Ищущий свет - Е. Юань

где Рейнетт Тинекер бок о бок с мистером Азиком, предводительницей аскетов Арианной и исполинской серебристо-белой змеей рубилась в кровавой мясорубке против «Богомерзкого отродья» Суа, её взор внезапно остекленел. Движения посланницы налились пугающей, деревянной заторможенностью, превратив её в безвольную куклу, сражающуюся исключительно на первобытных инстинктах.

Это было звеном в плане Клейна. Едва местная заварушка стабилизировалась, а «Богомерзкое отродье» Суа наглухо увязло в бою, не подвергаясь при этом сиюминутной фатальной угрозе, подлинное тело Рейнетт Тинекер выскользнуло из состояния Сокрытия. Она вернулась в реальный мир, дабы подставить плечо Шарон и Эмлину и молниеносно поставить точку в их сражении.

Искоса мазнув взглядом по зависшей в небесах призрачной, истерзанной проекции мумии, Клейн продолжил дергать за ниточки. Натравливая троицу ангелов на «Богомерзкое отродье» Суа, юноша виртуозно оседлал эхо Их заоблачных аур, перекраивающих реальность вокруг. Сменив «Телепортацию» на «Огненные скачки», он продолжил кружить в смертоносном танце с тем самым «Королем-Шаманом» из Школы Розы.

Со стороны его порхания казались воплощением небрежной, вальяжной грации. Однако на деле сыщик с леденящим ужасом констатировал: связь между плотью и душой тает капля за каплей. Тело неумолимо превращалось в глухую клетку для духа, наливая каждое движение свинцовой, деревянной заторможенностью.

Эта леденящая аномалия тут же воскресила в его памяти стержневую суть Пути «Пленника»:

«Плоть есть темница для души, а мир — темница для плоти».

С каждой утекающей секундой он всё отчетливее, на собственной шкуре и под совершенно иным углом, впитывал первобытную глубину этих слов.

Стоило «Богомерзкому отродью» Суа взять его на мушку, как, даже не нанося прямых лобовых ударов, бестия умудрялась исподволь, абсолютно незаметно отравлять его Своей хтонической скверной!

…………

Тем временем, пока одна из голов Рейнетт Тинекер мертвой хваткой вцепилась в «Генерала без глаз», другая резко вздернула вверх намертво зажатую в зубах черную трость.

Артефакт, щедро инкрустированный россыпью самоцветов, тут же исторг из себя тусклое, призрачное сияние.

Прямо из пустоты стремительно вылепился человеческий силуэт. То был не кто иной, как Герман Воробей во плоти — увенчанный шелковым цилиндром, облаченный в плащ и сжимающий в руке револьвер «Похоронный звон».

Бах!

Серебристо-черная искра молнией прошила пространство, безупречно точно впечатавшись в плоть Карамана.

Рассудок старца мгновенно заволокло мутной пеленой, а тело наглухо окоченело, пригвоздив его к месту.

«Пуля Укрощения духов»!

Именно этот снаряд только что выплюнул из ствола Герман Воробей, виртуозно воссозданный мощью «Звездного Жезла»!

— Эта Запечатанная реликвия под кодом «0–62» даровала владельцу власть выуживать прямиком из собственных воспоминаний любые паранормальные таланты или личности, заставляя их снизойти в материальный мир. Причем призванный фантом был способен обрушить на врага один полноценный, сокрушительный удар.

На другом фланге Шарон, не теряя ни доли секунды, вновь перекинулась деревянной марионеткой, до одури похожей на Карамана. Резким, безжалостным рывком девушка вонзила правую руку прямо в собственную грудь.

Алая кровь ударила ревущим фонтаном. «Король-Шаман» судорожно распахнул рот, однако из его глотки не вырвалось ни единого звука.

Для «Мстительного духа» разорванное сердце отнюдь не являлось фатальной раной. А вот для проклятого вампира подобное увечье сулило неминуемую, бесславную гибель.

Не давая Караману и шанса выкарабкаться на одной лишь голой выносливости, Эмлин в очередной раз перелистнул страницы «Дневника путешествий Леймано». Пустив в ход слепок «Призыва исторической проекции из пор истории», вампир вытянул из небытия тот самый, покрытый густой медной патиной «Неомраченный крест».

Юноша с силой вдавил палец прямо в острый шип артефакта. Позволив багровым каплям щедро оросить святыню, он вмиг «смыл» с распятия всю вековую грязь и ржавчину.

Из пустоты в долю секунды соткалось копье, ослепляющее своей первозданной, раскаленной добела чистотой.

Едва Шарон сбросила с себя оковы «Источника проклятия», Эмлин сокрушительным взмахом метнул это световое копье. Смертоносный снаряд насквозь прошил грудь «Короля-Шамана» Карамана, намертво пригвоздив его бьющуюся в конвульсиях тушу к стене высоко под сводами храма.

Ослепительное сияние ревущей сверхновой взорвалось изнутри, безжалостно и без остатка выжигая последние жалкие крохи жизни старца.

«Копье Неомраченного»!

…………

Тем временем в бескрайнем песчаном океане Клейн внезапно замер как вкопанный. Повернувшись лицом к «Богомерзкому отродью» Суа и тому самому «Королю-Шаману», юноша изящно приподнял цилиндр и, прижав руку к груди, отвесил им учтивый поклон.

Его силуэт тотчас же подернулся призрачной дымкой и бесследно растворился в небытии.

В процессе этого исчезновения Клейн ни на йоту не трясся из-за возможных вражеских помех. Как-никак, этот побег был не его собственной заслугой: всё дело крылось в том, что Рейнетт Тинекер попросту оборвала поддержку выуженной из пор истории проекции.

А этот факт служил железобетонным доказательством: кровавая охота на другом фланге увенчалась безоговорочным триумфом!

Глава 1237 Распределение

Ослепительное, золотистое сияние померкло. «Король-Шаман» Караман, мастодонт, прокоптивший небо более тысячи лет, с глухим стуком рухнул прямо у порога храма Ночи. Его тело разлетелось на куски, каждый из которых съежился и обуглился до состояния черной головешки, напрочь лишившись даже капли крови.

Из складок его сожженной в труху черной мантии вывалилась некая диковинка. То была кисть руки совершенно заурядных размеров, однако фактура её кожи казалась пугающе нечеловеческой, а блеск — тусклым и безжизненным. Изящные, тонкие пальцы отличались безупречными пропорциями.

Не окажись Эмлин прямо посреди этого поля брани, он бы железобетонно уверовал, что эта рука — лишь оторванная деталь какого-то мастерски выточенного, в человеческий рост манекена.

Одна из голов, которые Рейнетт Тинекер небрежно удерживала в руке, хищно метнулась вперед, в мгновение ока намертво вцепившись зубами в эту жуткую кисть.

Синхронно с этим маневром фигура Шарон подернулась призрачной дымкой. Девушка бесплотной тенью просочилась прямо в растерзанные останки «Короля-Шамана», дабы форсировать кристаллизацию Потусторонней характеристики.

Эмлин титаническим усилием воли выровнял сбившееся дыхание. Искоса мазнув взглядом по стремительно тающим «Вратам Призыва», что были выкованы мощью «Кольца Лилит», вампир вмиг переродился в иллюзорный, подернутый туманом лунный луч.

Это багровое сияние тут же с хрустом разлетелось вдребезги, осыпавшись неисчислимым роем сияющих осколков.

Кроваво-красные, источающие потустороннюю жуть чешуйки стремительно заскользили туда, куда падал лунный свет. Прямо подле растерзанной туши Карамана они вновь сплелись воедино, вылепив из себя Эмлина Уайта, щеголяющего в безупречном строгом костюме и элегантном галстуке-бабочке.

Юноша даже не удостоил взглядом выкристаллизовывающуюся реликвию. Благополучно развеяв фантом «Неомраченного креста», он плавно склонился и, орудуя обтянутой черным бархатом левой рукой, бережно подхватил брошенный им же «Белоснежный взор», до боли напоминающий стеклянный шар.

Свободной рукой вампир сноровисто встряхнул «Дневник путешествий Леймано». Фолиант послушно распахнулся на нужной странице, сплошь испещренной мистической вязью и оккультными символами, отвечающими