Часовщик 4 - Константин Вайт

– Ишь, как заговорил, – расхохотался Медведев, – будь проще. Незачем подобный высокий штиль.

– Так что?

– Да, прости меня. Надо было раньше увидеться и объясниться, – Медведев поднялся из-за стола, при этом достаточно бодро, подошёл к Матвею и протянул ему руку для рукопожатия, – мир?

– Конечно, – Матвей пожал протянутую руку, – а между нами война была?

– Да не было ничего. Ты прав. Первую неделю я сердился, и на тебя в том числе. Как же, не уберёг доченьку. Но у меня тут хватает достойных советников. В первую очередь, жена моя. Быстро вправила мне мозги. Так что, ты извини, что я про тебя нехорошо думал. Недостойно это!

– Да ладно уж, – Колычев от подобных извинений весь расплылся в кресле, расслабился. Сейчас Паша был похож на себя прошлого. Этакого крепкого, простоватого, но весьма хитрого и при этом добродушного. Он носил много масок, но Матвей Фёдорович знал главное: Виктор был не злым. Мог поорать, но камня за пазухой не держал.

– Я и сам хотел тебя навестить, да дел много. Шведы зашевелились, с турками на границе тоже неспокойно. Грядёт что-то...

– Понимаю, – кивнул Матвей, – ещё хотел разъяснить непонятки с учеником моим, Максимом Андером.

– Этот мальчишка твой ученик? Я и не знал... – Медведев состроил недовольное лицо, – вот кому-то в ближайшее время влетит за неполные доклады!

– Так что, к нему есть какие-то претензии?

– С ним странная история, – Виктор сел, но не за стол, а в кресло напротив Колычева, – служба безопасности ручается, что его помощь при нападении на Анну была очень ценной. По сути, Геннадий почти исчерпал свой источник. Анна не смогла бы оказать никакого сопротивления. Так что я понимаю, что парень спас мою дочь. Но! – вытянул палец Медведев и, задрав высоко подбородок, продолжил как истинный аристократ:

– Признать факт спасения дочери простым школьником, значит, показать, насколько слаб мой род.

Колычев молча кивнул. С этой точки зрения ситуацию он не рассматривал, но очень хорошо понимал. Род Медведевых принадлежит к древней аристократии. Признать, что простолюдин спас дочку главы, по сути, это позор. Такого генерал точно не мог допустить.

– Вижу, понимаешь, – кивнул Медведев, – поручил я его наградить, но так, без лишнего шума, и забыл о нём. А тут оказывается, что мой сын, оболтус, выдумал там себе что-то и вызвал парня на дуэль. Не знаю, как у вас, в Нижнем, а в московских салонах подобный вызов сам по себе является позором! Действующие военный. Маг. Вызывает на магическую дуэль школьника! Стыд и срам! – резко рявкнул генерал командным голосом и тут же спокойно продолжил:

– Да ещё и проиграл, – он широко улыбнулся, явно довольный этим фактом, – ну что ты так удивлённо смотришь? Конечно, я рад, что мой Пашка проиграл. Это такой щелчок по его задранному носу. А то зазнался мальчишка. Решил, что он серьёзный боец, первый парень на деревне. А тут какой-то неумытый простолюдин его сделал, даже не вспотев. Ах! Ты видел запись боя? Нет? Ну да, тебе же это не интересно. Ты и крови нынче боишься. Но парень твой хорош. Очень талантлив! Не испорти мне его! – Князь погрозил пальцем Колычеву, который сидел в некоторой растерянности.

– Так, и что с Максимом? Претензий нет? – собрался он, вспомнив, что пришёл решить в первую очередь именно этот вопрос.

– Да какие там претензии? Всё честно было и по правилам.

– Говорят, твой сын зол очень на него? В Москве смеются над ним.

– Ерунда, – махнул рукой Виктор, – так, друзья подшучивали денёк-другой, да и забыли уже. К тому же, он на Дальний Восток собирается. Так что спи спокойно.

Далее разговор пошёл уже в более тёплой атмосфере. Виктор пригласил Матвея Фёдоровича на ужин, который накрыли в главном зале. Они слегка выпили и расслабились. Потом растопили баньку, и Колычев остался на ночь у своего старого друга, боевого товарища, а нынче аж генерала.

Поделился с ним Медведев и причиной нападения на Анну. Несмотря на выпитое, он сразу посмурнел, когда об этом зашёл разговор.

– Чувствую и за собой вину, – признался он, – поставили мне адъютантом молодого паренька. Лет двадцать пять ему было. За место это, говорят, такие схватки происходят! В общем, почётным и безопасным оно считается. Ездил я в Маньчжурию на переговоры, а паренёк где-то отстал. Нагонял меня с фуражистами. А там и банда. Погиб он. Так бывает, – развёл руками Виктор, – лично ездил к его матери, весть принёс. Подкосило её это известие. Она и так вдовой была. Да ещё и последняя из рода осталась. Два года прошло, и всё это время копила эта женщина злость на меня. Распродала фамильные драгоценности и оплатила наёмников. Приказ был простым: убить мою дочь и, по возможности, так, чтобы мучилась. Глаз за глаз, кровь за кровь, – Медведев отпил холодного пива из запотевшей кружки, – так что я очень благодарен твоему пареньку и найду, чем ему отплатить!

– Подъезжаем! – объявил проводник, выводя Колычева из дрёмы. Не выспался он. И имя было у этой причины. Максим Андер, вот это имя. Но, как ни крути, парень с первого дня начал приносить деньги, а не стал бесполезным балластом, как большинство учеников, на которых обычно уходит много времени и сил. Надо же обучить, проконтролировать, чтобы не стыдно было потом говорить, что это мой ученик.

Поднявшись на ноги, Матвей Фёдорович достал свои сумки и выставил их посреди купе. Слуги заберут. А вот что дальше делать с Максимом, непонятно. Может быть, подать заявку и оформить ему «мастера»? Скинуть с воза проблемного ученика и жить дальше своей жизнью. «Ладно, – махнул Колычев рукой, – торопиться некуда. А так пока у парня хоть какая-то защита».

Глава 6

Глава 6

Вечером в воскресенье мне позвонил Назаренко. Я, конечно, надеялся, что он когда-нибудь объявится, но не ожидал, что это случится так быстро. Тут я размышлял вполне логично. Если за первые десять дней Борис Борисович не