Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

тут же вызвалась проводить его вниз. Туда, где в подсобных помещениях, снабжённых даже системой подачи воды и электричеством, жили пригнанные из Города девушки. Март невольно задался вопросом, кто наладил работу водопровода и сети. Возможно, такие же пленники с поверхности, как и они сами. О судьбе этих людей он старался не думать. Их могла ждать та же участь. Из метро нужно было убираться как можно скорее и дальше. Но сначала нужно было всё хорошенько разведать. Благо, делать им было особо больше нечего. Люди Игоря предавались безделью в Тёплом углу, чем изрядно выводили того из себя. Леканы тоже маялись, не зная, чем себя занять.

На то, чтобы поставить на ноги Яна, у Марта ушло ещё дней пять.

Март прочно обосновался в вагоне Тесака, где подолгу сидел в полудрёме, присматривая за Яном. Обтирая его. Меняя пропотевшую одежду на свежую и подолгу разговаривая с Тесаком.

Лек делал вид, будто ничего не случилось, и даже поручил Марту осмотреть подсобные помещения станции, чтобы выбрать место для создания цеха. Его, кажется, тоже бесило, что, покинув Комбинат, они застыли в вынужденном бездействии. Он хотел поговорить об этом с Кирой, но та явно избегала его, исчезнув куда-то со станции и не появляясь более. Её отсутствие и радовало, и нервировало Марта.

Неожиданное поручение сыграло ему на руку. Охваченный водоворотом новых забот, он пытался не думать о Кире. Одновременно у него появился весомый повод поближе познакомиться с подземельем Уродов, его бытом и принципами функционирования. Теперь под предлогом поиска помещений для цеха он мог позволить себе больше.

Вера вызвалась быть его проводником, и Штеф поглядывал на них с едва заметной ревностью. Но маленькая, пухленькая златовласка интересовала Марта лишь как источник информации об Уродах.

Вера знала мало.

Такая же пленница, как и все они тут, она видела лишь то, что ей позволяли видеть, и ходила лишь туда, куда её пропускали. Как и говорил Тесак, стоило только свернуть не туда, тут же появлялся молчаливый танк или угрожающе шипевшая гарпия.

Широкие арки по обе стороны платформы, где красовались одинаковые вывески с надписью “Выход в город” были просто замурованы наглухо. Март бегло изучил висевшие там карты, но те имели мало общего с постоянно сотрясаемой сдвигами поверхностью. Определить по ним, где именно находилось подземелье уродов, не представлялось возможным. Тот туннель, по которому осуществлялась эвакуация с Комбината, был завален сдвигом. А других путей на поверхность никто не знал.

От Веры Март выведал лишь то, что до этого девушки жили дальше по туннелю, на гораздо большей станции с несколькими уровнями и гораздо большим количеством помещений. Та станция называлась “Геологической”, эта — “Чкаловской” и, судя по висевшей под потолком схеме, это была предпоследняя станция на ветке. За нею шла только станция “Ботаническая”. Март недолго ломал голову в попытках понять значение этих названий. Артефакты иного мира часто не несли в себе какого бы то ни было смысла. Часть точек на этой карте подземелий вовсе не имела названий, и это тоже казалось странным.

По словам Веры, между станциями Уроды передвигались пешком, но девушек привезли на дрезине наподобие тех, что были на поверхности, в Депо. Дрезину приводил в движение танк, и мчалась она настолько быстро, что Вера едва ли могла что-то рассмотреть даже в призрачном свете, заливавшем все оккупированные Уродами туннели.

Ей показалось, что, хотя ветка и шла практически прямо, в ней было много ответвлений, проделанных копателями и непохожих на тот туннель, по которому они ехали.

Это значило, что метро могло быть гораздо обширнее и запутаннее той простой схемы из трёх веток, которую видел на стене Март. Но они не могли позволить себе вечно петлять лабиринтами Уродов. Нужно было найти выход на поверхность.

Подземных водоёмов, рыбу из которых поставляли на кухню те же копатели, никто из пленников тоже не видел.

Кухня, как и душевая комната с подачей холодной и горячей воды, а также помещения для девушек, где они жили постоянно, располагалась на нижнем уровне, прямо под платформой. Девушки не только обслуживали Тёплый угол, но и занимались всеми его нуждами. Стирали, чинили одежду, готовили.

Гарниром к рыбе предлагались грибы, росшие тут же, в одном из ответвлений туннеля, коротком, широком тупичке, вырытом явно специально под грибницу.

Если верить Вере, копатели ели выворачиваемую из стен землю и камень, а затем, отрыгивая проглоченное, скрепляли своды полученной массой. Та застывала в камень. Именно так и получилось странное, стеклянистое, полупрозрачное и слабо флюоресцирующее покрытие, защищавшее тут любую поверхность в её первозданном виде. Марту в подобные сказки верилось с трудом, но Тесак слушал эти рассказы с живым любопытством и наверняка уже мечтал располосовать какого-нибудь копателя, чтобы порыться в его внутренностях.

На шестой день, когда привыкший немного к ненавязчивой заботе Марта и переставший вздрагивать от каждого его прикосновения Ян мог уже не только подняться с мата, служившего ему постелью, но и пройти какое-то расстояние, не упав от усталости, Март решил взять его с собой в очередную вылазку к туннелю. В этот раз он твёрдо вознамерился пройти дальше, чем пускал его танк, бдительно стороживший выход с платформы.

Все эти дни, пока Ян болел, а после — набирался сил, поглощая горячий бульон и куски варёной рыбы, Март старался как можно чаще обсуждать с Тесаком их нынешнее положение привилегированных пленников и планы побега на поверхность. Несколько раз к ним присоединялись и Шед, и Барн, и Штефан, и Вера, и тогда в вагоне Тесака, загромождённом коробками с нераспакованным оборудованием, книгами и лекарствами, становилось тесно.

Мнения разделились.

Леканы не доверяли больше Марту так, как доверяли прежде, хотя сложившаяся ситуация и смутное будущее тревожили их. Они чувствовали себя пятым колесом в телеге. Теперь, когда им не угрожала явная опасность, люди Игоря, казавшиеся раньше верными боевыми товарищами, вновь отдалились от “лековых тварей”. Расслабленные сладкой негой Тёплого угла, люди Игоря совсем забыли о дисциплине, тогда как леканы под командованием Шеда пытались сохранить какое-то подобие осадного порядка.

Вырвавшись с Комбината, многие по-прежнему чувствовали себя в осаде тут, в подземельях Метро. Только вот осаждали их теперь Уроды, не дававшие и шагу ступить без присмотра. Но наверху их ждал ополчившийся против Лека Город. При атаке на Комбинат погибли многие из тех, кого Скал собрал в свою банду. Но многие выжили. Насколько видел Март, звери, вероятно ведомые чутьем своих верных спутников, собак, не участвовали в последнем штурме, и теперь кочевали где-то по Городу…