ворот. Давешний баркас уже выползал на большую воду, а мой пилот крутанул штурвал и по крутой дуге рассекая волну, совершил обгон…

Над водой висел густой туман, и Данила ежесекундно поглядывал на экран сонара, ориентируясь во мгле исключительно по приборам.

— Итак, мы на свободе. Штурман, прокладывай курс, — полушутливым тоном приказал он и выудил из бардачка старую, видавшую виды карту.

— Нужно обойти Сайрен с юга и дойти вот досюда. — Я указала точку на юго-восточной окраине города, сверившись с электронной картой Такасимы.

— Да тут совсем рядом, — махнул рукой Данила. — Я-то думал, тебе надо куда-нибудь под Ингу… Доберёмся за полчаса.

Деревня, укутанная непроглядной дымкой, осталась позади, и сбоку пополз отдалённый берег, а редеющий туман начал рваться на клочья, словно грязная вата. Данила закрыл обтекатель, поддал газу и вздохнул.

— Вот так решишь перед отъездом деньжат поднять, а тебя обставит мешок жира с одышкой. Надо было мне на армрестлинг пойти, там бы я им всем руки пообломал. — Он продемонстрировал крепкий бицепс, взглянул на меня искоса и вопросил: — Ну, рассказывай, кто ты такая? Чем добываешь на хлеб?

— Тебе-то что? — буркнула я. — Деньги свои получил обратно, поможешь мне в ответ — и на этом всё — разбежимся, как в море корабли.

Он помолчал, глядя на набегающую воду.

— Просто интересно, кого я везу. Ты ж не местная… и не торгашка. Беглянка, может? Те себя по-разному ведут.

— А ты, значит, всяких повидал?

— Всяких. — Он бросил на меня короткий, оценивающий взгляд. — Кто от войны бежит, кто от долгов, а кто… от себя. Ты — не от войны и не от долгов. Так что ты тут делаешь?

«И вправду, что я тут делаю?» — подумала вдруг я. — «Охочусь? Или убегаю?»

Вопрос застрял в голове, как заноза. Я сжала зубы — отвечать не хотелось, а по позвоночнику побежал холодок — дрожь от дьяволова сока. Он обострял звуки — плеск воды, гул мотора и каждое слово Данилы звучали громче, чем должны. Громче, чем хотелось.

— Слушай, болтовня — не мой конёк, — отрезала я, глядя поверх его головы, и мой голос прозвучал резче, чем обычно.

— Да уж, заметно… Ладно, в душу лезть тебе не буду, — легко сказал он, смахивая с лица волосы. — Ты только, главное, себе не ври. Обычно это боком выходит.

Я лишь хмыкнула, а он замолчал и сосредоточился на управлении судном.

«Он знает», — думала я. — «Знает про Слесаря, про сок, про то, зачем я сюда притащилась… Нет, глупость, конечно… Откуда?»

На