Весь Нил Стивенсон в одном томе - Нил Стивенсон

/////////-/////-//////////////////-/-///-///////////////////-////////////////////-///-/////////////////////-///////////-/////////////////////////////////-////-//////-//////////////////-////////////////////////-////////////////-////-////////////////////-////////////////////////////-////////////////////////////////-//////////////////////-//////////-///////////////-////

Если сосчитать вертикальные палочки, то выйдет:

9-5-18-1-3-19-20-3-21-11-33-4-6-18-24-16-4-20-28-32-22-10-15-4

тогда если цифры обозначают буквы алфавита, горизонтальные черточки — разделители между буквами, они же сдвоенные — пробелы между словами, то получаем:

ЗДРАВСТВУЙ-Я-ГЕРЦОГ ТЬЮРИНГ

Возможно, несколько горизонтальных черточек заменяют знаки препинания:

— запятая

— (не используется; возможно, точка?)

— тире

Если так, то послание гласит: ЗДРАВСТВУЙ, Я — ГЕРЦОГ ТЬЮРИНГ, и это занятно, потому что тем же именем представился закованный великан, а ему вроде не с чего слать ей письма через окошко. Значит, кто-то еще зовет себя герцогом Тьюрингом — может быть, живой человек из мяса и костей.

Несколько лет назад Нелл на этом и остановилась бы. Однако с тех пор Букварь стал много хитрее, в нем все чаще попадались скрытые ловушки, и Нелл уже опасалась слишком легких догадок. Кто знает, может, механический герцог для каких-то ему одному ведомых целей решил ее обмануть, а цепь тянется прямиком из тронного зала. Что ж, Нелл охотно ответит неведомому автору послания, но будет очень осторожна, пока не выяснит, кто он, человек или машина.

Дальше шло: ДЕРНИ ЦЕПЬ, ЧТОБЫ ПОСЛАТЬ ОТВЕТ

Нелл защелкала железячками, стирая письмо "герцога Тьюринга" и заменяя его своим: "Я — ПРИНЦЕССА НЕЛЛ, ЗАЧЕМ ВЫ МЕНЯ ЗАТОЧИЛИ". Потом она дернула цепь, и та через мгновение поползла вверх. Еще через несколько минут пришел ответ:

ЗДРАВСТВУЙ, ПРИНЦЕССА НЕЛЛ, ДАВАЙ ПРИДУМАЕМ БОЛЕЕ УДОБНУЮ ФОРМУ ЗАПИСИ

и дальше инструкции, как обозначать числа более короткими комбинациями рычажков, и как переводить числа в буквы и знаки препинания. Когда они с этим разобрались, герцог написал:

Я — НАСТОЯЩИЙ ГЕРЦОГ. Я СОЗДАЛ ЭТИ МАШИНЫ, А ОНИ ЗАТОЧИЛИ МЕНЯ В БАШНЕ ВЫСОКО НАД ТОБОЙ. МАШИНА, КОТОРАЯ ЗОВЕТ СЕБЯ ГЕРЦОГОМ ТЬЮРИНГОМ — ПРОСТО САМОЕ БОЛЬШОЕ И СЛОЖНОЕ ИЗ МОИХ ТВОРЕНИЙ.

Нелл ответила: ЦЕПЬ ВЕСИТ СОТНИ ФУНТОВ. ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА ВЫ ОЧЕНЬ СИЛЬНЫ.

На это герцог написал: А ТЫ СООБРАЗИТЕЛЬНА, ПРИНЦЕССА НЕЛЛ! ВСЯ ЦЕПЬ ВЕСИТ НЕСКОЛЬКО ТЫСЯЧ ФУНТОВ, И Я УПРАВЛЯЮ ЕЙ ПОСРЕДСТВОМ ЛЕБЕДКИ, КОТОРУЮ ВРАЩАЕТ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ВАЛ.

Над лугом давно сгустилась ночь. Нелл закрыла Букварь, собрала корзинку и пошла домой.

Она проиграла заполночь, как в детстве, и в итоге на следующий день опоздала в церковь. Отдельно молились за мисс Матесон, которая занемогла и не выходила. После службы Нелл быстренько навестила ее, потом отправилась прямиком домой и схватила Букварь.

Она билась сразу над двумя задачками. Во-первых, разобраться с дверным запором. Во-вторых, выяснить, с кем же она все-таки переписывается, с человеком или машиной. Если с человеком, можно попросить, чтобы он объяснил устройство замк#а, но пока это неопределенно, лучше молчать о своих опытах.

Она видела лишь часть деталей: рукоятку, собачку и два медных барабана, по ободу которых шли цифры от 0 до 9: вращая их, можно было составить любое число от 00 до 99. Когда ручка поворачивались, барабаны крутились.

Нелл сумела отделить несколько ярдов от цепи, которую спускал ей герцог, с ее помощью она вводила в замок различные сообщения и смотрела, что получается.

Число на барабанах менялось с каждым вводимым в замок звеном и до определенной степени определяло следующий шаг. Например, если это было 09, а следом в цепи шла вертикальная черточка (герцог называл ее единицей), то барабан вращался и застывал на 23. А если шел нолик (так герцог называл звенья, в которых рычажок стоял параллельно цепи), барабан останавливался на 03. Мало того: в таком случае машина тянула цепь назад и перещелкивала рычажок с нуля на единицу. То есть машина умела не только считывать цепь, но и писать на ней.

Из болтовни с герцогом Нелл узнала, что числа на барабанах называются состояниями. Сперва она не знала, какие состояния к каким ведут, и перебирала их наугад, записывая результат на бумажке. Скоро у нее получилась табличка из тридцати двух состояний, и как в каждом из них зам#ок отвечает на ноль и единицу. Таблица заполнялась довольно туго, потому что некоторых состояний было трудно добиться — они возникали лишь после того, как машина писала на цепи определенную последовательность нулей и единиц.

Она бы рехнулась от нулей и единиц, если бы не герцог, которому, похоже, было нечего делать, кроме как слать ей сообщения. Недели две Нелл делила между герцогом и замк#ом все свободное время, и медленно, но верно продвигалась вперед.

"Тебе надо разобраться с замком на твоей двери, — написал герцог, — тогда ты выберешься из подземелья и освободишь меня. Я тебя научу."

Он хотел говорить только о технике, а это не позволяло Нелл разобраться, человек он или нет.

"Почему Вы не откроете свой замок, — ответила она, — и не вызволите меня? Я всего лишь одинокое юное создание, мне здесь страшно, а Вы такой сильный и мужественный; Ваша история в высшей степени романтична, и теперь, когда наши судьбы загадочным образом переплелись, я умираю от желания увидеть Вас своими глазами".

"Машина установила на моей двери особый замок, не машину Тьюринга", — ответил герцог.

"Опишите себя", — попросила Нелл.

"Боюсь, я ничем не примечателен, — ответил герцог, — а ты?"

"Рост чуть выше среднего, яркие зеленые глаза, черные, как смоль, волосы рассыпаются по плечам, если я не подбираю их, чтобы подчеркнуть высокие скулы и полные губы. Осиная талия, упругая грудь, длинные ноги, алебастровая кожа, которая вспыхивает румянцем, когда я чего-либо страстно желаю, что мне вообще свойственно."

"Твое описание напомнило мне покойницу-жену, вечная ей память."

"Расскажите о ней."

"Воспоминания наполняют меня таким невыразимым горем, что я не могу писать. Давай лучше займемся машиной Тьюринга."

Не удалось разбудить сладострастие, попробуем прикинуться дурочкой. Рано или поздно она доканает герцога, и он вспылит. Но герцог был на удивление терпелив, даже после двенадцатого "Объясните, пожалуйста, еще раз, другими словами. Я все равно не понимаю." Конечно, откуда знать, может, он у себя наверху в ярости разбивает кулаки о стену, а только притворяется терпеливым. За долгие годы взаперти не хочешь, а научишься выдержке.

Она писала ему стихи. Он отвечал хвалебными рецензиями, но сам стихов не слал — они, мол, не столь хороши, чтобы доверять их металлу.

На двенадцатый день заключения Нелл сумела открыть зам#ок, но выходить не стала — заперла его снова и стала думать, что дальше.

Если герцог — человек, она известит его и они сообща продумают побег. Если машина, такой шаг все погубит. Прежде, чем что-либо предпринимать, надо это выяснить.

Она послала ему еще стихи:

Юноше-греку она отдала