Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

щелкнул пальцами. – То им конец. Если он смог одолеть дюжину наемников или Рыцарей Теней, то уйти от солдат ему не составит труда. Но это нам на руку. Пусть они сражаются между собой из-за этого проклятого клинка. У нас и так хватает забот.

Забот у них действительно было более чем достаточно, но Элион не собирался забывать ни о сводном брате, ни об Ордене Теней. Убийца служил орудием Ордена, а Орден – еще более могущественным орудием, но в глазах Элиона они все были виновны. «И однажды они заплатят».

– Амара говорила о том, что среди них был какой-то демон, – продолжил Элион, скептически скривив губы. – Что она имела в виду?

– Это был не демон, а чародей, магик, – ответил Амрон. – Их иногда называют Шепчущими. Их магия таится в голосе, словами они зачаровывают слабовольных людей. Похоже, Орден Теней использует их, чтобы обучать своих убийц и подчинять их себе. Но, судя по всему, на него это не подействовало.

Элион ощутил, как по спине пробежал холодок. Он тоже слышал о Шепчущих, но относился к ним не серьезнее, чем к историям о Штормовой карге. Некоторые утверждали, что они были потомками древних чудовищ.

– Откуда ты это знаешь? – спросил Элион. – Кто тебе рассказал?

– Местные жители из Бурой гряды. Некоторых из них допросили. По словам хозяина таверны, этот Шепчущий пришел первым и приказал выгнать всех посетителей, а затем велел хозяину отвести свою семью наверх и не выходить. Хозяин послушался. По его словам, этот человек зачаровал всех, все беспрекословно подчинялись его приказам.

– Но не убийца?

– Похоже, что нет. Вскоре после его прихода хозяин таверны услышал голос, громкий, нечеловеческий, а затем все огни внутри вспыхнули ярче солнца. Потом начались крики.

– Заклинание? – спросил Элион. – Шепчущий использовал какое-то заклинание, чтобы убийца был виден даже с Клинком Ночи?

– Я тоже так решил.

– Должно быть, он владеет клинком куда лучше, чем мы полагали. Убить дюжину человек и еще чародея? – Элион задумчиво покачал головой.

– В таверне было пять человек. Еще полдюжины тел нашли снаружи, – добавил Амрон. – Похоже, он преследовал их и убил, когда они пытались убежать. Не пощадил никого.

– Теперь он никому не подчиняется, – взволнованно произнес Элион. – Сейчас его некому остановить. Что, если он сбежит на юг, как ты говоришь, и присоединится к Агарату? Сомневаюсь, что он питает большую любовь к северянам. Агаратцы могут сделать из него мощное оружие.

– С тем количеством драконов, что у них есть, в этом нет нужды. И я сомневаюсь, что он решит присоединиться к ним. Он прислуживал всю жизнь и не вернется в услужение добровольно. Я уверен, что он найдет какое-нибудь убежище и будет скрываться там до конца своих дней.

Элион не верил, что все будет так просто. Он и не хотел этого. «Однажды, я найду его, – сердито подумал он про себя. – Найду и убью».

Отряд начал взбираться на пологий холм. Король и его приближенные по-прежнему ехали впереди, Амилия с Изумрудной гвардией – сразу за ними. Остальные двигались следом: кто-то с семьей, кто-то в одиночестве. Киллиан ехал рядом с сэром Бронтусом, своим двоюродным братом, сэр Далтон Тайнар и его племянник Родмонд держались бок о бок с другими членами своего дома. Среди лошадей и экипажей выделялась огромная фигура сэра Тэгона Каргилла на могучем боевом коне, единственного, кто превосходил по размерам Амрона Дэйкара. Какой ироничный поворот судьбы: все они были соперниками в состязании, но теперь отправлялись на войну плечом к плечу.

– Эй, Элион, а где твой оруженосец? – спросил Амрон, прервав размышления Элиона. – Я хотел дать ему пару советов и подбодрить его перед тем, как мы вас оставим. Я его не вижу.

– Он с нами не едет, – тихо сказал Элион.

Амрон озадаченно сморщил лоб.

– Почему? Ему же четырнадцать, и он вроде способный.

– Он еще не готов, – солгал Элион. – К тому же его мать нездорова. – Еще одна ложь. – Я решил, что пока ему лучше остаться в Варинаре.

Амрон задумчиво поджал губы. На самом деле Элион попросил Йовина остаться с одной лишь целью: присмотреть за его отцом и сестрой. Мальчишка скоро станет отличным рыцарем. Он прекрасно обращался с клинком, был быстр, проворен и предан как пес. Разумеется, Йовин огорчился, что не поедет на войну вместе со своим господином, но не протестовал. У него еще будет шанс проявить себя, но сейчас Элиону нужно доверенное лицо – кто-то, кто присмотрит за его семьей и будет докладывать ему о делах.

– Значит, у тебя нет оруженосца? – спросил Амрон. – Кто же будет одевать тебя и чистить твои доспехи и клинки? Кто будет ухаживать за Снежногривом? Тимлан? Ты давал какое-то обещание Алерону?

– Отец, мне не нужен оруженосец. Не у всех рыцарей они есть. Я сам справлюсь. В лагере будет полно молодых ребят – если что, попрошу помощи у них.

– Ты ведь не пытаешься его уберечь, верно? Я знаю, что ты хорошо относишься к Йовину, но ты окажешь ему плохую услугу, если запрешь в Сталелите. Ему нужно своими глазами увидеть, что такое война. Ты не можешь ему в этом отказывать.

Элион вздохнул. Он до последнего надеялся избежать этого разговора, но отец был непреклонен, когда речь заходила о рыцарстве. И в целом Элион не мог с ним поспорить. Он не собирался объяснять свои мотивы, поэтому просто кивнул и смолчал. Они продолжили путь в тишине.

Когда Варинар остался позади, войско начало разбредаться. Некоторые останавливались, чтобы попрощаться с близкими, а затем рыцари и оруженосцы отправлялись дальше, а их семьи возвращались в город. Сердце Элиона сжалось при мысли о расставании, но он понимал, что время пришло.

Они слезли с лошадей и собрались все вместе. Веррин продолжил путь рядом с королевским экипажем: он простился со всеми заранее, зная, что потом не сможет оставить короля. Или же он просто не хотел его оставлять. Амара бросила ему вслед недовольный взгляд.

– Я надеялась, что он все же попрощается, – грустно сказала она. – Король стал для него важнее семьи, особенно в последнее время.

– Он выполняет свой долг, – ответил Амрон, – и заботится о том, как будет выглядеть в глазах рыцарей. Они должны видеть в нем сильного лидера, иначе за ним никто не пойдет.

– А прощание с семьей сразу сделает его слабаком? – воскликнула Амара. – Какая чушь! Наоборот, это бы показало всем, что у него есть сердце. Ты бы поступил так же, Амрон? Даже не оглянулся бы? Я помню, как ты всегда останавливался попрощаться, покидая город. Всегда.

– То было