Газлайтер - Григорий Володин

— Да, конечно! Простите меня, Ваше Багровейшество! — Химериэль развернулся и поспешно вышел, едва не сбив напольную вазу, ни разу не оглянувшись. За ним поторопился и Ламар.

Властелин остался стоять в тишине, глядя в спину убегающему. Его лицо не изменилось.

— Я не могу снять этого ничтожества с титула лорд-губернатора, — произнёс он, не глядя на стоявшего рядом Ауста. — Сильно поторопился с назначением. Но если уберу его сейчас — подданные начнут думать, что я сам не разбираюсь в своих вассалах и меня можно водить за нос. А я не могу позволить такую роскошь. Что ж, это придётся исправлять иным способом.

Он повернул голову:

— Призови лорда Питона. Пусть фактически, пока неофициально, он возглавит кампанию против огромонов.

* * *

Сначала я, конечно, наслаждаюсь выражением лица Семиреля. Он белеет буквально на глазах, судорожно хватается за связь-артефакт, начинает в панике обзванивать гарнизоны, пытаться связаться с комендантами сторожевых крепостей. Рот шепчет команды быстрее, чем он успевает их осмысливать.

Я усмехаюсь, перекидываясь взглядом с леди Гюрзой, которая, к моему удивлению, почему-то искренне радуется провалу лорда-губернатора. Её улыбка почти детская — будто это не политическая катастрофа, а весёлый розыгрыш. Неужели леди правда болела за меня, а не просто играла? С чего такая честь, интересно?

Впрочем, веселюсь я недолго.

Наблюдать, как дроу-лорды сами угождают в собственные ловушки, — занятие увлекательное. Но пора и делом заняться. Смеяться можно будет позже.

Через Ломтика подключаюсь к наблюдению на границе. Щенок возникает на парапетах крепостей и осматривается. Картинка в мозгу собирается по кусочкам — одна, другая, третья точка. Огромоны действительно уже на границе. Посты дроу падают один за другим. Без Мастеров там никто и часа не держится.

Я тут же бросаю мысле-речь Дибурду и Хмену:

— Собирайте отряды. Уходим в лагерь.

Вслух, уже отворачиваясь:

— До скорого, лорды и леди.

Семирель вскидывается, голос срывается:

— Куда вы уходите, король Данила⁈ Вы же сами сказали первым, что у нас война! Вы должны перейти под командование лорд-губернатора, а в его отсутствие — в моё как его заместителя.

«Ого, как он раскудахтался, Даня», — бросает Настя по мыслеречи, которая рядом с Лакомкой уже садится на спринтов. — «Звезду поймал, что ли? Какое нам дело до их сражений?»

Согласен с женой. Мне были выгодны демонстративные бои по разным причинам, но уходить в подчинение дроу по своей воле? Ищите дураков в другом месте.

Останавливаюсь на полуобороте и говорю спокойно, даже почти вежливо:

— Я защищаю Молодильный Сад, сир. Согласно договору с Багровым Властелином. Остальное — не в моей зоне ответственности. Удачи вам в вашей войне.

Семирелю нечем крыть, потому он затыкается и возвращается к обзвону патрулей. Напоследок только обещает передать все мои слова Химериэлю.

Помедлив, поворачиваюсь к леди Гюрзе. Голос нарочито безразличный:

— Леди, вы здесь не по причине войны и не обязаны участвовать в той неразберихе, которая сейчас начнётся. Если хотите — могу предоставить вам защиту в своём лагере.

Черноволосая девушка колеблется. Взгляд чуть удивлённый, будто не ожидала от меня такой вежливости. Потом чуть склоняет голову:

— Я вряд ли могу воспользоваться вашим предложением, король Данила…

И тут вдруг вмешивается Гагер.

— Миледи, думаю, это замечательное предложение. Иди, моя невеста, сейчас же. Король Данила только что доказал, что его люди сильны. Семь побед из девяти — это достойный показатель! Он обеспечит твою безопасность.

Неужели мы с Гагером в чём-то сошлись впервые? Что-то в его голосе меня настораживает. Слишком уж он поддерживающий. Не в его духе. Гюрза, судя по лицу, тоже заметила неладное, но, тем не менее, кивает:

— Раз вы настаиваете, лорд Гагер…

Я даю мысленные команды — и вся наша группа — жёны и Змейка — через пару минут уже в седле, образно говоря (образно — потому что седел у спринтов нет). Лакомка, Настя усаживаются на лошадей. Гюрзу сажаю за собой на Белогривого. Змейку — к Насте.

Хищница, взбираясь на лошадиное, бросает на Гюрзу быстрый взгляд и порыкивает ей:

— Фааака…

Гюрза краснеет, но делает вид, что не услышала, и тут же молча берёт меня за пояс обеими руками — ведь леди надо за что-то держаться.

Минуты спустя мы уже въезжаем в лагерь. Войско пешим ходом подтягивается следом.

Я первым делом заезжаю на леваду — огороженное пастбище для боевых скакунов. Спешиваюсь, помогаю сойти с Белогривого и Гюрзе. Указываю леди на Брусничку:

— Можете покататься вокруг, леди. Только не отходите далеко от лагеря.

— Спасибо, король, — расцветает дроу, поправив единственную непослушную алую прядь, которая постоянно падает ей на лицо.

По мысле-речи бросаю Белогривому:

— Присматривай за девушками. Если что случится — сразу докладывай.

Отправляю сигнал Лакомке, Дибурду, Хмену — собираемся в моём шатре.

А сам иду туда, где, как огромный забытый бог, дремлет древозверь. Энт всё ещё в состоянии вынужденной дрёмы, но я не питаю иллюзий — рано или поздно он проснётся. Но до этого ещё есть время подготовиться.

Направляюсь в шатёр. Внутри уже все на месте: Дибурд возвышается, скрестив руки; Лакомка рассеянно листает блокнот; Настя жует жвачку; рядом притулился Дед Даса; а Змейка, как всегда, умудрилась достать кофе.

— Мазака-кофе, фака, — сообщает она, протягивая кружку с видом великой благодетельницы.

— Спасибо, — киваю коротко и делаю глоток. Горячо, крепко, с корицей — я даже моргаю от неожиданности. Когда только успела сморганить? Кофемашинки в лагере нет, а на турке за пять минут не сваришь.

Мысленно вызываю Ломтика — он остался на границе, должен наблюдать за огромонами. Но что-то он не спешит с откликом.

И тут воздух над столом колышется — тень раскрывается в небе, как мятая бумага, и из неё вылетает нечто металлическое. Орёл. Птица сверкает в полёте и почти сразу летит прямо в нас.

Дибурд срабатывает молниеносно — ловит её на лету. Такой проворности от грузного тавра и не ожидаешь. Следом из портала выпрыгивает и сам Ломтик, довольный, сияющий, язык набок, хвост метёт ковёр.

— Это специально ты его нам перекинул? — уточняю.

— Тяв! — подтверждает кудрявый, гордо виляя хвостом.

— Ну, может, и пригодится, — предполагаю, перехватывая орла ментальными щупами.

Стираю остатки старых настроек, вычищаю память, перелистываю последние записи. Да, это тот самый наблюдатель, что сопровождал лорда-губернатора во время гонки. Я его ещё тогда избавил от привязки к