Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

ломаются под напором волны ликования решетки, как подземелье заполняет шум, лязг и грохот, она попросила стражу скорей уходить отсюда. Дик предложил собрать всех бывших узников во дворе. Принцесса выйдет на площадку над воротами и там снова поговорит с людьми, при свете уходящего дня.

Стоя на крытой галерее, идущей вдоль внутренних стен, принцесса наблюдала, как во дворе эти люди веселятся, как никогда не веселились, играя с ней. Они плескались водой, как дети, хохотали, кричали, жадно хватали угощение и не вырывали его друг у друга, а наоборот, с шутками, угощали один другого чем-то особенно вкусненьким, что им не приходилось видеть очень давно. Некоторые старики и тот крестьянский мальчик, который сломал ногу, плакали и тряслись от рыданий. Остальные пытались растормошить их, напоить свежей водой или элем, угощали лепешками и фруктами, будто сами устроили этот пир и потчуют дорогих гостей. Вольный бродяга абсолютно опьянел, не от эля, которого не пил ни глотка, а от чувства простора вокруг и свободы. Он едва не свалился в колодец. Только-только снова встав на ноги, чуть не рухнул в жаровню. Его удержали. Тогда он затянул песню, которую остальные, видимо, выучили внизу, в заточении. Бродягу подняли на руки и понесли. Люди вокруг подхватили слова:

"Нет прекраснее на свете, чем дороги да-а-ль,

За небес простор и ветер жизнь отдать не жаль…"[1]

— Я не пойду к ним, — заупрямилась Вереника. — Я не могу. Они не будут рады меня видеть.

— Ты должна выйти хотя бы для того, чтобы приказать страже открыть ворота, — напомнил Дик. — Ничего не говори им, если не хочешь. Можно помахать рукой на прощанье. Это я не пойду. Они должны видеть только тебя. Это твой подарок.

Принцесса, бегом, стараясь остаться незамеченной, проскочила на каменный широкий карниз над воротами, где во время штурма располагались защитники замка. Люди внизу заволновались, стали показывать на нее друг другу. Вереника смотрела, как опускается подъемный мост, как поднимаются решетчатые ворота, и очень хотела узнать у людей, что они о ней думают? И не могла. Она только слабо помахала рукой, когда счастливая толпа хлынула в ворота. Многие успели ответить ей. Она видела их поднятые к небу лица, позолоченные вечерним солнцем, стирающим бледность и печаль подземелья. Когда все общей вереницей перешли мост, ссыпались с крепостного вала, окружающего замок и рассеялись по долине, принцесса заплакала и побежала обратно в галерею, искать убежища у Дика.

— Что такое? Твое высочество сделало, — уж сбился со счета, который, — прекрасный поступок за один день. Но без сомнения, этот пока самым лучший. Отчего же ты плачешь?

— Их сто шестьдесят четыре человека, — всхлипнула принцесса. — И все они ненавидят меня!

— Нет. Они счастливы. Невозможно быть счастливым и одновременно ненавидеть кого-нибудь. Попробуй сама.

— Но я очень несчастна, — рыдала принцесса. — Меня ненавидит весь замок! Только папа не ненавидит, потому что совсем не знает, что я на самом деле за гадость!

— Ты хорошенькая умная девочка, которая считает лучше всех на свете, — возразил Дик. — И в замке есть сейчас только один человек, который очень плохо к тебе относится.

— Ты? — ужаснулась своей догадке принцесса и отняла залитое слезами лицо от его груди.

Дик улыбнулся ей сверху.

— Нет, это ты. Остальные сейчас гордятся тобой. Даже твой отец и его советники. Но скоро они дружно станут ненавидеть одного человека. Как только узнают о расходах.

— Меня?

— На этот раз, меня. Они сразу догадаются, кто тебя научил. И подземелье недолго останется пустым.

Окно большого зала напротив ворот открылось. Во двор выглянула госпожа Эдль и завертела головой в поисках принцессы. Вереника невольно засмеялась, размазывая слезы по щекам, так ее воспитательница похожа в своем строгом высоком чепце на сороку, выглядывающую из гнезда.

— Ваше высочество! Вас ждут к ужину! — наконец она заметила бегущую по галерее принцессу, перестала звать и спряталась в зал, оставив окно открытым.

В глубине зала виднелся широкий стол, где во главе восседал король, а вокруг — его приближенные. Вереника наскоро умылась, привела себя в порядок и заняла свое обычное место за столом. Она хотела усадить Дика рядом, он остался стоять за высокой спинкой ее кресла.

— У вас новая игрушка, ваше высочество? — кокетливо спросила одна богатая придворная дама.

Брови Вереники сурово сдвинулись. В руке она держала куриную ножку и стукнула ею по столу, как скипетром.

— Дик не игрушка!

— Посмотрите на манеры вашей воспитанницы! — возмущенно заметил король госпоже Эдль. — Чему вы ее учите? А кто же он тебе, доченька?

Вереника оглянулась, смешалась и опустила глаза.

— Мы это ещё не проходили, — она залилась краской и вонзила зубы в жареное нежное мясо.

Королевский стол грохнул хохотом.

Громче всех веселился король. Но когда его величество завел разговор о милосердном поступке своей дочери, и Вереника поведала ему о второй части указа, восторг венценосного отца поубавился.

— Как же ты могла вершить такие серьезные дела в нашем королевстве, не посоветовавшись со мной?

— Папочка, но я же приходила к тебе за советом, — наивно ответила Вереника. — Ты сказал, что поговорим об этом за ужином. Вот я и говорю: как следовало поступить с моими игр… подданными?

— Твоя работа? — глядя мимо принцессы и медленно закипая, спросил король.

Дик молча слегка поклонился, прижав руку к груди.

— Что ж, дочь моя, вижу тебе очень весело и новая игрушка… то есть, твой новый товарищ в играх тебе по душе, — король взял себя в руки. — Поднимем кубки, господа, за то, чтобы моя наследница не скучала в этой компании как можно дольше!

Перехватив мстительный взгляд короля, Дик снова поклонился и поднял свой кубок, стоящий рядом с детским кубком принцессы.

— За свободу от тирании взбалмошной жестокой девчонки и за исполнение желаний!

Весь стол возмутился. Многие придворные отказывались пить. Они кричали Дику всяческие угрозы, требуя, чтобы он забрал свои слова обратно. Улыбалась и не обижалась только сама принцесса. Она чувствовала, как будто та, другая, капризная и злая ушла за ворота вместе со счастливой толпой. Вереника бы сама с радостью подняла кубок за свободу, ведь она помнила о завтрашнем "бегстве" в лес…

После ужина король задержал Дика в дверях, не давая уйти вслед за принцессой.

— Вижу, ты взялся за ум? Похвально.