Закон вольных сталкеров - Дмитрий Олегович Силлов

был намного быстрее и сильнее меня. Не снижая скорости, я плюхнулся на брюхо, по инерции проехался на нем по склизкому от плесени бетону, слыша, как свистят над моей головой осколки… Я даже почувствовал пятками, как лизнуло их пламя – но, к счастью, выше не поднялось.

Не достало.

Зато могло достать нечто и похуже пламени, ибо подземные тоннели не рассчитаны на мощные взрывы внутри них. Потому я вскочил на ноги и рванул вперед так, как никогда в жизни не бегал.

И это тоже оказалось вовремя, так как позади меня начал складываться бетонный тоннель…

Я не только слышал, я прям спиной чувствовал толчки воздуха от того, как методично, один за другим осыпаются вниз огромные бетонные кольца, растрескавшиеся от взрыва, – и мысль о том, что следующее кольцо рухнет мне на голову, заставляла меня нестись вперед со скоростью наскипидаренного мустанга…

Разумеется, долго такой спринт продолжаться не мог. Я почувствовал, что вот-вот выплюну собственные легкие вместе с бетонной пылью, облако которой накрыло меня сзади, – но все равно бежал, пока, наконец, хрипя как загнанная лошадь, не вырвался на участок тоннеля, свободный от этой пыли. После чего поскользнулся на какой-то гадости, рухнул вниз и выплюнул вместе с серым комком вязкой слюны:

– Да гори оно все…

После чего вдруг услышал… тишину. Потому что сзади меня уже рухнуло все, что должно было рухнуть, лишь едва уловимо перешептывались друг с другом струйки бетонной пыли, осыпающиеся с потолка.

Я встал на ноги, еще не веря тому, что выжил. Поднял голову…

Офигеть…

По потолку змеилась заметная трещина, возле которой как ни в чем не бывало горел плафон с «вечной лампочкой», которые, как известно, в Зонах подпитываются либо остаточным аномальным излучением, которым пронизано все вокруг, либо жизненной силой идиотов, которые, задрав головы, рассматривают их, словно некое невиданное чудо…

Я на такие лампочки насмотрелся предостаточно, потому поспешил убраться подальше от опасного места, в очередной раз удивляясь собственному везению… Но еще больше я удивился ему, когда сзади меня раздался громкий треск лопающейся арматуры и огромное бетонное кольцо рухнуло на то место, где я только что стоял…

Блин, напиши я обо всем этом в очередном романе, скажут же, что звездю я не по-детски и такого не бывает. Не, дорогие мои, на войне и в Зоне случается всякое-разное и похлеще, причем довольно часто. Но только с теми, кто изо всех сил пытается выжить, а не сидит, забившись в щель, и в безвыходной ситуации не ждет, пока его накроет сложившимися стенами ДОТа или обрушившимися бревнами блиндажа…

Такими вот бравыми мыслями развлекал я себя, шагая вперед…

Пока не остановился.

Остановишься тут, когда бетонный пол под тобой трястись начинает. Характерно так, с паузами примерно через секунду.

Неприятно мне на душе стало от этого. Прямо скажем, погано. Потому что вот с такими же точно звуковыми эффектами разгуливает по подземным тоннелям головорук. Здоровенная тварь, выведенная военными биоинженерами в лабораториях для подземной войны. Потом ученых эвакуировали, лаборатории законсервировали – а всякие мерзкие биологические машины для убийства остались. И кушать им надо было много и часто…

Так было в нашей Зоне – и, по ходу, эта не особенно от нее отличалась в плане монстров, от чьей поступи дрожал пол и сверху на голову сыпалась мелкая бетонная пыль.

Совершенно не хотелось мне встречаться с головоруком один на один в тоннеле, где бежать можно только в две стороны. И даже если это не он, а какая-то другая тварь, – ну ее на фиг на всякий случай.

Недолго думая, я развернулся – и сначала на цыпочках, а потом и на полной скорости рванул к тому месту, где обвалившийся потолок совсем недавно чуть не превратил меня в мясную лепешку.

* * *

Когда я вернулся к месту обрушения потолка, бетонная пыль уже улеглась и стало видно, что вверху зияет большая дыра, через которую проглядывает серо-черное небо.

В нашей Зоне оно почти такое же: солнечный свет еле пробивается через плотные дождевые тучи, наполненные слабокислотным дождем, оттого снизу они кажутся реально свинцовыми. Кстати, новички, которых у нас называют «отмычками», с непривычки частенько глядят вверх, непроизвольно втягивая головы в плечи: кажется им, что нереально низкое небо вот-вот рухнет на макушку…

Ну да, есть такое психологическое ощущение, к которому рано или поздно привыкаешь – как и к мысли, что можешь помереть прям сейчас, в любую секунду. Или пуля прилетит из кустов, или в аномалию наступишь, или же ктулху из зарослей бросится, например. Ну и что? Все равно когда-нибудь помирать придется. Не сейчас – так завтра. Не завтра – так через пятьдесят лет… Один хрен, конец-то один, так какой смысл его заранее бояться? Правильно, никакого.

Такие вот мудрые мысли гонял я в голове, карабкаясь по бетонным обломкам наверх, к дыре, которая в данный момент виделась мне единственным спасением. Потому что тяжелые шаги неведомой твари раздавались все ближе и ближе, а рваные прутья арматуры, за которые можно было зацепиться, торчали все еще высоковато. Дело осложнялось тем, что бетонная крошка осыпа`лась под ногами, и я, взобравшись наверх на полметра, тут же съезжал вниз сантиметров на тридцать.

Попадалово, в общем. С одной стороны туннель завален, с другой, почуяв добычу, ко мне бежит некая голодная машина для убийства…

– Да етишкина жизнь! – взревел я и, собрав последние силы, рванулся кверху, одновременно сдергивая с плеча автомат. Мысль мне одна в голову пришла, вдруг получится…

Я уже снова начал съезжать вниз, но при этом, размахнувшись хорошенько, метнул вверх свой навороченный АК… который весьма точно лег перекладиной между двумя ржавыми арматуринами, свесив книзу брезентовый ремень.

И тут из темноты тоннеля выбежало оно…

Да, это, несомненно, был головорук, но неплохо так усовершенствованный.

В высоту тварь была около трех метров и на широких плечах имела реально крокодилью башку. Длинная, вытянутая вперед разинутая хлеборезка мутанта была утыкана мощными зубами. В довесок к такому мощному природному оружию имелись у подземного монстра четыре мускулистые лапищи, перевитые мышцами и похожие на конечности культуриста-чемпиона. Ну и хвост у твари наличествовал. Мощный, крокодильего типа, длиной метра три, не меньше.

Вся эта биоконструкция передвигалась на задних лапах, помогая себе хвостом, и, в отличие от неуклюжих головоруков Чернобыльской Зоны, выглядела намного выигрышнее. Особенно когда она, увидев добычу, рванула вперед довольно шустро, хотя весила, по моим прикидкам, несколько тонн.

Когда на тебя несется эдакая пакость, откуда только силы берутся?

Я рванул вверх с ловкостью павиана, замотивированного аллигатором, схватился