Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

благополучно добрался до нужного места, и там был Харнвуд, который, склонившись в поклоне столь глубоком, что еще чуть-чуть, и я подумал бы, что надо мной издеваются, проговорил:

– Если желаете проследовать со мной, ее величество примет вас немедленно.

О небеса. Как возвышаются падшие.

Он проводил меня в небольшие (по дворцовым меркам) покои, отделанные серым мрамором; за шестиугольным мраморным столиком сидела императрица, неторопливо жуя хлеб с сыром. Как, несомненно, миллионы до меня, склоняясь перед императрицей, я не удержался и взглянул на Державу, пытаясь определить, в каком настроении находится Воплощение Империи. И не смог. Держава была грязно-коричневой, и значить это могло все что угодно.

– Ваше величество, – поклонился я.

Позади мягко щелкнули двери, которые Харнвуд закрыл, выходя.

– Садитесь, – велела владычица.

Я так и сделал.

– Ешьте, – было следующее повеление.

Ну обычно для этого второго напоминания мне не требуется. Сыр оказался очень острым, другой я назвал бы слишком соленым, но не этот. Хлеб имел тонкую твердую корочку и столь же тонкий, чуточку кислый привкус – нечто подобное Коти много лет назад принесла домой.

– Вкусно, правда?

– Да.

– Это из графства Наарстен, в Соранне. Особая порода коз, и лишь самый лучший хлеб. Производится примерно пять фунтов в год, и лишь для Дворца.

– Впечатляет, – проговорил я. Вообще говоря, сыр не НАСТОЛЬКО хорош.

– Да, – ответила она. – Кроме сыра, мне мало что нравится в этой работе.

– Чем меньше плюсов, тем каждый из них ценнее.

Откусив еще чуть-чуть хлеба с сыром, она кивнула.

– Алиера сейчас должна быть уже дома.

Я кивнул.

– Словно ничего и не случилось, – проговорила она.

– Ага. А как насчет следствия?

– Уверена, ее ни в чем не обвинят.

– Почему вы столь уверены?

– Влад, в тридевятом графстве вошло в раж отделение полупьяных, злых и измотанных солдат. И в таком обвинять Военачальницу? Ее там даже не было.

– Отделение?

– Один был профессиональным воякой, который привык видеть в гражданских либо некомпетентных недисциплинированных идиотов, либо пронырливых убийц без мундиров. Остальные – вчерашние крестьянские парни, которые не привыкли видеть, как их друзей убивают, а зло сорвать не на ком. Да, люди сражаются и умирают – потому что альтернативой будет позволять каждому местному барону устанавливать тарифы на провоз строевого леса, что взбесит лиорнов, владеющими лесами, и орков, которые покупают древесину. Я не смею оскорблять ни лиорнов – они слишком высоко в Цикле, ни орков – они уже ищут союза с джарегами. Итак, нескольким крестьянам пришлось умереть. Еще сыра?

– Спасибо.

– Не так уж плохо.

– Значит, расследование там и завязнет?

– Разумеется, нет. Оно не должно завязнуть. Просто следствие должен возглавить кто-то с должным чувством справедливости – должным, однако не чрезмерным.

– Ясно.

– Когда все закончится, я попрошу Алиеру снова стать Военачальницей. Так она сможет получить удовольствие, отказав мне. Хоть столько-то я ей задолжала.

Сыр действительно был хорош.

– Но для вас я ничего не могу сделать.

– Ваше величество?

– Дом Джарегов. Левая Рука. Они будут охотиться за вами и вашей женой. Я не в силах помочь.

Я проглотил то, что было во рту, и кивнул.

– Что смогла, я сделала, – продолжила она. – Кое-кому угрожала, но воплотить эти угрозы в жизнь я не в силах. Вероятно, они это знают.

– Все равно спасибо.

Она кивнула.

– Что вы намерены делать?

– Не знаю. Если Коти в опасности, из города я не уйду.

– Уверена, это доставит ей несказанное удовольствие.

– Как и вам, – проговорил я.

– Или Алиере.

– Или Алиере.

– И ведь не то чтобы они такие уж неблагодарные создания.

– Знаю. Просто в сцене спасения все мы желаем играть роль спасителя, а не спасаемого.

Она кивнула.

– А моя работа состоит в том, чтобы спасениями занимался кто-нибудь другой. Вот почему вы здесь.

– Хотите, чтобы я кого-то спас?

– Нет. Просто я знаю, что Алиера не может сказать вам спасибо, а если бы и могла, вы не стали бы ее слушать. Поэтому говорю я. Спасибо.

– Тогда в знак благодарности я взял бы еще ломтик сыра.

– Пожалуйста. Именно на это и расходуются ваши налоги.

– Вообще-то я никогда их толком не платил.

– Значит, сыр вам понравится еще больше.

– А теклы Тирмы останутся мертвыми.

– Да. Вас это волнует?

– Нет. А вас?

– Да.

Я кивнул.

– Империя, разумеется, выплатила компенсацию семьям погибших.

– Хорошо сделано. В Доме Джарега мы тоже делали подобное.

– И как, работало?

– Вполне. Но джарегам люди доверяли, тут у нас было преимущество.

Она плеснула какого-то белого вина из высокой изящной бутылки в простую синюю керамическую чашку. Затем императрица передала чашку мне; я отпил и вернул сосуд.

– Я велю имперскому юстициарию разобраться с вашим делом без проволочек, чтобы вы смогли поскорее убраться из города, – проговорила она.

– Но я же сказал…

– Я знаю, что вы сказали. Не спорьте с вашей императрицей.

– Да, ваше величество.

– Уже лучше.

Меня не было несколько лет, и вот возвращаюсь – и все мои знакомые начинают закладывать за воротник до полуотключки. Неужто, когда я исчез, в городе стало до смерти скучно? Сомневаюсь.

Позднее я решил, что, наверное, правильно не стал спрашивать у императрицы, не пьяна ли она.

Еще несколько раз чашка путешествовала из рук в руки, она наполняла ее.

– Вы можете что-нибудь сделать, чтобы защитить Коти? – спросил я.

– Норатар обещала за ней присмотреть. Лучшего и мне не сделать.

– Ладно.

– Вам известна разница между угасающим и возрожденным фениксом, Влад?

– Это шутка?

– Нет. Ну, может, и да, но вообще-то нет.

– Продолжайте.

– Возрожденный феникс успевает сбежать до того, как начинаются ошибки. И это все. – Я кивнул, она продолжала: – Последние дни я много советовалась с Державой, просматривала воспоминания. Иной разницы я найти не смогла. А как только начинаются ошибки, одно цепляется за другое, и вот вокруг уже масса мертвых текл, которые никого не волнуют.

– Вы полагаете, вы ошиблись?

– Нет.

Я кивнул:

– Тогда хорошо. А то мне не нравится мысль о том, что императрица ошибается. Что будет с джарегами, орками и Левой Рукой? Они продолжат задуманное?

– Нет, я полагаю, вы их остановили.

– Я?

– Мне следовало бы даровать вам еще один имперский титул, но что вы с ним будете делать?

– Ну да, и как бы вы это объяснили?

– Тоже правильно. Еще осталось немного сыра.

– Зерика, вы что, собираетесь отречься?

– Не совсем то слово. Но я полагаю, возможно, Циклу пора повернуться.

– Сомневаюсь.

– Почему?

– Будет выглядеть не слишком удобно.

– Вы полагаете, меня это волнует?

– Должно бы. В Империи вопрос «как это выглядит» основополагающий.

Она довольно долго молчала, потом вздохнула. Если я только что