2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн

Однако позже, когда Алекса осталась наедине с матерью, она рассказала ей о некоторых радикальных требованиях Движения. Реакция матери была схожа с реакцией Даксона.

– Оперировать красивых женщин? Что за чушь! У них, наверное, слишком много свободного времени, чтобы выдумывать подобную чепуху. Зачем, ради всего святого, ты туда пошла? Чудаки есть везде, особенно в Нью-Йорке. Знаешь ли ты, что у нас есть группы взаимопомощи для людей, которые считают, что подверглись сексуальному насилию со стороны инопланетян? И есть парни, которые уверены, что в подземельях Марса можно кататься на динозаврах. И сектанты, которые полагают, будто Дональд Трамп до сих пор жив и возглавляет тайную подпольную армию. Не стоит воспринимать все это всерьез.

* * *

На следующий день рано утром Алекса уехала в Бостон. В поезде на магнитной тяге она посмотрела последние новости, а затем политическую программу. Ее внимание привлекла журналистка Даита Сингх, чьи материалы нравились Алексе. На этот раз был репортаж о Движении.

– Движение все еще развивается, – рассказывала эта потрясающе красивая женщина индийского происхождения. – За последние несколько недель многие из их требований приобрели радикальный характер. Некоторые из пунктов их программы все еще кажутся обществу, которое гордится своей просвещенностью, чересчур радикальными. Но в принципе Движение придерживается правильного подхода: необходимо наконец поставить вопрос о привилегиях, которыми пользуются избыточно красивые люди. На этом мы заканчиваем и возвращаемся в студию к Джерри.

– Спасибо, Даита, – вступил в разговор Джерри, красавец с серебристо-седыми волосами, удобно расположившийся в студийном кресле. Камера нацелилась на него. – И еще одно замечание для наших зрителей. Конечно же, Даита оговорилась. Когда мы говорим о «чрезмерно красивых людях», это же не объективное утверждение, а в лучшем случае субъективная оценка, используемая определенной, преимущественно мужской, демографической группой. Не так ли, Даита?

Даита на миг опять появилась на экране, чтобы сказать:

– Да-да, правильно, извините.

Вечером Алекса встретилась с Даксоном.

– Итак, что мы празднуем?

– Думаю, что могу принимать поздравления, – Даксон выглядел довольным. – Сегодня сеть отелей, владеющая Luna-1, объявила, что они хотят построить еще один отель, на сей раз в огромной лавовой пещере на Луне, рядом с большими участками земли, которые я купил десять лет назад. Большинство моих коллег в то время советовали мне не делать этого, но я верил в потенциал лавовых пещер, которые были недавно открыты. Конечно, иногда меня охватывали сомнения, но теперь, после объявления о проекте строительства отеля, ценность близлежащих земель резко вырастет.

Но не все шло гладко. У Даксона были определенные опасения. Партия «Справедливость», которая, судя по опросам, добилась большого успеха за последний год, выдвинула план введения девяностопроцентного налога на прирост капитала применительно к участкам на Луне с целью увеличения финансирования Программы помощи социально не защищенным слоям населения на Земле. На размещенных во всех средствах массовой информации рекламных материалах этой партии красовался лозунг: «Отправим всех богатых на Луну – пусть они там и остаются».

Некоторое время тому назад пропаганда против богатых стала вестись более активно. Колонизация Марса и Луны сделала некоторых людей очень богатыми, особенно это относилось к основателям компаний, разрабатывавших инновационные решения для выживания в сложных марсианских условиях. Настоящий бум переживали компании, занимающиеся терраформингом, о котором еще несколько лет назад никто не слышал, но сейчас он был у всех на слуху. Алекса давно подумывала о том, чтобы купить акции одной из терраформинговых компаний, и сейчас призналась в этом Даксону.

– Может, это и тебе интересно?

Даксон покачал головой, а его губы сжались в тонкую линию.

– Нет, мне это кажется слишком похожим на краткосрочную спекуляцию, – ответил он, сунув руки в карманы брюк. – Это просто журавль в небе, нечто из далекого будущего.

Алекса нахмурилась.

– Что это еще за журавль? – И она вызывающе скрестила руки на груди. – Ты всегда говорил, что будущее торгуется на бирже, что акции должны поражать воображение. Ты что, не помнишь, как это было с компаниями, которые планировали добывать полезные ископаемые на астероидах? Поначалу над ними все смеялась, но потом оказалось, что первые инвесторы сколотили состояния! Райвен рассказал мне, что некоторые акции терраформинговых компаний, которые он купил, за последние несколько недель выросли в три раза.

Рот Даксона скривился в усмешке.

– Райвен всего лишь журналист, – пренебрежительно заметил он, – и ничего в этом не понимает. Очевидно, он не видит разницы между инвестициями и азартными играми. Тот факт, что его акции выросли в цене в три раза, не делает их инвестициями. Ты можешь выиграть миллион в казино, но это не делает ставки в рулетке инвестициями.

Алекса шумно выдохнула. Ее глаза сузились.

– Похоже, тебя просто сердит тот факт, что ты не купил эти акции несколько недель назад. – Она старалась говорить спокойно, но ее голос прозвучал резко. – Ты всегда считаешь, что знаешь больше других.

Даксон ничего не ответил. Его лицо приняло жесткое выражение, и они надолго замолчали. Вечер принял неприятный оборот.

* * *

Прошло несколько дней. Алекса договорилась встретиться со своей лучшей подругой Зорайей. Зорайя была на несколько лет старше Алексы и тоже имела такую внешность, что мужчины поворачивали головы ей вслед. Правильные черты лица, большая грудь. Однако, несмотря на явную привлекательность, Зорайя постоянно боролась со своим весом, чередуя диеты с набором лишних килограммов. Строго говоря, Зорайя не выглядела полной, но, имея тот же рост, что и Алекса, она все же носила лишние двадцать килограммов. После каждой диеты ее фигура обретала более гармоничный силуэт, а лицо становилось еще выразительнее. Но она не могла долго удерживать себя в приемлемых границах, а инъекции против ожирения имели слишком много побочных эффектов. Она не считала, что ест слишком много, поэтому собиралась обратиться в клинику, чтобы проверить щитовидную железу.

Но пока что Зорайя была настолько сосредоточена на своей карьере, что у нее не было на это времени, – по окончании учебы она получила работу в перспективной компании, занимающейся добычей минерального сырья на астероидах. А все свободное время проводила с лошадьми, которых любила больше всего на свете, особенно их теплый характерный запах – соломы, кожи и еще чего-то трудноуловимого и неповторимого. При такой напряженной жизни у нее почти не оставалось времени на мужчин. Но несколько месяцев назад она стала встречаться с Вареком Каллором. Варек хорошо ее понимал, потому что и сам был так вовлечен в политику, что на женщин времени и сил уже не было.

Было очевидно, что его ждет многообещающая политическая карьера. Варек был восходящей звездой партии «Справедливость». Эта партия выступала за