Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Ты из наших? — узник задыхался от волнения. — Я погибаю. Помоги мне выбраться к солнцу, в последний раз вдохнуть ветер дороги, а не это болото, которое и в горло не лезет!

— Почему, в последний?

— Мне обещали, что покину темницу только после смерти. Король держит слово.

— Ты его знаешь? — спросил Дик у принцессы.

Вереника испуганно помотала головой, не решаясь внимательно посмотреть на невысокого человека, одетого выше пояса только в шрамы. Он не до конца побледнел от подземной тьмы и сырости, на его темной, дубленной ветрами коже ещё сохранялся след солнца.

— Ты меня не помнишь, принцесса? — он провел рукой по груди, где слева светлел глубокий звездчатый шрам от чего-то круглого и зазубренного. — А когда я старался достать до сердца коронкой твоего детского скипетра, надеялся, ты меня не забудешь! О, королевская память! — он хрипло рассмеялся.

— Я была ещё маленькая, — отвела глаза Вереника. — Я не понимала. Мне сказали, что ты сломался и всё.

— Так и есть, — с горькой насмешкой ответил бродяга. — Сломался. Я много чего пережил. Никогда бы не подумал, что меня может довести до края такая малявка, как ты! Почти год каждый день жалею, что не умер тогда. Но, ничего, уже скоро. Скоро я буду свободен.

— Скорей, чем ты думаешь, — шепнул ему Дик, и они пошли дальше по коридору.

________________________

[1] (прим. Лины) В школе мы тысячу раз пытались выстроить ответ, а что главное для рыцаря? Мне больше всех нравился вариант "уметь не договариваться", то есть, не уступать злу, как бы оно ни уговаривало, что так всем будет лучше. А сам Дик недавно ответил, что главное, не стать равнодушным к бедам других людей.

Именно в этом он себя сейчас и обвиняет.

Глава 26

— Этого я помню, — указала на высокого тощего парня принцесса. — Этот мальчик прыгал через скакалку, пока не сломал ногу! Что с тобой стало, почему ты здесь? Мне сказали, ты ушел домой.

— Мне тоже так сказали, — плаксиво ответил молодой крестьянин, который совершенно не сумел сохранить человеческий облик в подземелье. — Замковый лекарь помог мне сложить вместе кости, и меня обещали отпустить. А держат здесь вот уже четыре месяца!!

— А меня два года! — послышалось из другой темницы.

— А меня, три!

— Это всё твои старые игрушки? — холодно спросил Дик. — Дальше. Поищем и для меня свободное местечко.

— Перестань! Я пришла узнать, — громко спросила принцесса, так что эхо раскатилось под сводами темниц, — сильно ли вы меня ненавидите? Настолько сильно, что не смогли бы простить, если даже я отпущу вас?

Всякий шорох в подземелье замер. Ни одна крыса не шуршала в сточной канаве. Казалось, это молчание сгустилось, а потом стало таять от дыхания самой принцессы и прилипало к лицу.

— Да, — наконец услышали они только один голос. И на этот раз принцесса узнала вольного бродягу и оглянулась. — Но сильнее ненавижу эти стены, чем тебя. Тебя — как-то не получается. Я действительно помню тебя слишком маленькой, чтобы злиться на такую глупышку всерьез.

— Значит, ты мог бы меня простить? — Вереника с надеждой вернулась к его темнице. — А как же всё это… — она показала глазами на шрам на груди и на всё окружение: каменный мешок с решетками.

— Ничто не проходит бесследно, — философски ответил бродяга. — Но всё-таки мы живем. Значит, и для тебя пришло время жить с нового поворота. Как будто пришла весна, и о зиме больше не вспоминаешь, пока светит солнце.

— Простите меня. Я не знала, что вам тоже больно.

Она шла вдоль клеток и повторяла это всем, кого видела. Потом потребовала от стражи выпустить всех, кто находился здесь как игрушки принцессы. Даже если король сам приказывал что-то другое, он сегодня разрешил дочке делать, что она хочет.

Начальник охраны не сразу поверил. Тогда принцесса потребовала поименный список всех, кто здесь содержался, где указаны их преступления и сроки. Внимательно прочла длинный свиток, как новое задание от госпожи Эдль, взяла перо и пергамент и красивым острым почерком написала указ от ее высочества принцессы Вереники освободить всех.

— Если вам недостаточно слова принцессы, спросите моего отца, разрешил ли он мне делать здесь всё, что пожелаю, — Вереника вручила указ начальнику стражи. Тот с поклоном отступил в сторону лестницы и действительно пошел наверх, к королю.

— Я всё правильно сделала? — наследница престола оглянулась на своего нового советника в играх.

— Да. Но освобождения недостаточно, — заметил Дик. — Всем должны выплатить щедрую компенсацию золотом из королевской сокровищницы. Хотя бы по числу месяцев, проведенных в заточении.

Принцесса старательно решила новую задачку и вздохнула со взрослой, отцовской интонацией:

— В нашей казне нет таких денег. Вдвое меньше, ещё куда ни шло. Ползолотого за месяц.

— Даже не по грошу в день? — засмеялся Дик. — Спроси, согласны ли люди так дешево ценить свою жизнь? Впрочем, не спрашивай. Они готовы бежать отсюда немедленно и бесплатно. Но это несправедливо. Они многое потеряли, вы тоже должны понести убытки.

— Да, — согласилась принцесса. — Мне придется экономить на новых нарядах и украшениях, а папе на метательных машинах для штурма стен. Он очень любит их строить, хотя воевать не любит. Ещё надо бы устроить прощальный ужин и раздать всем новую одежду, — принцесса со вздохом прошла в комнатку начальника стражи, точно такую же камеру как у всех, только без решетки, и села писать дополнение к указу об освобождении. Тем временем, король, не подозревая на какие расходы он соглашается, добродушно подтвердил, что разрешил принцессе играть в подземелье. Узнав суть игры, он даже обрадовался: наконец-то замок избавится от стольких нахлебников. Кроме того, забота принцессы ломать, хранить или выбрасывать свои "игрушки", он в это не вмешивался. Скорее, радовался, что дочка совершила акт милосердия. В конце концов, если ей захочется, за новыми людьми для игры дело не станет.

Только начальник охраны спустился обратно в подземелье и подтвердил волю короля, принцесса потребовала поставить печать на обоих листках указа, а затем его немедленно исполнять.

Когда Вереника услышала, как гудят и чуть не