Ищущий свет - Е. Юань

Дождавшись, пока черная порча окончательно развеется, Клейн просидел в звенящем безмолвии еще некоторое время. Вскоре «Луна» Эмлин истово вознес мольбы, пожертвовав свой куш и слезно умоляя господина «Шута» выжечь скверну из Потусторонней характеристики «Короля-Шамана».

«Диковинная, первобытная скверна… Чьих же она рук дело: „Матери Древа Желаний“ или „Первозданной Луны“?» — Клейн хищным жестом подхватил миниатюрную «Кровавую луну», скрупулезно препарируя её взглядом на протяжении пары секунд.

На протяжении всего этого досмотра юноша сохранял параноидальную, леденящую бдительность, изготовившись в любую долю секунды обрушить на артефакт сокрушительную мощь «Замка Истока».

Не сумей он загодя вскарабкаться на ангельский престол в недрах этих чертогов, он бы ни за какие коврижки не дал добро на подобное жертвоприношение. Куда благоразумнее было бы просто ниспослать карающий удар калибра второй Последовательности прямо в материальный мир, раздробив реликвию и отделив порчу на расстоянии.

В конце концов, в былые времена сыщик до смерти боялся даже раскинуть карты на заурядную характеристику «Оборотня», лишь едва тронутую тлетворным дыханием «Матери Древа Желаний». Он тогда пулей сбагрил её с рук, от греха подальше.

Завершив дотошную ревизию, Клейн властно, с силой опустил правую руку. Этот жест мгновенно заставил всё таинственное измерение зайтись в подавляющей, сейсмической вибрации.

Миниатюрная «Кровавая луна» с оглушительным хрустом разлетелась вдребезги, осыпавшись неисчислимым роем крошечных, ослепительно-алых искр.

Из недр этой пылающей россыпи судорожно вырвались клубы багрового тумана. Сплетаясь воедино, они стремительно вылепили из себя каплю свежей, пульсирующей первобытной жизнью крови.

Вслед за этим алые искры вновь слились воедино, непрерывно уплотняясь, пока не обратились в ту самую миниатюрную «Кровавую луну». Вот только теперь артефакт казался куда более прозрачным и первозданно чистым, напрочь лишившись былой мути.

Клейн силой мысли соткал призрачную кисть и бережно подцепил эту на вид абсолютно живую каплю крови. В ней пульсировала поистине бьющая через край, первобытная жизненная сила.

«До ангельского калибра не дотягивает, но всё равно отдает какой-то диковинной чертовщиной… Словно эта дрянь удостоилась прямого благословения некоего злого бога…» — мысленно прикинул сыщик. Наглухо обрубив все незримые мистические нити, тянущиеся от крови, он приманил к себе бумажного человечка и ради эксперимента мазнул багряной каплей по его поверхности.

Едва соприкоснувшись с бумагой, скверна мгновенно впиталась в неё без остатка. В следующую же долю секунды живот куклы гротескно, пугающе вздулся и с оглушительным хлопком разорвался на куски.

Пока останки порванной фигурки осыпались клочьями, из её растерзанного чрева резво выкарабкался совершенно новый бумажный человечек с легким багровым отливом. На его плоской мордочке уже начали смутно проступать жутковатые черты лица.

«Власть размножения…» — сурово сведя брови на переносице, Клейн резким, властным тычком указательного пальца правой руки стер это новорожденное отродье в мельчайшую пыль.

Из праха тут же вновь вырвались клубы багрового тумана, стремительно сплетаясь обратно в каплю крови.

«Убойная мощь и духовность просели лишь на жалкую кроху… Понадобится как минимум сотня подобных переселений, чтобы эта дрянь деградировала и распалась окончательно…» — беззвучно вынес вердикт сыщик. Не теряя времени, он зачерпнул силу «Замка Истока» и слой за слоем наглухо запечатал багровую каплю.

Покончив с этим, он вскинул голову, устремив тяжелый взгляд на мужского гомункула, застывшего на изъеденной патиной длинной столешнице.

Эта облаченная в изысканный камзол кукла размером с ладонь благоговейно распласталась по бронзе, даже не смея приподнять голову под взором владыки.

«С артефактами, наделенными искрой жизни, договариваться куда проще…» — издав тихий, глухой смешок, Клейн поднес запечатанную каплю крови вплотную к этому самому «Генералу без глаз».

Марионетка судорожно вскинулась на всех четырех конечностях и попятилась, торопливо отползая назад.

Замерев на безопасном расстоянии, гомункул вновь намертво впечатал лоб в столешницу, исторгнув из себя нечто нечленораздельное — скрипучий, режущий слух шум, напрочь лишенный человеческого смысла.

— Выказываешь покорность? Весьма недурно… — с легкой улыбкой отозвался Клейн и вальяжно скомандовал: — А теперь продемонстрируй, на что ты способен.

Понаблюдав за развернувшимся спектаклем, юноша железобетонно удостоверился: «Генерал без глаз» владел даром одержимости, мог играючи влиять на неживую материю, а также перехватывать первичный контроль над бесхозными мистическими реликвиями, в которые не была влита чужая духовность.

«А вот этот последний фокус при случае может сослужить воистину добрую службу…» — сыщик удовлетворенно, едва заметно кивнул. Властным жестом приманив к себе пустую шкатулку, он велел «Генералу без глаз» самолично запрыгнуть в неё.

С параноидальной дотошностью наложив глухие печати, Клейн небрежным жестом зашвырнул этот ларец вкупе с каплей проклятой крови прямиком в кучу оккультного хлама. Пусть эти новенькие реликвии поскорее привыкают к своему грядущему месту жительства.

Что же до пагубных побочных эффектов «Генерала без глаз» — юноша ни на йоту не сомневался, что эти мелкие недоразумения можно будет играючи уладить путем дружеских, конструктивных переговоров.

Глава 1238 Догадки

Благополучно разобравшись с собранным кушем и одарив Эмлина Уайта очищенной Потусторонней характеристикой «Короля-Шамана», Клейн не стал торопиться покидать «Замок Истока». Вместо этого юноша вкратце прокрутил в уме детали минувшей битвы.

Главным объектом его скрупулезного препарирования стало «Богомерзкое отродье» Суа. Опираясь на повадки и арсенал этой твари, сыщик отчаянно силился вычислить подлинные, заоблачные пределы мощи истинного ангела.

«Столкнись я с подобным монстром лицом к лицу в лобовой сече, где никто не сдерживает ударов — мне бы почти стопроцентно даже не дали окна выудить ангельскую проекцию из пор истории. Разве что повезло бы сорвать куш с первой же попытки… Спору нет, моя текущая мишень, Демонический волк тьмы, числится „Чудотворцем“ второй Последовательности, тогда как „Богомерзкое отродье“ Суа уже вскарабкалось на первую ступень. Пропасть между ними должна зиять воистину колоссальная… Вот только Котар шагает по той же самой стезе „Провидца“, а значит, Его ранг обрушит на меня тотальное, абсолютное подавление по всем фронтам… Остается лишь возносить хвалу небесам, что Он еще не завершил ритуал и не шагнул на первую Последовательность, иначе шансы на триумф болтались бы на круглом нуле… Первая Последовательность…» Пока эти мысли молниеносно сменяли друг друга, зрачки Клейна внезапно сузились, а сам он резко, словно от удара током, выпрямился в кресле.

Его духовная интуиция резанула тревожным звоночком, подкинув один леденящий душу сценарий:

«А что, если Демонический волк тьмы, Котар, уже благополучно совершил прорыв, вознесшись до „Слуги Тайн“ первой Последовательности? Что, если тот полис, наводненный марионетками — лишь виртуозный морок, искусно сплетенный капкан, дабы пустить пыль в глаза возможным ищейкам?