Путь Стража - Алвур

же, что у них защитник есть… Могучий. — Палец Морринаг упёрся в фигуру пса. — Быть может, гном, слова мои покажутся тебе невероятно злыми, но здесь, в тени лесов, чем меньше со спутницами твоими рядом Серых Стражей — тем выше шанс, что доживут до завтра те, о ком ты беспокоишься.

— Ты предлагаешь бросить наших друзей? Серых Стражей⁈ Тут, в глухом лесу на растерзание волкам, медведям, порождениям тьмы и ещё неизвестно каким тварям?!! — Алистер наконец обрёл дар голоса и начал наезжать на Морриган.

— Высказываю мнение своё я, имею на него обоснование и право говорить. Не так ли? — Морриган повернулась… Ко мне? Э? Остальные сделали то же самое и на мне сошлись целых четыре вопросительных взгляда. Даже пес смотрел на меня с вопросом.

— Э! А я причём?

— У дома матери моей, твой старший друг из Серых Стражей в твои владения отдал бразды правления отрядом. Тебе решать, кто что может или не может делать в нём. В определённых рамках, разумеется.

Алистер мрачно кивнул. Дюран почесал бороду:

— Я не то чтобы против быть ведомым, знаешь ли. После того, что случилось в Орзаммаре… Я не думаю, что мог бы вести отряд. Если Алистер назвал тебя главным, то так тому и быть. Уверен, девушки выскажутся в том же духе.

— ВУФ!

Вот ведь проблемные личности. Я вообще-то хотел быть не главным начальником, а, скорее, изображать из себя серого кардинала. Я устало помассировал переносицу:

— Ладно, будь по-вашему. — Я повернулся к Морриган, ожидающей ответа. — Конечно, мнение своё имеешь право ты высказывать. — Тьфу ты! А эта манера речи заразная, блин! — Однако, сейчас оно было немного… Неуместно. Я и мои… Друзья понимаем все риски. Бросать ослабленных болезнью мы не станем, как и разделяться. Пока мы будем думать, как дотащить их до Лотеринга, тебе отдельная задача — придумать, как усилить действие амулета, что дала нам твоя мать.

— Увы, но без исследований долгих невозможно это, — Морриган не казалась огорчённой или раздражённой. Скорее, я бы сказал, что она подобного результата и ожидала. — Я не способна переделать чары матери моей, по крайней мере, за отведённый мне тобою срок.

На меня снова уставились все личности, находящиеся на поляне. Я не понял, меня что, испытывают?

— А если повторить?

— Повторить? — Морриган склонила голову набок, с любопытством смотря на меня.

— Да. Скопировать чары на иной носитель. Это ты сможешь?

— Подобное я делала не часто. И всё же, пожалуй, могла бы повторить, не разбираясь в заклинании. Однако же, носитель нужен мне достойный, для чар, что надо сотворить. Плохие материалы ослабят заклинаний действие, о чём ты знаешь сам, как маг, наверняка. Они недолговечны будут и не сравнятся с матери моею амулетом.

— Нам и не нужны долговечные чары. Нам нужны такие, чтобы выбраться из леса, — я полез в кошель, и достал оттуда одну серебряную монету. — Серебро не самый лучший проводник, тем более, что оно не зачаровано достойным образом, без камня-накопителя, но… Лучше у меня ничего нет. Быть может, в моей сумке осталось что-то…

Дюран слегка смущённо хмыкнул:

— Ну это… Нет в твоей сумке ничего, кроме перчатки от брони. Ты уж прости, но, когда ты ушёл, эльфийки рассказали о твоём беспокойстве и твоей просьбе, которая звучала скорее как приказ. Элисса тогда нахмурилась и выдала что-то в духе: «Этот маг слишком многое от нас скрывает, но пока ещё не ошибался в предчувствии беды, а потому делаем, как он сказал». Я не стал ей напоминать про твою… Ну ты сам понял. Просто взял твою котомку, да осмотрел её. В ней только часть брони и лежала. Я туда немного снеди закинул, да топор свой подхватил, когда первые признаки паники до нас доходить стали…

— Не помню у тебя такого монстра в арсенале.

— А, это… — Дюран досадливо сморщился. — Это и не мой. Мой вон торчит, в башке у генлока застрял. Этот топор я отобрал у него же. Кстати, подержи.

Мне всучили упомянутый топор, после чего Дюран пошёл извлекать своё оружие. Я же рассматривал оружие порождений тьмы с некоторым интересом. Да, это было очень громоздкое и тяжёлое оружие, не для моей руки. И выковано оно было из какого-то металла. Хм. Странно это. Помнится, при первой моей встрече с ними, твари были облачены в костяную броню или что-то такое. То ли Мор гонит на поверхность более подготовленных бойцов, то ли старые запасы раскрывают. А может, это всё же были друзья Архитектора? Со стороны Дюрана донеслась мрачная ругань. Оторвав взгляд от оружия порождений тьмы, я увидел, как гном пинает труп генлока, потрясая топором с огромным сколом на лезвии. Прекратив издевательство над трупом, и плюнув на него, гном подошёл ко мне и вырвал трофейный топор из моих рук.

— Нагова отрыжка! Какой топор был! Столько Арен со мной прошёл! Подарок Триана… — На последних словах плечи его слегка поникли, а в голосе послышалась грусть.

— Разве его нельзя восстановить?

На меня посмотрели как на идиота:

— Дайлен, иногда ты умный, а иногда тупее нага. Подобный скол, — мне сунули под нос лезвие топора, — можно либо свести, уменьшая само лезвие, либо проще перековать сам топор. Будь скол меньше, я бы занялся его сведением на ближайшем привале, но такое повреждение… Его только в переплавку или на стену, как память…

Дюран с сожалением повертел топор в руках, а затем замахнулся, намереваясь то ли откинуть его, то ли в дерево всадить, как вдруг его остановила рука Алистера:

— Постой. Если это оружие для тебя память, то зачем выбрасывать его?

— Тебе ли не знать: лишнее снаряжение в походе только отягощают руки. Или сумы. Пусть для меня это и память об ушедшем, но я не хочу плодить обузу.

— Топор не слишком большой или тяжёлый. К тому же его хватит ещё на один-два удара. Я бы на твоём месте его оставил, как оружие последнего шанса.

Дюран снова начал крутить топор в руках, метаясь в сомнениях. Проблему, как ни странно, решила Морриган:

— Ах, как это всё мило — держаться за вещь, утратила что ценность. Её свойство отныне — напоминать лишь о минувшем, а не быть полезной в деле ратном.

Дюран поднял на неё взгляд, полыхнувший злобной решимостью,