Лорд Харренхолла - Iskander Hunter

— Скажи им, что я приму их обоих на следующей неделе, — сказал я. — Пусть приезжают в Харренхолл. И пусть привезут с собой свои счёта и грамоты. Я рассужу их по справедливости.

— Милорд, — вмешался кастелян Эдрик, — вы уверены, что хотите вмешиваться в их спор? Это может затянуться на годы.

— Я знаю, — ответил я. — Но если я не вмешаюсь, они перегрызут друг другу глотки, и тогда мои земли ослабнут. А нам сейчас нужна стабильность, а не война между вассалами.

Гаргон поднял взгляд от бумаг.

— Дедушка, позволь мне встретиться с ними вместо тебя.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Ты уверен? Им не понравится, что их споры решает мальчик.

— Тогда пусть увидят, что этот мальчик не просто наследник, а человек, которого боги благословили, — ответил Гаргон с той же спокойной уверенностью. — К тому же, если я ошибусь, ты всегда сможешь отменить моё решение. Но если у меня получится, это укрепит мой авторитет перед вассалами.

Я долго смотрел на него. В его глазах я видел ту же решимость, что и в глазах моего покойного отца. Может быть, ещё и поэтому боги вернули его мне — чтобы он стал тем, кем я уже не мог быть.

— Хорошо, — сказал я, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. — Через три дня они будут здесь. Ты встретишь их и решишь их спор. Но если что-то пойдёт не так, я вмешаюсь.

— Спасибо, дедушка, — он улыбнулся. — Я не подведу тебя.

--

После совета я остался один в зале. Огонь в очаге догорал, отбрасывая длинные тени на стены. Я взял кубок с тёплым вином и подошёл к окну.

За окном всё так же шёл дождь. Где-то вдалеке слышался голос ночного сторожа и шум ветра, бьющего в башни Харренхолла. Я думал о своём внуке, о его словах, о его уверенности.

Когда-то я тоже был таким. Я верил, что смогу изменить мир, что мои решения приведут к свету и процветанию. А потом умерла моя жена, потом ушли сыновья, и я остался один с этим проклятым замком и его каменными стенами.

Но теперь, глядя на Гаргона, я начинал верить снова. Может быть, боги действительно услышали мою мольбу. Может быть, они не отвернулись от нас.

Я допил вино и поставил кубок на подоконник.

— Завтра будет новый день, — прошептал я в темноту. — И мы всё ещё живы. А это уже победа.

--

24 день. 6 луны. 5 г. от З.Э. Харренхолл.

Утром я вышел в богорощу. Дождь наконец прекратился, и первые лучи солнца пробивались сквозь тучи. Я шёл по влажной земле к чардреву, чувствуя, как тишина и спокойствие этого места наполняют меня.

Я уже давно привык приходить сюда каждый день. Прошло то чувство страха и неловкости, которое я испытывал в первые разы. Теперь это место стало для меня убежищем — тем местом, где я мог побыть наедине с собой и с теми, кто правил этим миром задолго до нас.

Я опустился на колени перед чардревом, вынул кинжал из валирийской стали, который носил на поясе, и провёл лезвием по ладони. Кровь закапала на белые корни, впитываясь в землю.

— Я пришёл поблагодарить вас, — сказал я вслух, глядя на красные глаза, вырезанные на стволе. — За то, что вернули мне внука. За то, что мой дом снова жив. За то, что у нас есть будущее.

Листья чардрева чуть шевельнулись, хотя ветра не было. Я почувствовал, как кто-то невидимый стоит рядом со мной, наблюдая. Это чувство уже не пугало меня, а, наоборот, дарило покой.

— Я знаю, что впереди нас ждут испытания, — продолжал я. — И я знаю, что всё не будет гладко. Но я клянусь вам: дом Квохерис будет верен вам, пока мы дышим. Кровь за кровь.

Я встал и, вытерев кинжал о рукав, направился обратно к замку. Впереди меня ждали дела, вассалы, споры и мечи, которые нужно было выковать. Но я не был один.

У меня был Гаргон. У меня были Старые боги. И у меня была цель — сделать Харренхолл тем местом, где будут жить и процветать люди.

И если для этого мне придётся сражаться с ветряными мельницами, дождём и собственной старостью — я буду сражаться.

--

Так прошёл день. На следующий день в Харренхолл прибыли первые гонцы от Веларионов с ответом на предложение Гаргона. Дом Веларионов соглашался на аванс и выражал желание лично осмотреть мечи.

Вскоре должны были приехать и вассалы — Баттервелл и Рустер со своими счётами и обидами.

Зима только начиналась, и дожди сменялись первым снегом.

Харренхолл ждал своего часа.

Глава 16. Гаргон VIII

27 день. 6 луны. 5 г. от З.Э. Вестерос. Речные земли. Замок Харренхолл.

Дождь прекратился, но небо всё ещё было серым, когда я вышел во двор. Холодный ветер пронизывал до костей — зима в этом мире была не шуткой. В моей прошлой жизни я привык к центральному отоплению и тёплым курткам, а здесь приходилось полагаться на шерстяные плащи и горячие очаги. И всё равно пальцы немели, когда я сжимал деревянный меч на утренней тренировке.

— Ты слишком сильно сжимаешь рукоять, милорд, — сказал сир Эдгар, наблюдая за моими движениями. — Это замедляет твой выпад. Ослабь хватку, дай мечу дышать.

Я последовал его совету, и удар стал легче, быстрее. Всё ещё не идеально, но прогресс был ощутим. За последние месяцы я превратился из тощего мальчишки, которым был мой предшественник, в достаточно крепкого парня для своих десяти лет. Мышцы привыкли к нагрузкам, дыхание стало ровнее. Я даже мог выдержать спарринг с пятнадцатилетним оруженосцем, хотя и проигрывал чаще, чем выигрывал.

Но сегодня у меня не было времени на долгие тренировки.

— Сир Эдгар, я должен прерваться. Вассалы прибудут через час, и мне нужно подготовиться.

— Конечно, милорд, — рыцарь кивнул. — Удачи. Баттервелл и Рустер — непростые люди. Держитесь твёрдо, но не будьте слишком жёстким. Они ценят уважение больше, чем угрозы.

Я поблагодарил его и направился в свои покои, чтобы переодеться. По пути я размышлял о том, что мне предстоит. Лорд Джонос Баттервелл и лорд Эдмунд Рустер враждовали уже