Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

что бы он самостоятельно пересек ту черту, за которой его ждала смерть. А черта у каждой головы была своя, так как все шеи были разной длины, и не всегда было понятно, где конкретно начинается граница, до которой дракон мог дотянуться своей башкой. Поэтому, изредка, вместе с барашком, в пасти дракона оказывался и истошно вопящий печенег.

Если же животинка каким-то образом исхитрялась вывернуться из рук подносящего жертву, и дать деру, то та голова, которая осталась без довольствия, источала из себя струю пламени, выжигающую землю на несколько метров перед собой. А так как барашку было все равно куда бежать, то нередко страдало и ближайшее оцепление, натурально подтверждая свое прозвание «копченые».

Новая тропа к Шапито была проложена сильно в объезд этого шоу, и мы двинулись в том направлении, окруженные целым войском спешившихся степняков, которые, по велению хана, заполнили собой всю дорогу до его резиденции. Сделано это было для того, что бы Калин-царь пересел на широкое золотое блюдо, и его, словно по морским, а в данном случае, по людским волнам, на руках несли до самого ханского шатра.

Мы с генералами ехали метрах в пятидесяти позади, рассекая людские волны, которые спешно откатывались на обочину, и истаивали в ближайшем лесу. Как мне показалось больше с облегчением, чем с восторгом.

Я с Поповичем, и Лихо, который спрятался в переметной сумке, держались в арьергарде, отставая от генералов на несколько метров, так что нам от «моря» доставались только «пена», исчезающая в лесу. Но с десяток степных всадников все же постоянно маячило у нас за спинами.

Хан приказал ни в коем случае не отпускать нас, пока мы лично не убедимся в наличие Кощея. Не думаю, что в его планах было провести экскурсию, скорее он думал с помощью мага каким-то образом избавиться от опасности, что несли кольца на наших руках. Мы для приличия покочевряжились, мол и издали уже все поняли, но Калин покачал головой, поцокал языком, и выразился в том плане, что боится, как бы мы по дороге свои колечки не потеряли. Нас же такой расклад, на самом деле, полностью устраивал.

«Ваня, Ваня! Дядька Илья проснулся!» — неожиданно услышал я внутри себя голос Веснянки. Я тут же нырнул в свой виртуальный мир.

— Наконец-то!

С тех пор, как Веснянка ушла будить Муромца, я периодически дергал ее, что бы узнать, как там обстоят дела. Но она каждый раз отмахивалась, и просила не мешать искать дорожки и звать «дядьку Илью» из его снов. В общем мы, практически, и не общались.

Веснянка вновь предстала на экране цветной картинкой в объемном виде, находясь в каком-то тумане. Очень похожим на дым от сигарет. При моем появлении этот дым начал обретать черты лица Муромца.

— Вы там что, курите, что ли? — спросил я, припоминая наши прошлые встречи с Ильей.

— Неа! — сложив руки за спиной, и крутя перед собой носком ноги, выставив ее вперед и оперев на пятку, беззаботно прочирикала Веснянка. — Дядька Илья пока не может до конца проснуться, но я нашла ту тропочку, по которой ты к нему ходил. Она почему-то вот такая, дымная.

На сотканном из дыма лице Муромца проступила улыбка, туман развеялся, явив вместо себя зеленую лесную полянку с цветами, освещенную солнцем, по середине которой сейчас и оказалась девочка. А я почувствовал присутствие Муромца рядом с собою, но где-то вне зоны моего виртуального зала.

Почему-то только Веснянка появлялась живой картинкой на экране, причем по собственному желанию. Изображения других людей были лишь схематическими очертания их тел, или копия цветного плоского изображения, по типу фотографии. Это я приспособился так делать, когда видел новый объект в натуре, для моментального переноса его образа на доску-планшет-экран. После окончания работы с таким персонажем его фигурка так же преображалась в контур, утрачивая фотографический вид. Видимо это потому, что Веснянку я подселил внутрь себя, и она являлась сейчас, хоть и самостоятельной, но неотъемлемой частью меня.

Муромец же и Вольга, в теле которого я так же побывал, отображения на экранах имели стандартные, но при этом ощущались мною как собеседники в темном помещении. Или скорее, как отображение эхолокатора у какой-нибудь летучей мыши. Они как бы рядом, я их идентифицирую, но потрогать не могу, хотя бы, потому что рук у меня в ментале, или где мы там находимся, у меня нет.

— Я ненадолго, — сказал Муромец, — эта егоза каким-то образом умудрилась выдернуть меня из того забытья, где я сейчас нахожусь.

— Я совсем скоро разбужу тебя насовсем, дядька Илья! — пообещала Веснянка. — Я уже трогала тебя, вот только подумаю, как ухватиться покрепче.

— Ну подумай, подумай, — добродушно ответил Муромец, — вся надежда только на тебя, пигалица.

— Меня Веснянкой кличут!

— Хорошо, Веснянка. У меня мало времени, позволь с Иваном поговорить.

— Иван — это братик мой старший, — на всякий расставила точки над «и», малявка, и важно кивнула головой. — Вы разговаривайте, я пока ягодки пособираю.

Она подхватила корзинку, что стояла рядом с ней, и пошла обследовать полянку.

— Опасность, Иван, рядом. Чую это, — обратился уже ко мне Муромец.

— Ну это и дураку понятно, — усмехнулся я, — мы, считай, в пасть к тигру, а точнее, к дракону лезем.

— Нет, тут что-то другое, — задумчиво произнес Илья, — и касается это лишь тебя одного. Я сейчас в другом плане бытия обитаю, оттуда и чую это.

— Ты, надеюсь, не повернуть назад нам советуешь?

— Нет, конечно. Разве ж пристало добру молодцу от опасностей отворачиваться. Просто имей в виду это. А куда вы сейчас путь держите?

Я вкратце описал сложившуюся ситуацию.

— Хитер Кощей Бессмертный, опасайся всякой подлости от него.

— Может посоветуешь чего, как с ним лучше справиться?

— Боюсь, что единственный и главный совет я тебе уже дал. Быть осторожным. Я тому пример. Обхитрил он меня когда-то, потому и нашли вы меня больного и немощного.

— Ну это он благодаря своему камню заколдованному сумел тебе доступ к магии перекрыть.

— Магию говоришь перекрыл? Ты про то, что сила моя богатырская пропала?

— Можно и так сказать. Не будем сейчас в теорию вдаваться, сам понимаешь, некогда. Если нет никакого совета, то