Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Но это были проблемы завтрашнего дня. Сегодня главная задача была выполнена — я заявил о себе как о серьёзном претенденте на власть.

— Ну и денёк выдался, — сказал Якун, наливая мне чашу вина. — За один день весь город перевернул.

— День удачный, — согласился я. — Но впереди ещё много работы.

— А что теперь думаешь делать?

— Теперь нужно закрепить успех, — ответил я. — Собрать вече, официально заявить о своих претензиях на княжение. И подготовиться к тому, что оставшиеся противники попытаются меня остановить.

— Как думаешь, попытаются остановить?

— По-разному. Кто-то попробует силой, кто-то интригами. А кто-то обратится за помощью к внешним врагам.

— И что будешь делать?

— То же, что и сегодня, — улыбнулся я. — Буду решать проблемы по мере их поступления.

За окном уже стемнело. Где-то в городе горели костры — народ праздновал изобличение изменников. А в боярских теремах, наверное, шли тревожные совещания.

Завтра начнётся новый день. День, который может стать решающим в борьбе за смоленский престол.

Но сегодня я уже доказал главное — что готов сражаться за эту власть любыми способами. И что у меня есть сила для этой борьбы.

Виктор Крид больше не был просто гостем в Смоленске. Теперь он был претендентом на княжение. Серьёзным претендентом, с которым нельзя было не считаться.

* * *

Утром третьего дня после моего триумфального появления в Смоленске я понял, что пора переходить от демонстраций к конкретным действиям. Народ меня поддерживал, часть бояр склонилась на мою сторону, но для окончательной победы требовалось официальное признание. А это означало вече — народное собрание, которое должно было избрать нового князя.

За завтраком Якун сообщил важные новости:

— Вчера поздно вечером ко мне приходили гонцы от разных людей, — сказал он, отламывая кусок хлеба. — Семён Лазаревич просит встречи. Говорит, есть дело важное. А ещё Агафья Ростиславна передавала — хочет с тобой поговорить наедине.

— Интересно, — ответил я. — А что с противниками? Давыд и Святослав молчат?

— Не молчат. Их сторонники по городу ходят, людей подговаривают. Говорят, что ты чужак и колдун, что беды от тебя одни будут.

— Ожидаемо. А много ли их слушают?

— Пока мало. После вчерашнего твоего выступления простой народ тебя поддерживает. Но бояре… бояре дело другое. Они власти боятся, которую понять не могут.

Якун был прав. Магия — это сила, но в средневековом мире она могла как привлекать, так и отталкивать. Нужно было действовать осторожно, не напугать потенциальных союзников.

— Когда назначено вече? — спросил я.

— Завтра в полдень, на Соборной площади. Все три кандидата должны выступить перед народом.

— Значит, сегодня последний день для переговоров, — задумчиво сказал я. — Нужно использовать его с максимальной пользой.

Первым делом я отправился к Семёну Лазаревичу. Его дом располагался в купеческой части города — большой, добротный, но без излишней роскоши. Торговцы умели считать деньги и не любили их тратить попусту.

Семён встретил меня в своих покоях — просторной комнате, стены которой украшали дорогие ткани и заморские диковины. За столом сидели ещё несколько человек — очевидно, представители торгового сословия.

— Проходи, князь, — пригласил Семён, указывая на свободное место. — Познакомься — это Борис Негочевич, глава суконников, Фёдор Микитич из кожевников, и Остап Борисович — он рыбными промыслами заведует.

Я поклонился собравшимся. Эти люди представляли экономическую основу города — без их поддержки править было бы трудно.

— Спасибо, что нашли время для встречи, — сказал я, садясь за стол. — Полагаю, у вас есть вопросы к будущему князю.

— Есть, — кивнул Семён. — И главный из них — что ты собираешься делать с торговлей? Смоленск живёт торговыми путями, и любые изменения здесь могут обернуться бедой.

— Понимаю вашу озабоченность, — ответил я. — Но скажите сначала — что вас не устраивает в нынешнем положении?

Борис Негочевич, грузный мужчина с седой бородой, наклонился вперёд:

— Не устраивает неопределённость. Четыре дня без князя — и торговля уже хромает. Никто не знает, какие пошлины будут, какие законы. А неопределённость — смерть для торговца.

— А ещё не устраивают поборы незаконные, — добавил Фёдор Микитич. — Иные бояре думают, что можно с торговцев драть три шкуры. При князе Мстиславе этого не было.

— И охрана плохая стала, — вмешался Остап Борисович. — На дорогах разбойники появились, речные пути небезопасны. Кто товар защитит?

Я внимательно выслушал все претензии. Проблемы были стандартными для времени междуцарствия — отсутствие твёрдой власти порождало хаос во всех сферах.

— Хорошо, — сказал я. — Теперь скажите — что вы хотите от нового князя?

— Порядка, — коротко ответил Семён. — Чтобы законы были ясными и одинаковыми для всех. Чтобы пошлины не менялись каждый месяц. Чтобы суд был справедливым.

— И защиты, — добавил Борис. — Чтобы торговые пути были безопасными, чтобы разбойников ловили и наказывали.

— И чтобы с заморскими купцами отношения хорошие были, — сказал Остап. — Торговля — дело мирное, войны ей только вредят.

— Всё это разумно, — согласился я. — И я готов это обеспечить. Но взамен мне нужна ваша поддержка.

— Какая именно? — осторожно спросил Семён.

— На вече завтра будут выступать три кандидата. Мне нужно, чтобы торговое сословие поддержало мою кандидатуру.

Купцы переглянулись. Семён откашлялся:

— Понимаешь, князь, дело деликатное. У нас и с Давыдом связи есть, и со Святославом. Прямо выступать против них…

— Я не прошу выступать против, — перебил я. — Я прошу выступать за. За того, кто может дать городу то, что ему нужно.

— А что можешь дать именно ты? — прямо спросил Борис.

Вопрос был ожидаемым. Пора было переходить к конкретным предложениям.

— Во-первых, стабильность, — начал я. — При мне законы будут ясными и неизменными. Пошлины — фиксированными на долгий срок. Никаких внезапных поборов.

— Это хорошо, — кивнул Фёдор. — А ещё что?

— Во-вторых, безопасность. Я создам постоянные дружины для охраны торговых путей. Разбойников будем ловить и судить без пощады.

— Дружины стоят денег, — заметил Семён. — Откуда их брать?

— Частично из княжеской казны, частично из торговых сборов. Но сборы эти будут тратиться