Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

Лицо Кристена застыло и сделалось маской незнакомого мне человека. В тишине комнаты, нарушаемой только шорохом крыльев Бестии и гулом обогревателя, прозвучавшие далее слова показались громом среди ясного неба.

— Адриана, я не вернусь в академию.

Лекция тринадцатая. О предметах в карманах и контакте с заврами

Я редко соглашаюсь с тем, что счастье не вечно, но в такие моменты, как этот, начинаю верить, что есть кто-то, кто ворует его у нас.

— Что? — переспросила я, отказываясь верить в услышанное.

Кристен шумно вздохнул, собираясь с мыслями и словами.

— Адриана, о том, что я Всадник, в академии знают только ты и Эрик. В целях безопасности острова Ио и моей личной безопасности трибун не стал рассказывать об этом господину Бушующему.

— Ну, значит, я сейчас пойду и расскажу все Бушующему сама!

Я решительно оттолкнула его и попыталась встать, чтобы вот прямо сейчас прыгнуть на снегоход и мчаться по снежной равнине на поиски руководителя группы. Но сильные руки Кристена меня удержали.

— Послушай меня, пожалуйста, — попросил он. — Хорошо, вот ты придешь к господину Бушующему и скажешь, что я один из четырех Всадников…

— Я не просто приду. Я еще и Эрика с собой возьму в качестве свидетеля. Вот! — запальчиво выпалила я, не желая сдаваться.

— Поставь себя на место преподавателя, — мягко произнес Кристен, начиная поглаживать меня по спине. — Эрик — мой друг, ты моя девушка. Я буду продолжать молчать и ничем не выдам, что владею силами Войны. Как думаешь, Бушующий поверит в вашу искренность или посчитает, что вы дружно соврали, лишь бы я вернулся в академию З. А. В. Р.?

Я молчала. Молчала, ибо сказать было нечего. Ну если только кроме…

— Почему это все выглядит так, будто ты сдался? Будто уже смирился с тем, что не вернешься в академию?

Взяв мою руку, он переплел наши пальцы и тяжко вздохнул.

— Хорошо. Допустим, я смогу убедить трибуна открыть правду господину Бушующему. Допустим, это признание не вызовет ни у кого сомнений. Допустим, я вернусь вместе с вами на архипелаг Берег Костей… Как думаешь, Адриана, через сколько дней тиграй убьет меня?

— Мел? — Я не понимала. Я правда не понимала, при чем тут Мел.

— Адриана, последний Всадник Войны, который носил артефакт целым, был Рокот Арктанхау, мой двоюродный прапрадед. Рокот учудил один из самых страшных геноцидов. Он пришел в Озерный, проник в Оплот забытых богов и вырезал всех, абсолютно всех тиграев на материке. Мелу повезло, что его спасли некронавты. Он перестал быть живым, но он помнит. Он помнит, и он будет мстить. Он должен вернуть этот долг крови, иначе смерти его близких и друзей будут напрасны. Это дело чести.

Как по мне, так к демонам такую честь! Но Кристен прав. Может, я не так и хорошо знакома с Мелом, но одно скажу наверняка: последний тиграй — не тот, кто станет терзаться сомнениями на тему милосердия и всепрощения. Он просто воткнет в тебя нож.

— Так сколько беззаботных дней в академии мне даст тиграй, прежде чем убьет? — тихо повторил свой вопрос Кристен, и я не выдержала.

Вцепилась в него и разревелась. Было горько. До одури обидно. И я понятия не имела, как справиться с очередной гадостью, которая подкинула жизнь под видом нового урока для адептки Нэш.

— Как же так? Почему… мы? — прорывались слова сквозь всхлипы.

— Тише, маленькая, тише, — шептал Кристен, губами собирая слезы с моих щек. — Пожалуйста, не рви мне сердце…

А я бессовестно и откровенно рыдала, поражаясь, как так получается, что у одного и того же чувства может быть столько оттенков.

Полгода назад я до одури боялась, что меня не зачислят в академию на острове мертвых. Потом страдала из-за перевода на факультет ядожалов и всерьез думала, что вот теперь жизнь точно кончена. Потом шарахалась от Хет-Танаша, опасаясь, что тот переведет меня на магмех — и завров, как впрочем и свободу, я буду видеть только из окошка кабинета. Потом ночами не спала из-за тревог по поводу того, что я теперь Мор…

Как все это кажется мелко и несущественно сейчас.

Я прижалась мокрой щекой к груди Кристена и попыталась хоть что-то сделать с мерзким чувством скорой потери.

— Адриана… — начал Кристен.

И в дом с хохотом влетела раскрасневшаяся Власта.

— Кристен! Эрик перевернулся и застрял в сугробе, — выдала она, отряхивая налипший на штанину снег и не замечая развернувшейся здесь трагедии. — Зовет тебя, чтобы вытащить.

В присутствии Власты, я почувствовала себя маленькой зареванной глупышкой. Потому торопливо стерла слезы и шмыгнула носом.

— Я быстро, — тихо пообещал Кристен, пересадил меня с колен на стул и вышел на улицу.

А вот Бестия, Власта, я и моя маленькая жизненная трагедия остались в помещении. Драконица продолжила занимательные игры с теплым воздухом. Подгорная же упала на соседний стул, схватила бутерброд с тарелки и с неуклюжим дружелюбием ядожала толкнула меня в плечо.

— Эй, Рианка, а ты чего такая заплаканная? Поругались?

Я замотала головой, но вместо внятного ответа изо рта вырвалась только порция рыданий. Успокоилась, называется. Взяла себя в руки. Угу.

— М-да… — констатировала подруга.

И я пикнуть не успела, как в одну руку мне впихнули салфетку, в другую — кружку с ароматным чаем. Власта оценила получившуюся композицию и строгим голосом заботливой тетушки велела:

— Слезами делу не поможешь, поэтому пей, сморкайся и рассказывай.

Мысленно поблагодарив богов за то, что в моей жизни есть такие друзья, я поступила строго по совету Власты: глотнула чай, высморкалась и рассказала. Но вместо положенного сочувствия и участия Подгорная передернула плечами и скривилась.

— Не, Рианка. Ты как хочешь, а я не вижу поводов для драмы.

— Сказала та, что пряталась у меня под кроватью.

— Это другое, — категорично заявила Власта.

— Ты мне подруга или как? — обиженно промямлила я, глотая чай.

— Я твоя лучшая подруга, — уверила Подгорная и уже совсем другим тоном ка-ак рявкнет: — Поэтому сопли втянула, попу от стульчика оторвала и вперед! Бороться за свое счастье.

— КАК⁈ — простонала я, решительно не понимая, как можно оставаться такой спокойной и рассудительной.

Власта нахмурилась.

— Риана, ты умная девочка. Придумай что-нибудь! Вспомни, кто твой