Системный Друид. Том 4 - Оливер Ло

Лагерный костёр я почуял за два поворота, по запаху дыма, смолистого, с привкусом подземного мха, который группа использовала для растопки. Усиленные Чувства выделили четыре дыхания, четыре сердцебиения, четыре источника тепла, расположенных вокруг огня. Группа была на месте, и группа ждала, хотя ждала, судя по всему, другого.

Я вышел из тоннеля спокойным ровным шагом, убрав Покров Сумерек и положив руки на виду. Перчатки в крови от ссадин, плащ порван на правом плече, котомка испачкана каменной пылью и мхом пятого этажа, лук за спиной, остатки стрел в колчане.

Маркус поднял голову первым. Его взгляд нашёл меня мгновенно, и в этот же момент он изменился в лице. Брови чуть поднялись, губы разомкнулись на вдохе, зрачки расширились, считывая мой силуэт целиком, от сапог до макушки, за долю секунды. Маркус удивился, по-настоящему, и я зафиксировал этот момент, потому что удивить старого авантюриста было задачей, с которой справлялись немногие. Удивление продержалось пару секунд, после чего морщины у рта обозначились чётче, и обычная невозмутимость вернулась на место.

Стен сидел справа от костра, чистил меч. Бородатое загорелое лицо повернулось в мою сторону, тяжёлый взгляд прошёлся по мне с ног до головы, задержался на порванном плаще, на грязи и ссадинах, и вернулся к клинку. Бородач кивнул сам себе, коротко, как кивают опытные люди, когда результат совпадает с ожиданием, которое они предпочитали не озвучивать.

Вальтер по своему обыкновению перебирал болты, разложив их на расстеленной тряпке рядами по типу наконечника. Он поднял голову, посмотрел на меня ровным сухим взглядом, в котором я не прочёл удивления, только констатацию факта, и вернулся к работе, проворачивая каждый болт между пальцами, проверяя ровность древка. Похоже, это занятие его неплохо так успокаивало, потому что он в любой удобный момент возвращался к нему.

Коул сидел у стены напротив тоннеля, обхватив кружку обеими руками. Его веснушчатое лицо было бледнее обычного, со сведёнными бровями и растерянным взглядом, мечущимся между тоннелем и костром. Губы приоткрыты, глаза расширены, между бровями залегла складка, слишком глубокая для восемнадцатилетнего парня. Кружка выскользнула из ослабевших пальцев, ударилась о камень с глухим стуком и покатилась, расплёскивая остатки воды. Коул даже не посмотрел на неё.

Дейл стоял чуть в стороне от костра, привалившись спиной к каменной стене коридора, со скрещёнными на груди руками и подбородком, опущенным к ключицам. Его поза должна была выглядеть расслабленной, однако мышцы плеч и предплечий были напряжены под курткой, и ноги стояли в полубоевой стойке, с весом на передней стопе. Он смотрел в темноту тоннеля, откуда я вышел, в темноту, из которой я появляться был не должен.

Дейл не сразу зацепился взглядом за меня, но все же сложно было игнорировать очевидное, и я увидел, как менялось его лицо. Каждая эмоция проступала на нём так, будто его обладатель не умел и не пытался контролировать, потому что контроль требовал дисциплины, а дисциплина оставалась роскошью, недоступной людям, у которых мозгов было немного. Удивление мелькнуло первым, широко распахнув глаза и раздвинув губы. За ним пришла растерянность, стиснувшая челюсти и согнавшая краску с щёк. И последней накатила злость — единственная реакция, которую этот парень выдавал на любое событие, выходящее за пределы его плана.

Я шёл к нему от входа в тоннель ровным шагом и молчал, потому что слова здесь были лишними. Когда факт очевиден обеим сторонам, комментировать его вслух — означает тратить время, которое лучше потратить на действие.

Дейл успел оттолкнуться от стены и выпрямиться. Его руки разомкнулись на груди, правая потянулась к поясу, где висел нож, левая поднялась на уровень солнечного сплетения, начиная складывать пальцы для Силового удара. Этот жест я уже видел далеко не один раз и знал, что от него ждать в таком случае.

Я быстро оказался в шаге от него и сой кулак встретил его скулу раньше, чем пальцы завершили жест. Прямой правый, вложенный корпусом и весом шага, с точностью, которую мне поставили драки в лесных посёлках и стычки с браконьерами в прошлой жизни. Каменную Плоть я держал в резерве, она здесь была излишней. Удар предназначался человеку, и он достиг цели с тем посланием, которую никакое объяснение заменить не способно.

Дейл опрокинулся навзничь. Затылком он с силой приложился о каменную стену, ноги подогнулись, и он упал плашмя, раскинув руки. Кровь из рассечённой скулы побежала по щеке к уху.

Маркус сидел у костра и смотрел на меня через огонь, положив руки на колени. Спокойно. Он видел, как я вошёл, видел, как шёл к Дейлу, видел удар, и за всё это время ни один мускул на его лице не дрогнул, рука не потянулась к оружию. Стен продолжал чистить меч размеренными движениями тряпки по клинку. Вальтер поднял голову от болтов, посмотрел на лежащего Дейла одну секунду, перевёл взгляд на меня, и вернулся к работе, пальцы снова заскользили по древку очередного болта.

Я отступил на шаг и посмотрел на Дейла сверху вниз. Парень к этому моменту уже лежал на спине, прижимая ладонь к скуле, и его тёмные глаза, мокрые от рефлекторных слёз, которые выбил удар, смотрели на меня снизу с выражением, в котором боль мешалась со злобой. Он пошевелил челюстью, проверяя, цела ли, сплюнул кровь на камень и начал подниматься, упираясь локтем в пол.

Я ждал. Молча, с опущенными руками и прямой спиной. Ждал, потому что следующий шаг принадлежал Маркусу, и мы оба это понимали.

— Объяснись, — произнёс Маркус, и его голос прозвучал ровно, без давления.

— Обвал на третьем этаже, — сказал я, и мой голос был таким же ровным. — Расщелина в стене, через которую я мог уйти к основному проходу. Всего несколько секунд до вашей группы. И внезапно телекинетический толчок в спину, направленный в сторону расщелины. В момент, когда пыль закрыла видимость, и грохот заглушил звуки. Как думаешь, кому он принадлежал?

Больше ничего. Факты говорили сами, и любое дополнение только ослабило бы их вес. Да и то, как отреагировали старшие авантюристы, наглядно говорило, что если они и не были в этом уверены, то догадывались, что что-то произошло.

У костра стало тихо. Треск горящего мха и редкие щелчки смолистых веток заполнили пространство, которое секунду назад занимали мои слова. Стен перестал чистить меч. Клинок замер на полупроходе тряпкой, и бородатое лицо повернулось к Дейлу с тяжёлым,