Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Не смотрите по сторонам, — посоветовал Ворст.

Я последовал его совету, хотя любопытство грызло изнутри. Ульрих, похоже, тоже едва сдерживался. Его глаза блестели в полумраке, как у кота в кладовке.

Торс шёл молча, настороженно. Его массивная фигура привлекала внимание. Несколько раз я замечал, как местные перешёптывались, глядя на него. Лок держался ближе к брату, готовый в любой момент прийти на помощь.

После рынка свернули в узкий боковой проход, потом ещё в один. Петляли между невысокими постройками, пока не оказались перед массивной дверью, вырубленной прямо в скале. На двери был вырезан странный символ. Нечто среднее между цветком и насекомым.

Ворст постучал. Три коротких удара, пауза, ещё два. Выждал несколько секунд и добавил ещё один, более громкий.

Дверь открылась бесшумно. За ней стоял… кто-то. Я не сразу понял, что это человек. Слишком неправильные пропорции. Слишком странная кожа — бледная, с зеленоватым оттенком. Слишком большие глаза без век.

— Мортем ждёт, — произнес кто-то или что-то скрипучим голосом, отступая в сторону. — Входите.

Мы шагнули внутрь. Дверь закрылась за нашими спинами с тихим щелчком.

Помещение оказалось просторным, гораздо больше, чем можно было предположить снаружи. Высокие потолки, поддерживаемые колоннами из чёрного камня. Стены, увешанные странными инструментами и контейнерами с разноцветными жидкостями.

В центре — нечто вроде операционного стола, окружённого светящимися кристаллами.

И повсюду… В нишах, на стендах, в стеклянных шкафах — монстры. Или части существ. Некоторые были заспиртованы, другие — засушены, третьи, казалось, ещё жили. Медленно двигались, мерцали тусклым светом, пульсировали.

Желудок сжался. Это напоминало мясную лавку, совмещённую с лабораторией алхимика и музеем извращений. Воздух был насыщен запахами химикалий, консервантов и чего-то ещё. Сладковатого, металлического. Запах крови и внутренностей.

— Моя коллекция, — раздался глубокий, бархатистый голос из глубины зала. — Впечатляет, не правда ли?

Из тени выступила высокая фигура, закутанная в тёмный плащ. Капюшон скрывал лицо, но руки, выглядывающие из широких рукавов, были явно нечеловеческими. Слишком длинные пальцы, покрытые мелкой чешуёй.

— Мортем, — представился незнакомец, делая лёгкий поклон. — Художник плоти, как меня называют.

Он скинул капюшон, и я едва сдержался. Его лицо было… композицией.

Левая половина… Почти человеческая, если не считать слишком бледной кожи и вертикального зрачка в глазу.

Правая? Покрытая чешуёй, с выступающими костными пластинами вместо брови и скулы, с жабрами, пульсирующими на шее.

— Простите за внешность, — сказал Мортем, заметив наши взгляды. — Профессиональная деформация. Слишком много экспериментов на себе.

Он шагнул ближе, изучая нас. Его взгляд, разный в двух глазах. Один человеческий, с вертикальным зрачком, другой полностью чёрный — медленно скользил по нашим лицам, будто запоминая каждую черту.

— Я знаю, зачем вы пришли, Локариус. И ты, Торстан, — его голос стал тише, интимнее. — Мёртвые возвращаются. Как интересно.

— Ты знаешь нас? — напрягся Лок.

— Конечно, — Мортем улыбнулся, обнажая неровные, заострённые зубы. — Я знаю всех в этом городе. И над, и под ним. Тех кто был и есть

Он перевёл взгляд на меня:

— А вот вы… вы интересны. Не отсюда, верно? Из другой терры. И даже не из одной.

Я промолчал. Мортем улыбнулся ещё шире:

— Молчание — тоже ответ. — Он повернулся к Ульриху: — А вы… вы видели слишком много. Пережили слишком многое. Это написано на вашем лице, в каждой морщине.

Художник плоти хлопнул в ладоши:

— Но довольно предисловий! У нас дело, не так ли? Вы хотите новые тела. Новые личности. Новые жизни.

— Да, — подтвердил Лок. — Мы готовы заплатить.

— Конечно, готовы, — кивнул Мортем. — Вопрос в том, чем? Деньги меня интересуют мало. Материал!

— Материал? — переспросил я.

— Плоть, — просто ответил художник. — Интересная плоть. Редкая. Необычная.

Мортем подошёл к одному из стеклянных шкафов, где хранилось что-то похожее на сердце, только с шестью камерами вместо четырёх.

— Видите? — художник плоти погладил стекло длинными пальцами. — Сердце высокогорного василиска. Крайне редко. Три таких сердца и я создам вам новые тела.

— У нас нет сердец василиска, — нахмурился Лок. — Но есть кристаллы душ стальных волков.

Мортем скривился:

— Стальные волки… примитив. Их полно вокруг города. — Он задумался. — Но если их много… допустим, двадцать кристаллов. Плюс что-то ещё. Что-нибудь действительно ценное.

Я достал из внутреннего кармана небольшой кожаный мешочек. В нём хранился особый трофей. Кристалл души вожака, тёмно-красный, с чёрными прожилками. Кажется, я его прихватил ещё из терры двенадцать. Или… Уже не помню.

Мортем впился в него взглядом, как только я развязал мешочек.

— Вот это… — прошептал он, протягивая руку. Его длинные пальцы дрогнули от нетерпения. — Это другое дело. Альфа-кристалл. Дайте посмотреть.

Я позволил ему взять кристалл. Художник плоти поднёс его к глазам, разглядывая, почти обнюхивая. По его лицу пробежала дрожь, жабры на шее задвигались быстрее.

— Сделка, — сказал он, не отрывая взгляда от кристалла. — Этот альфа-кристалл и десять обычных. За две трансформации.

Лок посмотрел на нас с Ульрихом. Я тут же мотнул головой. У меня сейчас другие приоритеты. А стратег лишь поморщился.

Мортем улыбнулся:

— Мудрое решение. Трансформация — это не просто новое лицо. Это новая сущность. Не все готовы к такому.

Он вернул мне кристалл:

— Я согласен. Цена объявлена. Сделка заключена.

Мортем подошёл к стене, где висело множество инструментов. Снял несколько. Что-то похожее на скальпель, но с изогнутым лезвием, странные щипцы с зазубринами на концах, прибор, напоминающий миниатюрную пилу.

— Процесс будет… неприятным, — сказал он, проверяя остроту инструментов. — Болезненным. Мучительным, если говорить честно.

— Мы готовы, — ответил Лок, и я заметил, как дрогнули его пальцы.

— Кто первый? — спросил Мортем.

— Я, — шагнул вперёд Лок.

Художник плоти кивнул, затем хлопнул в ладоши. Из теней выступили его помощники. Такие же странные гибриды, как он сам. Один с удлинённой головой и четырьмя руками. Другой — приземистый, с кожей, покрытой чем-то вроде панциря. Третий почти человек, если не считать отсутствия глаз. Вместо них на лице была гладкая кожа.

— Раздевайтесь, — приказал Мортем. — Полностью. Все вещи отдайте моим помощникам.

Лок начал снимать одежду. Его движения были скованными, неуверенными. Я никогда не видел блондина таким. Обычно уверенный в себе, сейчас он