Лорд Харренхолла - Iskander Hunter

начал холодить. Мы вышли из шатра, и я взглянула на закат, окрашивающий Красные горы в багрянец. Где-то там, за перевалами, прятались дорнийцы, упрямые и гордые. Я вспомнила слова, которые слышала от Мирии Мартелл ещё до Завоевания: «Мы не склоняем головы, Непреклонные, несгибаемые, несдающиеся».

«Что же, — подумала я, — мы не будем вас ломать. Мы дадим вам выбор. И если вы не выберете мир, мы подождём. У нас есть время. И у нас есть драконы».

--

18 день. 5 луны. 5 г. от З.Э. Штормовые земли. Лагерь у перевала.

Ночью я спала крепко, хотя снаружи всю ночь слышались шаги и голоса — армия готовилась к возвращению. Наутро Орис проводил меня до Мераксеса.

— Передай Эйгону, что я рад за него. И за всех вас. — Он помедлил, затем добавил: — Знаешь, когда я был мальчишкой на Драконьем Камне, я думал, что жизнь — это гуляния, битвы и почести. Теперь я понимаю, что это ещё и слова. Договоры, обещания, письма. Иногда они решают больше, чем любой клинок.

Я рассмеялась, усаживаясь в седло.

— А теперь у нас будут и такие клинки, которые сами будут говорить за нас. Жди вестей, Орис. Я полечу обратно.

Мераксес взревела и взмыла в небо. Я бросила взгляд вниз — Орис махал мне рукой, а его рыцари стояли с поднятыми факелами, хотя солнце уже взошло. Снова ветер в лицо, снова бескрайнее небо.

Я думала о том, как быстро меняется мир. Ещё несколько лет назад мы были завоевателями, окружёнными врагами. Теперь мы строили единое королевство. И в этом строительстве были не только драконы и мечи, но и надежда, что однажды люди увидят в нас не тиранов, а королей и королев, которые правят не ради власти, а ради будущего.

Но кое-что меня тревожило. Слова Висеньи о крови Варезисов и о том, что дом Квохерис — это потенциальная угроза. И слова самого Квентона о том, что создание стали истощает созателя, чтобы это ни значило. Эйгон конечно доверяет им, но я помнила уроки прошлого — даже самые верные вассалы могут стать опасными, если им дать слишком много. Однако это была не моя забота. Эйгон всегда знал, как удержать равновесие.

Я направила Мераксес к северо-востоку, в сторону Эйгонфорта. За спиной оставались горы, залитые утренним светом. Впереди — будущее, которое мы сами писали кровью, сталью и словами.

Глава 13. Эйгон II

18 день. 5 луны. 5 г. от З.Э. Вестерос. Королевские земли. Эйгонфорт.

Железный трон был неудобен. Каждый раз, когда я садился на него, клинки впивались в спину, доставляя неудобства. Но именно в этом была суть моего послания моим потомкам: власть — это не мягкая подушка, это постоянное напоминание о том, что каждый неверный шаг может стоить жизни. Я сидел на троне уже четвёртый час, слушая бесконечные споры лордов Речных земель, которые не могли поделить обмелевший ручей, и торговцев из Королевских Земель, жалующихся на пошлины.

Висенья стояла справа от меня, холодная и неподвижная, как статуя. Она редко вмешивалась в такие дела, предоставляя мне решать, но её присутствие всегда действовало успокаивающе — она была моей опорой, моим мечом, моей совестью, когда я не мог найти правильное решение.

Орис должен был вернуться через несколько дней. Я уже получил ворона от Рейнис: она долетела до его лагеря, передала приказ, и он распустил знамёна и возвращается в столицу. Дорн подождёт. Рейнис же осталась там ещё на один день, чтобы обсудить детали с Орисом. Я знал, что у них есть свои тайные разговоры, свои воспоминания, в которые я не вмешивался. Это было правильно. Даже король не должен знать всё о своих сёстрах.

Наконец я поднял руку, и зал затих.

— Милорды, — сказал я, стараясь говорить спокойно, чтобы голос разносился по всему залу. — Я выслушал ваши просьбы. Спор о ручье будет решён моим мастером над законами, лордом Тристоном Масси, через три дня. Торговцы получат послабления пошлины на две луны, чтобы восполнить потери от зимних дождей. Остальные вопросы мы продолжим завтра.

Лорды поклонились и начали расходиться, перешёптываясь. Я поднялся с трона, чувствуя, как каждая мышца спины благодарит меня за это.

— Ты хорошо держался, — сказала она тихо. — Но я вижу, что ты устал.

— Я устал от мелочей, — признался я, когда мы вышли в коридор, ведущий к моим покоям. — Каждый лорд считает, что его земля важнее остальных. Каждый торговец — что его монета ценнее. Я знал, что править сложно, но не думал, что это будет настолько утомительно.

— Ты сам выбрал этот путь, Эйгон, — улыбнулась она уголками губ. — И я пойду с тобой до конца. Но сейчас я хочу поговорить о другом.

Мы вошли в мою комнату, где уже горел камин. Слуги принесли вино и ушли. Висенья опустилась на стул напротив меня и посмотрела прямо в глаза.

— Речь о союзах между домами различных областей страны, — начала она. — Рейнис хотела связать дома через браки. Она предлагала выдать Лиарру Старк за Роннела Аррена, чтобы скрепить Север и Долину. Но лорд Торрхен Старк был недоволен этим союзом. Он не хочет отдавать свою дочь за юного лорда Долины, и у него есть для этого причины. Южные лорды всегда смотрели на Северян свысока и кроме того северяне и люди долины недолюбливают друг друга и они тысячу лет сражались между собой за контроль над Тремя сёстрами и это даже спустя столетия оставила свои следы.

Я отпил вина, размышляя.

— И что ты предлагаешь? Рейнис будет огорчена, если мы изменим её планы.

— Рейнис — мудрая женщина, — ответила Висенья. — Она поймёт, если мы предложим лучший союз. Я говорю о доме Квохерис.

Я замер. Квохерисы. Гаргон. Маленький мальчик, который осмелился коснуться Вхагар и остался жив. Его дед Квентон, который вернул нам валирийскую сталь. Эти люди теперь были больше, чем просто вассалами. Они были ключом к будущему.

— Ты хочешь обручить Гаргона Квохериса и Лиарру Старк? — переспросил я. — Но он же еще ребёнок. Ему всего девять, а Лиарре одиннадцать.

— Возраст не помеха, — отрезала Висенья. — Помолвка может состояться в ближайщее время, а свадьбу сыграют через несколько лет, когда они достигнут зрелости. Это даст нам сразу две вещи: связь с Севером через брак с самым сильным домом Севера и связь с