Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

Колодцы же не вымела. Должна быть система, во всём она существует.

Я повесил детектор на пояс, после чего вытянул карту и развернул её, изучая. Командир охотников терпеливо ждал. Витязь статуей застыл справа от меня, держа топор на плече. Внутри пошевелился Скульптор.

«Только посмей, выжгу к чёртовой бабушке!» — осадил я тёмного попутчика, и тот моментально заткнулся. Накопил силёнок, получается?

— У Мостов надо будет на эту дорогу свернуть, пройти километр вдоль лесного массива с севера, — указал я Вепрю.

— Раз надо, значит сделаем, — кивнул вольный.

Со стороны костра послышался смех Люция. Он отряхивался от пролитого чая, и вместе с ним загоготали охотники. Кто-то протянул вечному свою кружку, и бессмертный любитель брюквы с благодарностью прижал ладонь к груди.

— Вы слишком полагаетесь на него, Михаил Иванович, — прогудел витязь. — Он ведь безумен.

— Мы все немного не в своём уме, Станислав Сергеевич, — резонно заметил я в ответ.

— Я полностью здоров и физически, и психологически!

— А может быть просто недообследован? — усмехнулся я, пытаясь сбросить градус серьёзности.

— Что он может сделать такого, что не смогу я? — не поддался Снегов. Вепрь кашлянул:

— Пойду сообщу в новый дозор о маршруте, — и отошёл.

— Вы хотите переквалифицироваться в охотники, ваша доблесть? — повернулся я к витязю.

— Буду говорить прямо, Михаил Иванович. Ваше слово — закон. То, что я храню вашу жизнь, несмотря на то что вы всячески ищете возможности прервать её всеми доступными способами — большая честь для меня.

Я не перебивал, терпеливо слушая.

— Доверьте мне эту задачу, Михаил Иванович. Уверяю, с тем обвесом, который вы организовали ему, у меня гораздо больше шансов на успех!

Амулетов у Люция и правда было предостаточно. Под боевым облачением насчитывалось несколько десятков оберегов, от психической энергии, от Скверны, от аспектов, от биомантии. Лучшие экземпляры из тех, что были в моём распоряжении. А когда «Онегинские мануфактуры» перепрофилируются на использование обработанных материалов с моего производства в Константине…

По спине пробежались мурашки предвкушения. Чёрт, столько дел, столько дел.

— Ценю ваше рвение, Станислав Сергеевич, — спокойно произнёс я. — Позвольте мне использовать ваше предложение чуть позже, как только пройдут испытания. Уверяю вас, работы нам всем хватит.

Люций тем временем снова расхохотался, хлопнул ближайшего охотника по плечу, причём, вроде бы из благородных. Однако вольный не стал возражать. В руках вечного была зажата трубка, дымящаяся в зимнем воздухе сильнее обычного. Он с жадностью раскурил её, общаясь с вольными как со старыми друзьями.

Кажется, это зрелище Снегова только разозлило.

— Вы знаете кто он, Михаил Иванович? — тихо поинтересовался витязь, наблюдая за «соперником». — Откуда он?

Я кивнул, не пускаясь в объяснения.

— Рядом с вами меняются законы мироздания. Я же видел, как он был убит тем демоном на поле, и теперь он снова здесь, — он перевёл взгляд на меня. — Мне сообщили, что генерал Мичурин, павший в Злобеке, сейчас жив. Ходят слухи, что вы вернули из Скверны одного из охотников.

А вот это плохо.

— Я не могу наделять бессмертием, Станислав Сергеевич, — вздохнул я. — Феномен Люция остаётся феноменом, и я надеюсь, что ваши наблюдения остались при вас.

— Разумеется, Михаил Иванович, — почти обиженно ответил витязь. — Я ведь дал Клятву Рода. Но даже без неё не посмел бы мешать вашему пути. Потому что вы ведёте вперёд человечество, а не делаете это ради наживы. Мне хотелось бы идти с вами по этой дороге. Если нужно делать это в качестве вашего щита — я сделаю это. Но если найдётся место среди ваших клинков — это было бы счастьем!

Я протянул ему руку:

— Договорились.

Он посмотрел на боевую рукавицу и осторожно ответил на жест. Из-за размеров доспеха мне удалось пожать ему только указательный палец.

Минут через десять наш отряд двинулся вперёд по дороге на Мосты, мимо сгнивших дорожных знаков с названиями мёртвых городов и населённых пунктов. Несмотря на тишину вокруг — охотники были начеку. А я заметил, что недавно веселившийся в компании вольных Люций едет молча и хмуро.

Мой конь послушно сдвинулся ближе к вечному.

— Что-то случилось?

В глазах бессмертного застыла вселенская скорбь. Он медленно повернулся, глянув на меня так, что я физически почувствовал свою мимолётность в жизни Люция.

— Мне очень нужно подраться, Миша, — сокровенным тоном произнёс он. Тень медленно уходила с его лица, возвращая вид лихой и простой. Я наблюдал за очередной метаморфозой без слов. Сколько веков за его плечами? Сколько попыток сбежать от людей?

Хотел бы я такой судьбы? Пожалуй, нет.

Когда появилась нужная нам развилка, я снова вытащил детектор. Головной дозор повернул направо, две конные фигуры неторопливо двигались по дороге, проторяя путь основной группе. Позади скрипели сани. Мосты чернели слева, и я щурился, пытаясь разглядеть движение среди изменённых домов. Судя по груде мусора на центральной дороге — здесь уже побывали люди Глебова и выпотрошили поселение.

Я давно не отслеживал поток артефактов, идущий через сталкеров, доверившись их чутью. Пока это не мешает — пусть зарабатывают как хотят. Кучу барахла замело снегом, обратив его в мифическое жабообразное создание.

Флажки с опасными местами попадались регулярно. Один из них нашёлся прямо на дороге, и пришлось скатывать сани в лес, чтобы не зацепить вязкое месиво, поглотившее часть древнего асфальта и нападавший снег.

— Мерзость, — сказал Люций, поджав губы. — Какая же мерзость.

К нам подъехал Вепрь, расслабленно сидящий в седле.

— Ваше сиятельство, дальше куда парням двигаться? Тут километра полтора и будет отворот на Мотвицу или же на Холешув отправляемся?

— Мотвица, — сверился я с картой предполагаемых Колодцев. Вольный кивнул, потянул поводья, разворачивая коня. Мой жеребец степенно мотнул головой, неторопливо двигаясь следом за витязем, и тут с моего пояса пронизительно запищало.

Я резко схватился за детектор. После чего обернулся на лесной массив, который мы огибали с севера. Яркая точка находилась к юго-востоку от нас, на самой кромке экрана.

Динамик пищал, и охотники с недоумением останавливались. Оружие покинуло ножны, и золотые буквы побежали по благородной стали. Вепрь увидел мой жест, показывающий направление, и понукнул скакуна, выкрикивая команды:

— Юг, юг! Саратов, ты с Маленьким держите этот холм! Крот и Барон — перекрёсток! Остальные — полная готовность.

— Работает! — восторженно произнёс Снегов. — Я верил, но сомневался.

— Пока рано, — остановил я лишние эмоции. Люций появился рядом со мной, на лице блуждала хищная улыбка.

— Мой ход? — спросил вечный.

Я помотал головой. Наш отряд медленно спустился в лес. Лошади остались с возницами, а спешившиеся бойцы двинулись в мёртвую чащу. Первым шёл охотник в увешанной ещё старыми