Лорд Харренхолла - Iskander Hunter

— Слушаюсь, милорд.

--

Когда я спустился во двор, дождь усилился. Рабочие, укрывшись навесами, пытались спасти то, что осталось от склада — несколько бочек с зерном и сушёным мясом, которые должны были пойти на пропитание гарнизона. Я видел, как они переглядываются, как опускают головы.

Эти люди верили мне. Они пришли в Харренхолл из разорённых войной деревень, надеясь на работу и кусок хлеба. А я не мог дать им даже крыши над головой.

— Милорд, — ко мне подошёл Майлз, промокший до нитки. Его лицо было бледным. — Простите, я не усмотрел. Крыша держалась ещё вчера, я сам проверял.

— Ты не виноват, Майлз, — ответил я, положив руку ему на плечо. — Эта зима — наказание для всех нас. Мы просто не были готовы.

Я посмотрел на восточную стену замка, туда, где вдалеке виднелись башни Харренхолла. Над ними поднимался лёгкий пар — это шла работа в кузнице, где Гаргон и наши лучшие мастера трудились над теми самыми мечами.

Мальчик вырос за эти месяцы. Он уже не был тем избалованным внуком, каким я его помнил. После того падения, после того сна, в котором он встретился с богами, в нём появилась та спокойная, твёрдая уверенность, которой не было раньше. Он работал в кузнице наравне с подмастерьями, учился управлять людьми и даже помогал мне разбирать прошения крестьян.

Но я видел и другое. Слишком часто он задерживался у чардрева в богороще, слишком подолгу смотрел на ворон, кружащих над замком. Что бы ни сказали ему Старые боги в том сне, это изменило его глубже, чем я мог предположить.

— Милорд, — голос Майлза вернул меня к реальности. — Что прикажете делать с пострадавшими?

— Выплати компенсации семьям погибших из моей личной казны. Раненым — хорошее лечение, пусть мейстер Озрик лично осмотрит их. И скажи всем, что работы в этом сезоне мы завершаем. Мы не можем больше рисковать жизнями людей.

Майлз удивлённо поднял брови.

— Но милорд, если мы остановимся сейчас, весной придётся начинать всё заново. Мы потеряем время и деньги.

— И что же, мы будем хоронить людей каждую неделю, чтобы сэкономить время? — резко спросил я. — Нет, Майлз. Люди — это не камни. Их не вырубишь заново из карьера.

Управляющий опустил голову.

— Простите, милорд. Вы правы.

— Иди. Займись этим.

Когда он ушёл, я остался стоять под дождём, глядя на разрушенный склад. Проклятие Харрена Чёрного, магия Старых богов или просто суровая реальность — я уже не знал, чему верить. Но я знал одно: дом Квохерис выживет. Мы выживем. Даже если для этого придётся пройти через все семь кругов ада.

--

Час спустя мы собрались в малом зале. Я сидел во главе стола, справа от меня — мейстер Озрик, слева — сир Эдгар, кастелян Эдрик и управляющий Майлз. Гаргон занял своё обычное место напротив меня.

— Итак, — начал я, когда все расселись, — у нас есть несколько проблем. Первая — мы не можем продолжать работы в замке зимой. Это слишком рискованно и дорого. Мы останавливаем всё, кроме самых необходимых работ в жилых башнях и кузнице.

Сир Эдгар нахмурился:

— Но, милорд, если мы прекратим работы сейчас, строители разойдутся. Весной мы не сможем собрать их снова за те же деньги. Многие уйдут в Простор, где сейчас набирают людей для строительства новых дорог при королевском дворе.

— Я знаю, — ответил я. — Но мы не можем платить им за то, чтобы они сидели без дела всю зиму. Наши запасы зерна уже на исходе, а зима, по словам мейстера, затянется.

Озрик кивнул, подтверждая мои слова:

— Белый ворон предупреждал о долгой зиме. Если верить наблюдениям Цитадели, она продлится не менее года. К весне у нас могут начаться трудности с продовольствием, если мы не позаботимся о запасах уже сейчас.

— Значит, нам нужно думать о том, как заработать больше золота, — вмешался Гаргон. Голос его был спокоен, но я чувствовал в нём решимость. — Мы не можем полагаться только на мыло и налоги вассалов. Нужно начинать продажу мечей раньше турнира.

Я посмотрел на внука с уважением. Он не боялся предлагать смелые идеи.

— Но мы обещали королю, что мечи будут представлены на турнире как символ единства королевства, — возразил Озрик. — Если мы начнём продавать их раньше, король может воспринять это как неуважение.

— Я не говорю о продаже, мейстер, — Гаргон покачал головой. — Я говорю о заказах. Мы можем связаться с богатейшими домами королевства, которые не смогут приехать на турнир, — например, с домами Простора или Западных земель. Предложить им мечи до официального аукциона, но в обмен на аванс. Это даст нам золото уже сейчас, чтобы пережить зиму и продолжить работы весной.

Я задумался. Внук снова говорил мудрые вещи. Такой подход не нарушал клятву, данную королю, но позволял нам решить насущные проблемы.

— Это рискованно, — сказал я медленно. — Если такие дома, как Ланнистеры или Хайтауэры, получат мечи раньше других, это может вызвать недовольство среди тех, кто ждал турнира. Но… если мы подойдём к этому с умом, возможно, это сработает.

— Мы можем предложить мечи только самым верным Таргариенам домам, — добавил Гаргон. — Тем, кто доказал свою лояльность короне. Дом Веларион. Дом Селтигар. Может быть, даже дом Баратеон, если Орис согласится заплатить авансом. Это не вызовет подозрений.

Я кивнул. Внук был прав. Такие дома, как Веларионы или Баратеоны, — это не враги, а союзники. И если они получат мечи раньше других, это только укрепит их лояльность.

— Хорошо, — принял я решение. — Гаргон, ты напишешь письма. Веларионам, Селтигарам, Баратеонам. Озрик, поможешь ему с формулировками, чтобы они были достаточно… дипломатичными. Мы предложим им по одному мечу в обмен на аванс в размере половины стоимости. Цену установите сами, но будьте разумны.

Мейстер кивнул, а Гаргон с лёгкой улыбкой на лице повернулся к бумагам, которые лежали перед ним.

— А что насчёт вассалов? — спросил сир Эдгар. — Они уже начали роптать. Лорд Баттервелл снова требует справедливости в земельном споре, а лорд Рустер отказывается платить налоги, пока мы не начнём работы на его мельнице, как обещали.

Я тяжело вздохнул. Баттервелл и Рустер — вечная головная боль. Когда я только получил Харренхолл, я надеялся, что время и общий враг объединят этих лордов. Но я ошибся. Они всё так же враждовали, как и при Харрене,