Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

У костра осталось четверо пленников.

Емелька принялся расхаживать перед стоящими на коленях людьми, внимательно разглядывая их.

– Этот, крепкий, сойдёт для работ, – произнёс он, указав лезвием на мужика, стоящего с краю. – Будет в Ротинце прислуживать. На телегу его!

Проводив взглядом подручных, утащивших пленника в темноту, главарь продолжил осматривать оставшихся.

– Ты кто, что умеешь? – наклонившись, спросил он у следующего, худощавого человека с проседью в густых чёрных волосах.

– Я… я счетовод, – заикаясь, ответил тот. – Купеческий счёт веду. Пощадите ради Владыки!

Рыжий с наслаждением глядел на умоляющего пленника. Довольно покачав головой, заключил:

– Хорошее умение. Тебя можно в рабство ханатам продать! Верно, хлопцы? – обернулся он к сообщникам. – Грамотного задорого возьмут. Давайте, его тоже на телегу!

У костра остались двое – Стёпка и Ярополк.

Мальчик испуганно глянул на старика. Тот, пытаясь приободрить юного товарища, выдавил улыбку, но было заметно, что ему самому страшно.

– Тебе сколько лет-то? – удивлённо осведомился Емелька, склонившись над Стёпкой. – Три сотни? Хлопцы, вы зачем лешего сюда приволокли?

Подручные, подобно своре псов, рассмеялись неприятным, лающим смехом, от которого у княжича по спине побежали мурашки.

Старик медленно поднял голову и, глядя прямо в лицо рыжему, ответил в своей привычной шутливой манере:

– Знать того не знаю. Иногда думаю, что семнадцать, а иногда – что сто. От погоды зависит!

– Остряк, – резко бросил разбойник. – Тебя, поди, и до Ротинца не довезёшь, помрёшь в дороге. – И, задумчиво, будто размышляя вслух, добавил: – Да и не продашь тебя, кому ты такой старый нужен? Только харчи на тебя переводить.

Он резко взмахнул ножом:

– Этого убить!

Удушливая волна страха накатила на Ярополка.

В попытке рвануться к другу, он упал прямо под ноги Емельки.

– Нет! Он плотницкому делу обучен! – истошно закричал мальчик. – Он может быть полезен, не убивайте!

Рыжий, сев на корточки над лежащим на боку мальчиком, нарочито тяжело вздохнул.

– Не убил бы, будь он хоть на два десятка годков моложе, – ответил он барахтающемуся у его ног парню. – А так – таскай его за собой, корми, пои. Место, опять же, будет занимать. А не успеешь довести – он возьмёт и сдохнет в самый неподходящий момент. Кто тогда возместит потраченное на него? Никто не возместит! Так что извини, малец.

Ярополка подняли, снова поставив на колени. Дрожа и плача, он поглядел на старика.

Стёпка, улыбнувшись ему, тихо, чтобы никто не слышал, произнёс:

– Что ж, прощай, княжич.

– Откуда ты… – ошеломлённо прошептал тот.

– Бредил ты, когда мы тебя подобрали, – мягко ответил он. – Но я не выдал. Жаль, что так вышло. Храни тебя Матерь-Земля!

Подошедший сзади разбойник уверенным движением схватил его за седые волосы и, резко дёрнув голову назад, быстрым взмахом руки перерезал горло.

Не прекращая смотреть в глаза Ярополку, Стёпка захрипел.

Из его рта вырвался клокочущий звук, кровь обильно потекла по груди и коленям.

Мальчик задрожал всем телом, но не смог отвести взгляда от умирающего товарища.

Глаза старика закатились, и он, свистя и булькая, рухнул лицом в мёрзлую землю, содрогаясь в предсмертной агонии.

Княжич заплакал.

Он не двигался. Только смотрел – на тело Стёпки, на лужу крови, чёрную в свете костра.

– А ты кто? – глухо, будто сквозь подушку, услышал Ярополк.

– В-васька… С-сирота, – глотая слёзы, ответил он. – Конюшим у Ярослава Михайловича с-служу.

– Ладно, этого тоже на телегу. Молодой, хороший товар.

Громче, обращаясь к подручным, Емелька скомандовал:

– Всё добро собрать и двигаем в Ротинец!

Захлёбывающегося слезами Ярополка подняли под руки и волоком – ноги его не слушались – потащили в темноту.

Глава 19. Покой перед бурей.

Скрестив руки на груди и опершись плечом о вбитый в землю столб, Илья пристально наблюдал за подножием Изборовского холма. Там, окружённый сотней всадников, Ярослав обучал их преодолевать препятствия на полном скаку.

День постепенно близился к завершению.

Редкие снежинки, кружась в воздухе, неторопливо опускались на широкие плечи воеводы и его золотистые волосы. Мороз крепчал, и белёсый пар клубился над его головой, вырываясь из точёных ноздрей.

Приказ, отданный Владимиром, был выполнен – в глубине рощи, скрытые от посторонних глаз стеной деревьев, стояли метательные орудия. Всё было готово к встрече каменецкого войска.

Илья уже собирался вернуться в крепость и хорошенько отдохнуть – последние два дня он почти не спал, – когда его внимание привлекла группа всадников. Вглядевшись, он узнал среди них Ярослава и решил понаблюдать.

Смуглый тысячник, как всегда, выглядел в седле великолепно. Никто в войске не мог сравниться с ним в искусстве верховой езды. Казалось, он знал тайный язык, на котором мог говорить с конём, заставляя его беспрекословно подчиняться любым приказам.

Вот и сейчас, пришпорив скакуна, он перед строем воинов грациозным прыжком легко преодолел препятствие, по высоте превышающее два аршина. Там, где другая лошадь могла бы испугаться, взбрыкнуть или вовсе сбросить наездника, его жеребец не дрогнул ни на мгновение. По рядам подчинённых прокатился восхищённый ропот. Воистину, великий всадник!

Тихое хихиканье заставило Илью отвести заворожённый взгляд серых глаз, обрамлённых густыми ресницами цвета спелой пшеницы, от занятий конников. Неторопливо повернув голову, он заметил троих девушек, застенчиво выглядывающих из-за угла одной из бревенчатых хат.

Симпатичные и юные, одетые в тёплые овчинные тулупы поверх ярко расшитых платьев, они явно были девицами на выданье, а статный, широкоплечий воевода привлёк их не просто из любопытства. То бросая на него заинтересованные взгляды, то смущённо отводя голубые глаза, они, заливаясь румянцем, улыбались и вполголоса перешёптывались, обсуждая что-то.

"Хорошие девушки, ладные. Может, позвать сегодня к себе? Через пару дней битва – вдруг другой возможности не будет?" – рассеянно подумал Илья.

– А ну, строем, вперёд! – донёсся от подножия холма голос Ярослава. – Препятствие впереди! Перепрыгиваем! Запомните: если замешкаетесь, не совладаете с лошадью – те, кто скачет следом, в вас врежутся! И вам худо будет, и всю атаку сорвёте!

Илья вновь перевёл взгляд на товарища.

Всадники, постепенно ускоряясь, рванулись вперёд. Из ноздрей лошадей вырывался сизый пар, который, клубясь в морозном воздухе, был похож на дым, источаемый огромным, скрытым от глаз костром.

Один за другим они брали барьер, установленный для тренировки. Пусть не так легко и стремительно, как их предводитель, но всё же уверенно. Да, Ярослав их хорошо натаскал. Такой коннице ни частокол, ни стена щитов не страшны!

Наблюдая за своими людьми, тысячник довольно кивнул. Уроки не прошли даром. Обернувшись, он заметил Илью. Улыбнувшись, смуглый воин