"Фантастика 2026-164". Компиляция. Книги 1-32 - Дмитрий Ромов

на нем подскочили. — Что, боишься эту жирную тушу, что так громко именует себя Драконом? Да мои восточные полки за несколько суток окажутся под стенами его столицы. Или ты забыл, какие из них вояки?

— Я все помню, князь, — в голосе императора лязгнула сталь. — Вот только какими бы плохими воинами они не были, их больше, НАМНОГО больше. Предлагаешь потерять армию ради твоей внучки? А как насчет тех родителей, дедов и бабушек, чьих детей ты планируешь в землю уложить? Сможешь им в глаза посмотреть, князь? Выдержишь ли ты? Не отведешь глаза? — с каждым словом аура императора становилась все плотнее и плотнее. — Или думаешь, они не узнают, они не поймут? Если я буду начинать войны каждый раз, когда будет причина, через десять лет не будет людей в империи! Этого ты хочешь, князь?

— Нет, не хочу, — глухим, треснутым голосом ответил Михаил Юрьевич. — Прошу прощения, государь, бес попутал, — развернувшись, он направился на выход, даже не попрощавшись. Император же проводил его недовольным взглядом, после чего глянул на другого великого князя.

— Николай Николаевич, будь добр, проследи за ним. Шепчет мне сердце, что устроит нам князь такую свинью, что мы вовек не управимся. Так что пусть твои ребята аккуратно возьмут его под контроль, понял?

— Понял, государь, — Николай Николаевич кивнул. — Но Мишу можно понять. Десять лет, государь, десять лет он не переставал искать.

— Думаешь, я не понимаю? — Василий поморщился. — Мне самому хочется вырвать кадык этому ублюдку из Поднебесной. Но одна жизнь не может быть равна миллионам. Ты это понимать должен не хуже меня. Наш род правит, но если мы начнем решать свои вопросы путем убийства своих же граждан в бессмысленных войнах, кто нам потом спасибо скажет? Никто, дядя, никто. А теперь иди, мне нужно подумать…

* * *

Михаил Юрьевич, сидя на заднем сидении своего лимузина, сдерживал рвущийся наружу гнев. Император ему отказал. Умом великий князь понимал, что государь прав, что он все верно говорит, но сердце… Сердце в груди требовало другого, и тут разум проигрывал, проигрывал даже раньше, чем началась сама битва. И пусть помощи не будет, пусть он один, великий князь не собирался сдаваться. В конце концов, разве война — это единственный способ? Нет, есть и другие варианты. Достаточно, чтобы заставить одного ублюдка, что трусливо прячется даже от своих граждан, вернуть ему внучку. Небесный Дракон сделает это, или станет посмешищем в глазах всего мира. План потихоньку складывался в голове Михаила Юрьевича, а на лице появилась злая улыбка, больше похожая на звериный оскал.

— Правь к аэродрому, — сказал он водителю. — Нам пора лететь домой. Там нас ждет одно давно не оконченное дело…

Глава 5

Владивосток. Утро следующего дня.

Когда кортеж заехал на территорию дворцового комплекса, план в голове великого князя уже сложился. Михаил Юрьевич понимал, что он поступает наперекор приказу императора, но великому князю было наплевать. Главное — уничтожить этого жирного ублюдка на троне и вернуть внучку домой. А чтобы внучка не пострадала, Михаил Юрьевич был намерен добиться максимальной огласки. Благо возможности позволяли, все же фамилия Рюрикович открывала многие двери.

Покинув салон автомобиля, великий князь направился прямиком к себе в кабинет, по пути раздавая приказы. Весь дворец пришел в движение, а через десяток минут территорию начали покидать юркие мотоциклисты. Они рванули от дворца в разные стороны, и цель у них была одна и та же — привести во дворец всех тех, кто мог бы помочь великому князю предать огласке чудовищное преступление, совершенное китайским императором. Благодаря близости к границе и тому, что сам город являлся одним из самых развитых портов империи, в городе было много иностранцев, в том числе и представителей прессы и телевидения. И все они так или иначе были должны великому князю. Михаил Юрьевич же собрался воспользоваться этим долгом.

* * *

Сорок минут спустя. Дворец.

В огромном зале собрались несколько десятков людей, которых объединяло одно, а именно умение доносить информацию до широких масс. Они тихо переговаривались между собой, пытаясь понять, зачем их пригласили. Никакой конкретики княжеские посланники не дали, просто сказали, что будет сенсация. Учитывая влияние самого князя, никто не стал отказываться.

В какой-то момент двери зала открылись, и внутрь вошли вооруженные гвардейцы. Они молча расположились у стен и развернулись к людям. А сразу за ними вошел и сам Михаил Юрьевич в компании двух мужчин.

— Господа, — князь сел на кресло, чем-то напоминающее трон, — рад, что вы все так быстро откликнулись на мой зов. Я пригласил всех вас к себе во дворец не просто так. У меня есть сведения, способные разрушить репутацию Небесного Дракона и доказать, что он не является человеком чести, — каждое слово звучало словно удар молота.

Журналисты и телевизионщики тут же подобрались. Когда такие слова звучат из уст представителя правящей династии, они попросту не могут быть ложью.

— Ваше высочество, а мы можем увидеть хоть какие-то материалы? — робким голосом задал вопрос один из представителей русской прессы, и остальные тут же согласно загомонили.

— Можете, — Михаил Юрьевич кивнул, и один из мужчин, стоявших рядом, принялся раздавать журналистам и телевизионщикам тонкие черные папки.

Внутри этих папок была распечатка того самого письма с фотографиями, а также с переводом самого текста с английского на русский, индийский, итальянский, французский и японский языки. В зале тут же воцарилось молчание, люди изучали материалы, а Михаил Юрьевич взирал на них словно статуя. Хотя огонь внутри великого князя пылал такой, что хватило бы уничтожить небольшой город. Но он сдерживал его. Пока не время, это пламя пригодится ему в другом, более праведном деле. Ведь что может быть праведнее, чем месть?

— Ваше высочество, Михаил Юрьевич, если все это правда, то это может стать поводом к войне, — один из иностранных журналистов первым поднял голову, оторвавшись от папки, — вы уверены, что хотите вынести это в публичное пространство? Боюсь, последствия такого действия могут быть непредсказуемыми.

— О да, я все прекрасно понимаю, — впервые за все время князь дал волю эмоциям, и на мгновение на его лице возник звериный оскал, — но это не все, господа. Мне нужна не просто огласка. Нет, я собираюсь бросить вызов Небесному Дракону. Я считаю, что этот человек, не