Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Я пригнулся, почти падая на колено.

Сгусток пролетел надо мной… и перелетел границу.

С глухим ударом он врезался прямо в бок огненного змея.

Тот взревел так, что у меня уши заложило.

Он резко повернулся не ко мне, а к ледяной стороне.

— О, пошло дело… — выдохнул я.

В следующую секунду огненный змей выплюнул струю пламени уже в сторону ледяного.

Ледяной зашипел в ответ и ударил морозным потоком.

Я быстро отбежал подальше.

— Всё, теперь без меня, — сказал я, отходя к Насте и Петру.

Они уже сами разбирались.

Сначала осторожно, потом всё злее.

Пламя, лёд, удары, рёв — через пару минут стало ясно, что они окончательно переключились друг на друга.

— Работает… — тихо сказал Пётр.

— Конечно работает, — ответил я. — Гениальный план. Чуть меня не убил, но работает.

Бой между змеями продолжался долго.

Минут десять они обменивались ударами, подползали к границе, снова откатывались, снова били.

Постепенно оба начали сдавать.

Чешуя трескалась, движения замедлялись, атаки становились слабее.

Я посмотрел на них и сказал:

— Всё. Пора заканчивать.

— Осторожно, — сказала Настя.

— Постараюсь.

Я вошёл в ледяную локацию первым.

Огненный змей был уже сильно ранен, но всё ещё пытался поднять голову.

Я не стал тянуть — несколько быстрых ударов, короткая серия заклинаний, и он обмяк.

Я сразу развернулся и перешёл к огненной стороне.

Ледяной змей тоже был на последнем издыхании.

Он попытался подняться, но не успел.

Ещё несколько ударов — и он рухнул рядом с границей.

Я выдохнул и оглянулся на остальных.

— Всё. Стражей больше нет.

Я посмотрел на обе локации и добавил:

— Теперь можно забирать ядра.

Мы ещё немного постояли возле поверженных змеев, потом Пётр первым шагнул к ледяной локации и сказал:

— Ладно. Давайте пока разлом не передумал, попробуем с ядрами.

Я посмотрел на него.

— Уверен?

Он кивнул.

— В этот раз должно получиться. Я понял, что делал не так раньше.

— Очень обнадёживает, — пробормотал я. — Особенно часть про «должно».

Настя усмехнулась, но ничего не сказала, только отошла чуть в сторону, чтобы не стоять прямо рядом с ядрами.

Пётр подошёл к водяному ядру и начал строить вокруг него свою магическую конструкцию. Воздух сразу стал плотнее, как всегда, когда он начинал возиться с такими штуками. Я на всякий случай подошёл ближе.

— Я рядом постою, — сказал я. — Если оно опять решит исчезнуть.

— Не исчезнет, — ответил Пётр, не отрываясь от работы. — Я его держу.

Энергия вокруг него постепенно собиралась в плотный узор, и через пару секунд ядро действительно поднялось над землёй. На этот раз без рывков и без попыток исчезнуть.

— Есть… — тихо сказал Пётр. — Держится.

Я пошёл рядом с ним, внимательно прислушиваясь к ощущениям. Разлом вокруг начал нервничать, это чувствовалось сразу, но пока всё было терпимо.

— Медленно, — сказал я. — Без резких движений.

— Сам знаю, — буркнул он.

Мы пересекли границу локаций и подошли к огненной стороне, где лежало второе ядро.

Огненное чуть дрожало, будто чувствовало, что происходит.

— Клади рядом, — сказал я. — Только аккуратно.

Пётр опустил водяное ядро рядом с огненным и сразу сделал шаг назад.

Я тоже отступил, но далеко уходить не стал.

Вокруг сразу стало тихо.

Слишком тихо.

Ядра сначала лежали неподвижно, потом оба одновременно дрогнули.

— Началось… — пробормотал я.

Они медленно потянулись друг к другу. Воздух загудел, энергия вокруг начала закручиваться, и мне это уже совсем не нравилось.

— Щиты держите, — сказал я.

Пётр, наоборот, расплылся в улыбке.

— Получается!

Ядра столкнулись.

В ту же секунду во все стороны рванула ударная волна.

Меня качнуло, я успел поставить защиту, но не успел понять, что происходит дальше.

Огненное ядро резко сорвалось с места и полетело в сторону.

Прямо туда, где стояла Настя.

— Осторожно! — крикнул я.

Она только начала поворачиваться, когда я уже рванул вперёд.

Щит я поставил на ходу, почти вслепую, и закрыл её собой.

Ядро врезалось прямо в меня.

Щит смягчил удар, но не полностью.

Броня вспыхнула жаром, нагрудник мгновенно нагрелся так, что я почувствовал, как тепло проходит сквозь доспех. Кожу обожгло, будто к раскалённому железу приложили.

Я зашипел сквозь зубы, удержался на ногах и оттолкнул ядро в сторону.

В следующую секунду всё стихло.

Я оглянулся.

Огненного ядра не было.

Водяного тоже.

Пусто.

Я медленно выдохнул, потом стянул с себя дымящийся кожаный нагрудник и отбросил его в сторону.

От него шёл пар.

На груди неприятно жгло, но жить можно.

— Да чтоб тебя… — процедил я. — Опять исчезли.

Мы отошли от границы локаций подальше. Энергия после столкновения ядер ещё какое-то время гуляла вокруг, воздух дрожал, и подходить обратно не хотелось. Я только сейчас почувствовал, как сильно жжёт грудь под остатками брони.

— Стой, — сказала Настя. — Даже не думай идти дальше.

— Да нормально всё, — пробормотал я, стягивая ремни.

Она уже доставала из сумки пузырёк.

— Конечно нормально. Ты всегда так говоришь, когда с тебя дым идёт.

Я снял нагрудник окончательно и поморщился. Ожоги были не смертельные, но неприятные — кожа покраснела, местами пошла пузырями.

Настя осторожно нанесла мазь и покачала головой.

— Ты иногда думаешь, прежде чем под ядра бросаться?

— Иногда, — ответил я. — Но редко.

Пётр стоял рядом и с интересом рассматривал.

— Оно тебя насквозь не прожгло… Я думал будет хуже.

— Я тоже, — сказал я. — Но броня хорошая. Была.

Настя закончила с мазью и сказала:

— Давай, теперь сам.

Я кивнул, закрыл глаза и пустил немного магии жизни. Тепло разошлось по телу, боль постепенно отступила, кожа начала стягиваться. Полностью заживлять не стал — слишком много энергии ушло на прошлую попытку.

— Всё, — сказал я, выдыхая. — Жить буду.

Настя убрала пузырёк и посмотрела на меня.

— Что будем делать дальше?

Я немного подумал, потом пожал плечами.

— Попробуем ещё раз.

Пётр сразу поморщился.

— Но они же не соединяются.

— Соединяются, — ответил я. — Просто не так.

Он нахмурился.

— В смысле?

Я посмотрел в сторону, где раньше лежали ядра.

— Мы взяли противоположные стихии. Огонь и вода. Может, в этом проблема.

Настя прищурилась.

— То есть ты думаешь, что мы сами всё испортили?