Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Начали, Эйсенлёв, — тихо прошептал его заместитель.

— Хорошо. Нахталь, будьте начеку.

Ганс снова приник к биноклю, вспоминая инструкции, что давал ему суровый императорский посланец со шрамом через всё лицо, от которого веяло сильнейшим аспектом Смерти. Странно, он не представился, но маги Смерти такой силы были только в роду Спанхеймов. Этот мужчина явно был оттуда, что позже подвердил сам герцог Клозе. Да, посланником Его Императорского Величества был сам маркиз Зигфрид Спанхейм.

Прямо сейчас Ганс отсчитывал в уме секунды и одновременно пытался прослушать окружающее пространство. И то, что он почувствовал, было невероятно.

Из-за его спины, там, где располагался прибор и гвардейцы императора, потекли какие-то серые нити. Они были будто живые сторожевые псы: на секунду замирали, принюхиваясь, и текли дальше, сплошной рекой.

«Грязный Эфир», — с восторгом узнал технологию Ганс.

Эта технология была одним из преимуществ племени Бриссу. Именно благодаря грязному Эфиру этим чернокожим племенам не могли ничего противопоставить более многочисленные бойцы экспедиционного корпуса. Ну значит, сегодня силы уравняются.

На его глазах несколько нитей на секунду застыли и… вот! Эти «собачки» почуяли след, потому что дальше они рванули напрямую, не петляя. Из ничего, из воздуха, возник серый щит, который встретил эти незримые щупальца Эфира. Вот только маг Бриссу, который это сотворил, проявил себя.

И тут уж сам Ганс не сплоховал.

Он сжал кулак, и окружающие камни и земля пришли в движение, сжимая пространство, внутри которого находился Бриссу. Купол был крепок, очень крепок, но всё-таки Ганс был архимагом Земли. Через мгновение с лёгким хлопком защитный барьер лопнул, и во все стороны полетели капли крови от раздавленного внутри чернокожего бойца. А в это время вокруг не спали его подчинённые. Шквал стихий обрушился на другой берег, буквально перепахивая землю и ломая вековые деревья. Раздались крики боли и ужаса, когда невидимые враги начали погибать.

— Мне нужны живые! — рявкнул Ганс.

И его верный пёс Гросмайстер Эбер Крейст молнией метнулся через ручей с группой своих сильнейших бойцов. Причем, каждый из них был не ниже ранга Мастеръегера.

Весь бой занял считанные минуты. Серые нити скользили над рекой туда-сюда, но больше не видели ни одной цели.

— Передай маркизу, что всё чисто.

— Будет сделано, — сказал Фриц Форбек. Его глаза были полностью закрыты тьмой, а воздух вокруг него колыхался. Заместитель сегодня тоже мстил за павших товарищей и одновременно получал удовольствие. — Идут, Эйсенлёв, — кивнул он за плечо барона.

Ганс обернулся и увидел, что Крейст с бойцами тащат два тела.

Через несколько секунд у ног барона лежало изувеченное, безногое тело крепкого мускулистого мужчины средних лет, у которого изо рта шла кровавая пена. Он находился в полубессознательном состоянии и что-то бормотал на непонятном языке.

Второй же была юная девушка, почти девочка, которая пострадала гораздо меньше: лишь оба плеча у неё были аккуратно прострелены — судя по всему, бойцами Крейста, для того чтобы её обезоружить. И смотрела она сейчас на всех окружающих с лёгким испугом и откровенным недоверием.

Ганс не выдержал и усмехнулся.

— Не ожидала, тварь? Привыкли нападать со спины, уроды! Что ж, теперь настала ваша пора.

— Аниконди… укутхи нензэни… — прохрипел, внезапно очнувшись, калека.

— Что? Что ты там вякнул? — Ганс наклонился ниже.

Губы умирающего воина скривились в усмешке.

— Нинихулуле убуби… Фути низофа нгабо… — выдавил из себя воин и, собравшись с последними силами, плюнул в лицо барону.

Рука Ганса сработала быстрее, чем он подумал. Она оказалась на горле у чернокожего. Мгновение — и его мощная шея была сломана пополам.

— Тварь, — сплюнул Ганс, осторожно снимая окровавленную перчатку с руки. Он повернулся к девушке, в глазах которой наконец появился долгожданный ужас.

— Эту, на всякий случай, вырубите. И отведите к маркизу, — лицо барона исказила зловещая улыбка. — И передайте герцогу, что путь свободен.

* * *

То, что случилось что-то неприятное, стало понятно уже через пару минут. Ревели в отдалении полицейские сирены, нам навстречу пронеслось сразу несколько «скорых». Учитывая направление, источник проблемы я примерно представлял, но не ожидал, что он совпадает с целью нашего путешествия.

— Видимо, мы немного опоздали, — нейтрально произнёс я. Маловероятно, что убийца Сидака стал бы привлекать к себе столько внимания. Теми возможностями, которые были необходимы для управления темным Эфиром, обладали единицы среди людей. И я говорил об артефактах, содержавших запретную энергию. Чтобы использовать Тёмный Эфир напрямую нужно было так извратить свою сущность, что даже не всякий Вершитель на подобное был способен. А значит банально попасть в больницу подобный человек не мог.

Рыков остановил машину по приказу Кота буквально через пятьсот метров. Наш старенький седан Ратай припарковался у обочины, и мы принялись наблюдать за суетой на противоположной стороне улицы.

Там располагался въезд в центральную больницу Твери. Госпиталь после недавних событий был практически забит до отказа, и, судя по всему, многим из тех, кого сюда привезли, теперь уже помочь никто не сможет.

— И куда ведёт нить? — взглянув на африканца, поинтересовался я.

— Туда, — указав рукой на центральный вход в больницу, ответил Аларак. — Тот, кто убил банкира, знал, что ты можешь за ним прийти, господин.

— Поэтому сделал всё возможное, чтобы спрятать свой след, — задумчиво протянул я. — Ну, пойдём посмотрим. Может быть, что-то получится найти.

Выйдя из машины и добравшись до главных ворот больницы, я увидел внутри почти два десятка автомобилей родовой дружины светлейшего князя Пожарского. Губернатор явно отреагировал на случившееся очень быстро, раз успел прислать лучшие свои силы.

Однако, оказалось, что я немного неверно оценил ситуацию. Перед нами возник подтянутый парень в сером городском камуфляже, который жестом попросил нас остановиться. Я быстро оценил снаряжение дружинника и пришёл к выводу, что это какое-то особое подразделение сил рода Пожарских.

— Объект закрыт по приказу губернатора, — уверенно произнёс боец. Для него не имело особого значения, кто именно пришёл. Объект был закрыт и точка. — Если вы прибыли, чтобы посетить кого-то из больных, то придётся вам отложить свой визит.

— А кто здесь у вас за главного? — спросил я парня и тут же убедился, что это не обычный дружинник.

Парень окинул меня взглядом — профессиональным, оценивающим. Посмотрел на Вепря, потом ненадолго задержал взгляд на Алараке. И уже совсем другим тоном произнёс:

— Прошу прощения,