Рассказы 29. Колодец историй - Сергей Пономарев

не питаться при них. И почему человеков пугает то, как мы едим? Наверно, потому, что они едят как-то по-другому: у них совсем маленькие рты и они не умеют выпускать хоботки, чтобы высасывать из тушки все соки. Я просила Джейн показать, как они питаются, но она сказала, что не может есть с этой раздутой штукой на голове. Попыталась показать «понарошку», но я так и не поняла – ни что это значит, ни что она делает.

Со вчерашнего дня тело Ууса забродило и стало приятно хрустким. Да еще и так одуряюще сладко пахло… Даже сейчас, когда я думаю об этом, у меня из пасти текут соки и проступают хоботки. Все, хватит записей, пойду на охоту. Аж брюшко сводит, как хочется есть.

* * *

Сегодня Джейн пытался утащить фрол. Вцепился в нее когтями, будто она мелкая клоша, и попытался поднять. Хорошо, что я была рядом, – он еще толком взлететь не успел, а я уже вгрызлась ему в крыло. Вот крику было! Тут же бросил Джейн и слинял.

Я думала, что ничего страшного не случилось, ведь голова и лапки Джейн остались на месте – люди почему-то очень переживают за то, чтобы сохранить все свои лапки. Но оказалось, что фрол проколол ей вторую кожу. Джейн тут же закричала, что если не успеет вернуться к себе, то умрет. Голос у нее сразу изменился, стал хриплым, чужим. Я не поняла, из-за чего столько шума, но все-таки закинула Джейн себе на спину и быстро донесла до ее блестящего дома.

Она долго не выходила – я уже начала скрестись и просить, чтобы меня пустили к ней. Люди внутри почему-то испугались, и ко мне даже вышла Ольга, пыталась успокоить. Она мне не нравится: хоть и похожа на Джейн – так же мало глаз, такой же маленький рот, – но какая-то другая. Не такая добрая, и с ней скучно. Говорит мало и больше таращится по сторонам. А еще она большая – больше Джейн. Не люблю таких – крупные самки всегда борются за лучших самцов.

Когда Джейн наконец вышла, на ней была новая кожа другого цвета. Какие же люди слабые, раз так пугаются даже из-за незаметной раны! Я все никак не могу разобраться, как они выживают, если им никак не обойтись без второй кожи и этой большой поблескивающей раздутой штуки, что защищает их головы.

Джейн сказала, что без меня бы пропала и что я – настоящий друг, хоть я и не знаю, что это такое. Джейн пыталась объяснить, но я ничего не поняла. В человеческом языке слишком много лишних слов. Но мне все равно было приятно, что она считает меня частью своего племени.

Еще Джейн сказала, что скоро они улетят домой, но она обязательно вернется через десяток циклов. Я ответила, что тогда ей нужно будет найти нового проводника, потому что у меня к тому моменту уже появятся дети. Джейн удивилась – она не знала, что я скоро стану мамой. И почему-то сильно расстроилась. Наверное, боится, что без меня ее слопают фролы.

* * *

Мое брюшко уже раздуло от яиц, так что скоро кладка. У меня больше нет времени возиться с Джейн, потому что я занята плетением укуто́на. Но она не стала искать другого проводника и вместо этого попросила разрешения быть рядом и все фиксировать. Сначала с ней пришли другие люди, но Уту́н быстро их прогнал. Он бы и Джейн прогнал, но я не позволила. Пришлось даже повалить его и прикусить за брюшко, и только тогда Утун ушел.

Теперь Джейн каждый цикл приходит одна, крутится поблизости и отвлекает вопросами. Как же много у нее вопросов! Обычно они очень глупые – например, почему мы не откладываем детей в наших жилищах, а уходим делать укутоны. Еще она хотела знать, что я чувствую, когда исторгаю ху́кус.

Я вижу, что ей не нравится то, что она видит: когда я отхаркиваю очередную длинную нить, лицо Джейн кривится и морщится и становится еще более уродливым. Но она не уходит. И еще почему-то выглядит грустной, совсем перестала улыбаться, и даже смотрит на меня как-то по-другому. Однажды она спросила, не страшно ли мне и точно ли я этого хочу. Я не очень поняла, чего же я должна бояться.

Неподалеку от моего укутона находится укутон Ууа́ти. Он большой, красивый, с ажурными стенками. Ее яйца уже успели вылупиться, и когда свет небесных шаров падает на укутон, я вижу копошащиеся тени ее деток. Джейн тоже все время смотрит туда и постоянно просит отвести ее к Ууати, чтобы понаблюдать за ней. Говорит, если мы разрешим ей взять какие-то «материалы для исследования», она сможет всем нам помочь. С чем помочь, зачем помочь? Иногда я думаю, что хорошо выучила язык людей, но бывают циклы, когда я совсем не понимаю, о чем говорит Джейн.

* * *

Джейн теперь куда реже возвращается в свой блестящий дом. Уходит только, чтобы «взять немного кислорода». Иногда даже остается ночевать в нашем селении. Она смешно спит: укладывается набок, складывает лапки, вся скукоживается и становится даже меньше, чем обычно. Иногда немного подергивается во сне и издает смешные звуки. Люди – ужасно нелепые создания.

Кажется, Ольге не нравится, что Джейн не возвращается домой к другим человекам, так что сегодня она отважилась явиться в поселение. Пришла одна, с большой блестящей штукой в лапах, но болючками все-таки не плевалась – люди выучили прошлый урок. Я сразу отняла у нее эту штуку, пока не увидел Утун: забросила себе в пасть и пережевала. Хрустко, но невкусно – пришлось даже выплюнуть эту царапучую гадость и спрятать обломки в высокой траве. Если беда случится с этой противной Ольгой, то и Джейн тоже может попасть.

Они ужасно кричали. Ольга все махала своими лапами и говорила странные вещи – я ничегошеньки не поняла. Было что-то вроде «Нельзя нарушать естественный порядок вещей!» и «Ты всего лишь стажерка и должна делать свою работу!». Интересно, «стажерка» – это название их людского клана? Или ее место в племени? Было еще что-то про «идиотизм» и «опасно».

Никак не пойму, про какую опасность говорила эта Ольга. Она же знает, что Джейн под моей защитой. Я сильная – куда сильнее многих в моем племени! – и уже не раз это показала. Кто вырвал Джейн из когтей фрола? Кто отогнал от нее разъяренного Утуна? А он страшный на вид – так щелкает