Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

Там, где сканер показывал заслон из белой ряби, стояла серая шевелящаяся стена – плотный туман, то выпускающий, то втягивающий волокна. Какие-то вихри, потоки двигались внутри, уходя в стены туннеля. Гедимин выпустил ипроновый коготь, посмотрел на перчатку и с тихим вздохом запустил самый кончик в туман. Фантомный ветер усилился. Сармат провёл пальцем, «разрезая» плотную серую дымку, дошёл до стены – коготь упёрся в твёрдый камень по ту сторону туманной завесы. Гедимин запустил его чуть глубже, стараясь, чтобы сам палец внутрь не провалился, - скала из-под когтя внезапно пропала. Сармат пошарил выше, ниже, потрогал невидимый пол и своды – и то, и другое через пару сантиметров из-под пальца пропадало. Свод исчезал одномоментно, пол, кажется, загибался книзу – под когтем Гедимина определённо был край ступени.

«На той стороне пещера резко расширяется,» - сармат, выдернув палец из тумана, внимательно осмотрел коготь, даже просканировал, - ипрон не нагрелся, не охладился, не принёс ничего инородного и не пострадал сам. «Может, там вообще выход на поверхность, как за порталами Равнины. Переход вроде короткий, стошнить не успеет…»

Гедимин помедлил, глядя то на стену тумана, то на палец. «М-да. А раньше бы полез, не задумываясь…» - он вспомнил о летучих мышах, пищухах и колючих ящерицах, расселившихся по предгорьям, и просунул палец в портал. «Ага, ступень. А вот вторая. Они невысокие, со следами грубой обработ… Hasu!»

Что-то на той стороне крепко схватило его за палец и дёрнуло на себя. Гедимин только и успел ощутить «пятна» горячей кожи и жёсткий мех вокруг них. Равновесие он потерял на долю секунды – но выпрямился уже на той стороне тумана, цепляясь когтями ног за плоские, грубо вытесанные ступени. «Лестница» из широких каменных уступов уходила вниз метра на четыре. В самом её низу шипело что-то крупное, ярко-жёлтое, очень мохнатое и наэлектризованное. Гедимин услышал возгласы, треск слабых разрядов, - группа из пары десятков таких же существ пришла в движение. Они только что сидели на плоских камнях за разложенной скатертью, - обычные гуманоиды в длинных узких набедренных повязках, мохнатые с ног до головы, хвостатые, с острыми ушами и вытянутыми мордами. Сравнить их со знакомыми зверьми Гедимин не успел – вся группа превратилась в скопление золотых искрящихся шаров. По ту сторону сверкающей и трещащей стены приникли к земле вьючные животные – двуногие, со светло-зелёной чешуйчатой шкурой. Часть груза с них сняли, положили у камней – видимо, тут у гуманоидов была стоянка. Никакой поверхности не было – только широкая пещера с высоким сводом, и та сужалась, разделяясь на туннели-«рукава». Из них сочился неяркий красный свет.

- Эй… - Гедимин посмотрел на лестницу. Жёлтое существо уже исчезло. Сверкающая «стена» трещала всё громче. «Сейчас шарахнут прицельно…» - сармат остановил руку, тянущуюся к сфалту, и показал пустые ладони.

- Тихо! Я вас не трону!

Тут же он сообразил, что, если его и слышат сквозь грохот разрядов, то вряд ли эти существа понимают земные языки. «А с кимеями они ещё не…» - мелькнуло в голове, но внезапно угрожающий треск стал тише. Один из золотистых шаров, умерив свечение, качнулся вперёд и «развернулся», превращаясь в очень взъерошенного гуманоида. Тот, дыша приоткрытой пастью, показал пустые ладони в ответ, немного выждал и развернул одну руку ладонью вниз, поджимая четыре из шести пальцев. Второй он постучал по запястью, наклонил к нему морду, щурясь и шевеля вибриссами, снова постучал и перевёл взгляд на Гедимина.

- Shemmatah?

Сармат мигнул. Он не был уверен ни в вопросительности интонации, ни в том, что правильно расслышал все звуки, но слово и жест очень сильно напоминали что-то знакомое. Он взглянул на своё запястье, поджал пальцы, выдвигая «щупы» дозиметра – и увидел, как вздыбленный мех чужака улёгся, а искры угасли.

- Shemmatah!

Стена из «электрогенераторов» распалась. Двуногие вьючные ящеры осторожно привстали с земли. Теперь Гедимин видел припасённый для них вьюк с сеном – травы, даже бесцветной, в этой пещере не было, её выгрызли изо всех щелей, содрали даже мох. Из стен местами торчали вбитые каменные клинья – с некоторых свисали тюки, снятые с ящеров, к другим животных привязали. «Тут часто останавливаются,» - подумалось Гедимину. «Вон там ещё «стол» с «сидениями» вокруг – и тоже клинья в стене. Тут протоптанная дорога переселенцев… Но откуда?»

Жёлтые гуманоиды («лицом» они были сильнее всего похожи на волков, но со слишком длинными вибриссами и широкими ушами) между тем глазели на него, переговариваясь, и искры с них больше не сыпались. Гедимин часто слышал слово «шеммата». Кто-то, следя за пришельцем вполглаза, потянулся за едой, оставшейся на «столе». «Идут издалека,» - сармат покосился на тючки с жёсткими тёмными полосками, волокнистыми обрезками, белесыми пористыми дисками (что-то вроде засушенных лепёшек или галет?). «Все припасы – для долгого хранения. И ящерам припасли сена… хм, их и мясом подкармливают? Интересные рептилии…»

Сканер существ не пугал, хотя уши они, случайно попав под луч, навостряли. Гедимин снова повторил про себя слово «шеммата», вспомнил жест переговорщика – и растерянно мигнул, забыв о приборе и собираемых им данных. С ездовыми рептилиями разобраться можно было позднее… «Они явно видели каких-то… дозиметристов, что ли? Вряд ли наших ликвидаторов – тогда узнали бы и скафандр. А вот сарматскую речь слышали. И приборы с щупами, прикреплённые на руку, видели. Знают, что это неопасно. Интересно, кто из наших тут болтался без скафандра? И – где это «тут»?»

- Я сармат, - медленно проговорил он, указав на себя, и существа оставили еду и навострили уши. – Я – из – Орина.

Он указал на проём наверху лестницы, запечатанный серым туманом. Ближайший гуманоид шевельнул вибриссами.

- Ori-in, - он указал на туман и повернулся к туннелям, подсвеченным красным. - Heiskan!

Он поджал пальцы и прижал костяшки к плечу.

- Awwatah! - гуманоид перевёл взгляд на соплеменников. - Awwatanyeh!

- Аватты? – неуверенно повторил Гедимин. – Аватты из… Хескана?

Одеты переселенцы были скудно, но, похоже, не по бедности – вышивку на свисающих хвостах повязок, костяные и металлические браслеты с поделочными камешками, украшения на сбруе зелёных ящеров и многочисленные тюки (животные под их весом наверняка еле шли – они не выглядели особо грузоподъёмными) сармат разглядел хорошо. Как и то, что все пришельцы – и самцы, и самки – выглядят крепкими, детей и