Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

— Наконец-то! — жарко прошептала она и полезла к каждому обниматься по очереди. В пылу её чувств досталось даже Кирсане, а Пиявку она вообще не отпускала секунд пятнадцать, пока та не начала требовательно пищать.

— Уж простите за весь этот балаган, — выдохнула Кетрин, когда наконец отпустила нашего медика. — Положение обязывает, сами понимаете.

— Понимаем, понимаем, — важно кивнула Пиявка. — Как твоя нога, девочка моя?

Кетрин улыбнулась, вытянула ногу и задрала подол платья, демонстрируя то, что совсем недавно было жуткими ожогами. Лечение не просто пошло на пользу — оно буквально сотворило чудо! Вместо обугленной до трещин кожи осталось лишь несколько бугристых шрамов, которые чётко очерчивали силуэты пересаженных кусков кожи.

— Врачи сказали, что через неделю и шрамов почти не останется, — похвасталась Кетрин, опуская подол. — И всё благодаря вам!

— Только не надо снова обниматься! — Пиявка шарахнулась прочь от девушки. — А то ты меня задушишь и в следующий раз я уже не смогу тебе помочь, с твоим-то талантом влипать в неприятности!

— А что за неприятности вообще? — поинтересовалась Кирсана, улучив момент. — Я тут новенькая, так что не знаю всех подробностей.

— О, это очень интересная история! — засмеялась Кетрин, полезла в ближайший барный ящик и достала оттуда бутылку шампанского, которая прямо на глазах покрылась холодными капельками. — Но рассказывать её без шампанского — это грех, так что давайте сначала выпьем!

Вылетела пробка из бутылки, тронулся гравикар, а мы, смеясь и перешучиваясь, пересказали Кирсане всю историю нашего с Кетрин знакомства и дальнейших приключений. Сейчас, под ледяное шампанское, в комфортном и безопасном синем салоне, в компании Кетрин, которая, кажется, впервые за всё время нашего общения улыбалась не злобно и мстительно, а открыто и радостно… Да, сейчас вся эта история казалась нам забавной и в чём-то даже нелепой — в общем, именно такой, какие и рассказывают в кругу друзей под ледяное шампанское.

И как будто не было погони по железному городу Роки-младшей, не было безумного забега по коридорам «Альбедо» с практически рожающей женщиной на закорках, не было раскалённого недостроенного города, на фоне которого даже тепловые сигнатуры невидимок не распознавались, не было текущего в воздушную систему особняка газа, выписывающего смертный приговор сразу всей верхушке рода Макоди…

Как всегда — история превращается совсем не в то, чем на самом деле была в моменте…

— Охренеть! — только и смогла произнести Кирсана, когда мы закончили перебивать друг друга и наконец досказали весь сказ. — Хоть приключенческий роман пиши о всех этих событиях!

— Так уже пишут! — радостно ответила ей Кетрин. — Взяли у меня несколько интервью о всех этих событиях и взялись написать об этом книгу! Так и будет называться — «Защитники Даллаксии»!

— Про Администрацию только там не упоминай, — тут же посерьёзнела Кирсана. — Ну, ту часть, где она якобы помогала Макоди. Не стоит.

— А, вот уж на кого точно плевать! — Кетрин махнула рукой и откинулась в кресле. — Администрация Даллаксии теперь вообще не указ. Помните про рутений? Я оказалась права — Макоди договорились обменять его на помощь в перевороте. Естественно, администраты отрицали её наличие, но при этом готовы были заключить аналогичную сделку уже со мной, что как бы намекает…

— А ты? — Кирсана вопросительно приподняла брови.

— А я их нахер послала, вот что я! — засмеялась Кетрин, взмахнув бокалом. — И заключила сделку по рутению с несколькими корпорациями, которые готовы были платить втрое больше! Мало того, я договорилась с ними о защите, потому что однажды уже убедилась на собственной шкуре, насколько хорошо Администрация соблюдает правило невмешательства. Так что теперь наша планета под защитой флотов сразу трёх корпораций, не говоря уже о наших собственных силах! Даже не представляю, что теперь нужно сделать администратам, чтобы снова повлиять хоть на что-то, происходящее на поверхности Даллаксии!

— Получается, ты кругом вышла победителем? — улыбнулся я.

— Ну, почти, — Кетрин потупилась. — Было несколько попыток бунтов среди сторонников Макоди, пришлось их подавить самым жёстким образом, чтобы другим неповадно было. Часть населения планеты покинула её — но совсем немного, три процента. Для тех же, кто остался, ситуация даже улучшилась — бюджет получил огромный прирост за продажу рутения, а населения стало меньше, как следствие, все зажили лучше. Не хочу хвастаться, но мои рейтинги сейчас выше, чем когда-либо у какого-то из правителей Даллаксии. И всё это благодаря вам, как я не устану повторять! Всё, что у меня есть — считайте, что есть и у вас тоже, и если вам понадобится помощь любого плана — продукты, деньги, детали, что угодно, вы только намекните, и вся Даллаксия будет рада вам помочь! За вас, друзья мои!

Она слегка подняла бокал в нашу честь и осушила его.

— Ты говоришь — корпораты, — напомнила Пиявка, когда бокал опустел. — А как на это отреагировала Администрация?

— Да наплевать мне! — Кетрин моментально посерьёзнела и покачала головой. — Администрация для меня теперь — такой же враг, как были Макоди. Не знаю, была это частная инициатива какого-то глупца, или вся система прогнила насквозь, но их прямое нарушение нашего суверенитета, нарушение нейтралитета — это всё равно что объявление войны. Одной планетой против такой структуры, конечно, не попрёшь, но это не значит, что я не буду вообще ничего делать. Я буду разрушать Администрацию как получится, а если не получится её разрушать — то буду хотя бы вредить! Пусть даже она этого не замечает, даже отлично, если она этого не замечает! И это одна из причин, не важнейшая, но одна из важнейших, почему я не стала продавать им рутений. Чем хуже для Администрации — тем лучше для меня!

Я не удержался и взглянул на Кори. Потом — на капитана. На Магнуса, Пиявку, Кайто, и даже Кирсану.

И они все взглянули на меня в ответ.

И у всех них в глазах я прочитал одно и то же.

— Знаешь, ты правильно сказала — в одиночку не попрёшь, — медленно начал я, следя за реакцией Кетрин. — В одиночку это почти что самоубийство.

— Я знаю, — вздохнула Кетрин и моментально сникла, опустила плечи и покрутила в руках пустой бокал. — Знаю и жалею, что у меня так мало сил…