Психолог с дробовиком - Андрей Олегович Белянин

у полки с обувью, уважаемая некромантка из-под Тулы, Фистимляния Пирамидонтовна Ягелло! Между прочим, весьма древний род правителей царства Литовского. В левом углу сверху, ближе к люстре (как тебя угораздило-то, милая⁈), моя новая ученица и практикантка из революционного Питера, скромница и умница Виктория Люксембургская. Прошу вас обеих любить и жаловать хотя бы меня!

— Ведьмочка, че ли? — не сразу поверила бабка, пришмыгнув баклажановым носом.

— Почти дипломированная и феминистка, между прочим, — обстоятельно доложила Вика, все еще опасаясь слезть.

— Ну и дура, а я, старая, шибко мужиков люблю, — то ли плотоядно, то ли вожделенно облизнулась моя пациентка и, не сказав более ни слова, гордо прохромала в мой кабинет.

— Ты занималась бытовым альпинизмом или тебя просто дворовые кошки воспитали? — тихо спросил я, ловя падающую девицу на руки. — Ладно, не будем об этом, жить захочешь — и не так раскорячишься.

— Данке шен, вы мой герой!

— Слезай с меня, майн либен. — Мне пришлось повысить голос. — Дуй в кабинет, занимай свое место, мы начинаем сеанс.

…В общем и целом, надо сказать, все прошло нормально. Даже лучше, чем я мог бы ожидать. Камера работала бесшумно, рыжая практикантка сидела на своем стульчике тише воды ниже травы, осторожно шурша карандашиком, Фистимляния Пирамидонтовна, или баба Фима, удобно возлежала на красной кушетке, а поговорить бабка была готова на любую тему:

— Честью говоря, мне ж старой по сей день непонятно, че они, молодняк энтот прыщавый, ко мне в дом ломятся! Я им че, вип-отель какой в Шарм-эль-Шейхе? Напои, накорми… ой, ладно, лишь бы платили. Но чеб я их еще и в бане всех своими руками мыла-парила⁈ Чай, не девочка!

— Руки распускают?

— По пьяни-то — да-а! Им, разморенным, и барсук лесной — что Василиса Прекрасная, лишь бы тыкать куда морковками… Тьфу!.. Срамники, баловники, охальники…

— Как я понимаю, не удовлетворяют?

— Че, прям вот так уж и видно? Есть такое дело-то, грехи наши тяжкие…

Старушка, в принципе, не сказать чтоб была слишком злой. В их мире на Темной стороне всякое встречается, но баба Фима обычно куда более ориентирована на современного человека, чем подавляющее большинство ей подобных. Светоч прогресса, так сказать.

По крайней мере, каждый раз, когда судьба заносит ее в наши края, она непременно три-четыре раза посещает психолога (меня) и, в отличие от многих, вовсе не считает эти время или деньги потерянными зря. Бабка вполне себе прогрессивная, умеет выживать, и я уверен, что у нее есть будущее.

— А как вы смотрите на то, чтоб в разумной степени ограничить давление лично на вас? Возможно, вам стоило бы пересмотреть собственное жилье как некий приют для «жаждущих мужских душ». В конце концов, если они приходят сами и готовы за все платить, то не так трудно…

— Дак от я и уже! Опоздал ты, касатик, я ж сама про то пятый год как думаю и вот уж набор бесовок объявила, помоложе да погрудастее…

Я вовремя успел показать Виктории кулак — за секунду до того, как она распахнет ротик. Понимаю, что все вышеозвученное попахивает не только нарушением законов Российской Федерации, но и поруганием прав женщин всего мира. Но умоляю, пожалуйста, заткнись, лапка! При клиентке таких вещей в лоб говорить нельзя.

— Простите, я не совсем это имел в виду. А если точнее, то совсем не это.

— Не нуди, добрый молодец. Я от уверена, что дельце-то мое выгорит.

— Тут я не могу ни на чем настаивать, вы правы. Однако хотел бы уточнить: неужели за все это время ни один молодой (условно) человек не заинтересовал вас чуть более, чем с гастрономической точки зрения?

Получилось. Расслабившись, Фистимляния Пирамидонтовна охотно нырнула с головой в воспоминания, припомнила пару-тройку имен (такого уровня, что я слегка поежился: золотая молодежь, Государственная дума, высшие эшелоны власти), закатила глаза, пустила слюну и вообще сладко разомлела.

Когда старушка уже начала беззастенчиво похрапывать, я опустил руку, выключил камеру и дал Виктории отмашку тихо, на цыпочках, выдвигаться к выходу из кабинета. Все сеансы с бабой Фимой заканчивались именно так: она у меня засыпала, и я позволял ей подремать в тишине пару часов. Все нормально, все оплачено, мне не жалко, пусть…

— Это что было? — яростно зашипела на меня рыжая, как только мы перебазировались на кухню. — Вы поддержали ее решение открыть публичный дом⁈

— Первое, запомни намертво: Никогда Не Повышай Голос На Своего Наставника! Именно так, запомни каждое слово с большой буквы, — жестко отбрил я. — Теперь второе. Психолог не имеет никакого (морального, нравственного, законодательного) права навязывать клиенту свою точку зрения. Мы можем лишь помогать человеку (особи, существу, иной форме жизни) заглянуть вглубь себя и позволить самому (подчеркиваю!) разрешить собственные проблемы.

— Но это же унижение всех женщин!

— У них проблемы с защитой их прав? Они хотят об этом поговорить?

— Кричу чаечкой, — объявила Вика, развернулась и ушла к себе в комнату.

Похоже, у нее точно есть о чем побеседовать с психологом. Но пока рыжая, рыжая, конопатая у меня в ученицах, а не в клиентах, можно мягко игнорировать эту тему. Или, выражаясь простонародно, — забить. Благо, в отличие от тех же ретивых феминисток, мне есть что забивать…

Уважаемая Фистимляния Пирамидонтовна Ягелло пробудилась уже через полтора часа, вполне отдохнувшая, свежая и совершенно довольная сегодняшним сеансом. Конверт с гонораром она протянула мне уже в прихожей. Гости, подобные ей, как вы уже поняли, предпочитают наличную оплату услуг.

Может быть, так и разумнее, но был случай, когда один турист-лепрекон пытался всучить мне опавшие осенние листья. Я тогда не проверил сразу, обычно мои посетители не рискуют так врать, и поэтому, когда тот же тип пришел на следующий сеанс, он взасос целовался с запертой дверью, три дня подряд умоляя меня его впустить. Потом, разумеется, честно платил втрое…

— А девонька-то огонь, — на прощание подмигнула мне баба Фима.

— Псиба, — выдавил я, совершенно не зная, какой реакции от меня ждут.

Когда хромоногая старушка ушла, опираясь на резную клюку, я пошел на кухню, размышляя, стоит ли варить кофе или тупо дерябнуть чего-либо покрепче для успокоения нервов. Помнится, та же мужик-бабка Цветочек советовала три раза в день принимать десять капель валерьянки на стакан спирта — и нервов нетъ! Вообще неть! Усе…

Так вот, знаете, а иногда это