Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

его доконало, не столько его уровень, как состояние. Стекла рубки не мутные, не заклеенные как у него на судне. Привык товарищ, что всё на соплях держится, небось свой баркасик водит руководствуясь исключительно опытом. А потом мы пригласили товарища капитана в кают-компанию, где накрыли поздний ужин. Наш кок расстарался и потушил мясо, подстреленного сегодня кабанчика. Также тот подал свежеиспечённый ржаной хлеб и салат из овощей. Это остатки роскоши, что мы хранили в холодильнике.

Ну и разумеется я решил отомстить и выставил бутылку настоящего гватемальского рома. Держу несколько бутылок для истинных ценителей. И угадал, Степаныч на сей раз не стал глотать как самогонку, наоборот сидит смакует напиток маленькими глотками.

В целом мы показали нашу крутость. Поспать удалось всего несколько часов, а после раннего завтрака мы отвезли капитана к его баркасу. Предварительно договорились, что тот проведёт нас к загадочному городку Патракеевка, где мы сможем торговать с местными.

Архангельск остался за спиной, но долго ещё тянулись чёрные корпуса складов и промышленных зданий. Небольшой речной баркас бодренько чапает впереди, оставляя за кормой узкую дорожку мутной воды. Степаныч сейчас работает за лоцмана и мы строго придерживаемся его курса. Возможно раньше тут было вполне безопасно, но русло реки давно не чистили, ходят чисто по памяти. Шаг влево — вправо и можно налететь на мель или топляк.

Скоро река разлилась во всю ширь и стала делиться на рукава. Они исчезают в тумане, между ними островки разного размера. Плоские с редкой растительностью, сразу и не заметишь. Но наш лоцман уверенно держит курс на юг.

Изменился и запах, теперь пахнет больше речным илом. Мы скинули скорость до 4 узлов, просто баркас начал вилять между препятствиями. А нам сложнее, большая длина и значительная осадка шхуны играют свою роль. Эхолот с радаром сходят с ума от извилистого фарватера и перепада глубин. Но если отвлечься от управления судном, то вокруг красота. Очень тихо, на море всегда шумно. Ветер и бьющая в борт волна создают постоянный фон. А на реке тишь и гладь, только плеснёт рыба да затрещит сорока. Но мы здесь не одни, навстречу проходят небольшие суда. И неизменно экипаж вываливается на палубу и все провожают шхуну как привидение. Как космический корабль пришельцев. Они готовы скорее увидеть здесь авианосец, но не четырёхмачтовую красавицу шхуну.

Иногда на берегу замечаем жильё, дымок от печей, рыбацкие лодки и растянутые на палках сети.

Близость цели обозначили многочисленные лодки. От небольших парусников до буксиров, натужно тянувших баржи и плоты с лесом.

— Почти пришли, готовьтесь, — это обрадовал нас Степаныч по рации. Он указал нам свободный причал, а сам прошёл швартоваться чуть дальше.

Это несколько кривое, но довольно крепкое сооружение, собранное из брёвен. Главное, что нам удалось пришвартоваться и спустить трап.

А пока ждём гостей, Степаныч ещё на подходе известил местное начальство о гостях. Но, что-то незаметна красная дорожка и молодые кровь с молоком девицы с пышным караваем хлеба. Так что стоим и рассматриваем с палубы городок. Что интересно, тот расползся по островам. Мы причалили к самому большому. Здесь есть ангары и складские помещения. Есть и несколько десятков домов. Но через многочисленные протоки перекинуты мостики и там тоже живут люди. Стоят дома, мычат коровы, перемещаются люди. Не посёлок, а какая-то водная община. И, разумеется, все пялятся на большой по местным меркам корабль. Здесь всё из дерева, даже административные сооружения. Тёмные, явно давно построенные.

А вот и встречающие, группа из шести человек целенаправленно идёт к нам. Первым на борт поднялся мужчина лет шестидесяти. Сухой, высокий в тёмной куртке, оружия не заметно. Лицо узкое, обветренное. Глаза спокойные, видимо это их старшой. Он без спешки оглядел палубу. Не как гость, а как человек, который имеет на это право.

— Добрый день, — сказал он. Голос ровный, без нажима.

— Добрый, — выдвинулся вперёд я, обозначая с кем ему придётся говорить.

Тот кивнул и махнул рукой. Следом поднялся мужчина помоложе. Крепкого телосложения с автоматом за спиной. Это явно местный силовик. Он пробежался взглядом по палубе и людям. Стопудово они уже срисовали наличие у нас двух пушек. За ним на палубе появился ещё один персонаж. Этот явно не по части оружия, скорее экономический советник или местный управленец. Судя по плоскому лицу и немного раскосым глазам он татарин или калмык.

Я посчитал нужным провезти экскурсию по судну. Показал парусное хозяйство, ожидаемо это вызвало немалое оживление. А потом и предложил пообедать с нами.

— У нас встречное предложение, я предлагаю вам воспользоваться нашим гостеприимством, — обозначил право принимающей стороны их старшой.

Я согласно кивнул и мы с Гурамом отправились вслед за ними. Сашка остаётся на шхуне, не надо говорить, что вся десантная секция с оружием наготове. Если что, шхуну не удасться сходу захватить. А две пушки и четыре тяжёлых пулемёта могут хорошенько проредить местную растительность. Грузина я взял как помощника и человека, понимающего русский.

Земля мягкая, кое-где подложены доски — это чтобы не идти по грязи. Ну да, с лесом тут проблем нет. Вот у нас в Исландии дерево редкость, возят через море. А тут валом.

Дома здесь стоят вольготно, как таковой улицы и нет. Участки под огороды тоже немалые. Все дома старые, но видно, что ещё крепкие. Видны латки на крышах. Некоторые окна заколочены, вкусно пахнет печным дымком. Нашу процессию провожают глазами, стоят мужчины, женщины, пожилые люди и дети. Никто не бросается к нам с вопросами, видимо так не принято. Заметна живность, и не только кошки-собаки. Слышно мычание коров и блеяние коз.

Отчасти напоминает Венецию, транспорта на острове нет. Но у каждого хозяина есть лодка, так и перемещаются. Нам попалась мастерская, где копошились люди.

Этот дом стоит чуть в стороне — заметно, что это скорее нежилое строение. К нему ведёт дорожка из досок. На крыльце стоит дед в телогрейке и тёплой шапке. Наверняка местный сторож.

Внутри тепло, это греет печка, что занимает весь угол. Большой длинный стол и лавки по бокам, явно это место для собраний или совещаний.

— Присаживайтесь. Давайте знакомиться. Я глава общины Олялин Пётр Игнатьевич, — своих помощников он представлять пока не стал. Зато по его знаку женщина, вышедшая из соседней комнаты вынесла кружки и кувшин. Она разлила его содержимое и незаметно удалилась.

Ух ты, неужели знаменитый сбитень. Горячий густой напиток имел запах мёда и трав. После сырого речного воздуха самое