Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

Масла в огонь раздора подливала Вера, боявшаяся Города, банд и голода, царившего на поверхности, гораздо сильнее, чем Уродов и загадочных планов Матери. Со Штефом она чувствовала себя в безопасности и предпочитала не задумываться о том, что будет завтра. Штеф явно разрывался между царившим среди леканов беспокойством и капризами своей новой подружки.

Ян внимательно слушал все эти споры, предпочитая помалкивать.

И вот сегодня Март кинул на мат найденную на складе нижнего уровня куртку и сказал буднично:

— Одевайся, пойдёшь со мной.

Ян, сидевший на мате и листавший журналы Тесака в поисках красочных картинок — читать он не умел — вскинул удивлённый взгляд, но послушно отложил в сторону очередной журнал с яркой глянцевой обложкой, на которой среди буйной растительности стояло на задних лапах, поджав коротенькие передние лапки, чешуйчатое чудовище с квадратной, словно обрубленной, зубастой головой. Март невольно задался вопросом, действительно ли подобные твари существовали в том мире, откуда сдвиг выбросил этот журнал. Тварь казалась достаточно опасной.

Ян поднялся, одёргивая полы куртки и подтаскивая к манжетам сбившийся к локтю рукав свитера. Уже другого, подобранного по размеру, а не того, в который одел его Март в первый день болезни. Тот Март вернул себе. Стоячий ворот хорошо скрывал всё так же медленно заживающий шрам на шее.

На ногах у Яна красовались высокие берцы, тоже по ноге, и тому явно нравилось, переступая с ноги на ногу, ощущать, как плотно они сидят, не слетая. Март невольно усмехнулся, когда вспомнил те огромные ботинки, набитые тряпками, что были на мальчишке, когда Март гнался за ним в Башне Тесака.

Ян заметил эту усмешку. Тут же испуганно замер.

Он всё ещё боялся Марта, чутко следя за сменой его настроения, ловя каждый жест, фразу, будто ожидая удара исподтишка.

Март сокрушённо покачал головой.

— Идём, — сказал он, пропустив парнишку вперёд и чуть подтолкнув его в спину. — Ты ведь не видел ещё станции?

— Нет, — ответил Ян. Он рассказывал, что очнулся уже в вагоне Лека, запертый в маленькую, тесную клетку, где мог только сидеть, согнувшись в три погибели. А когда Кира, поцеловав, увела его за собой, шёл как одурманенный, не глядя по сторонам. Март невольно задавался вопросом, не с поцелуем ли Мать накачала парнишку той дрянью, природу которой не смог определить даже Тесак…

— Ну вот, посмотришь. Пригодится, — сказал Март, недвусмысленно намекая на планы побега, которые они обсуждали все эти дни в этом вагоне.

Ян сдержанно кивнул, вновь не выказав своего отношения к этим планам.

Из вагона мальчишка выходил с некоторой опаской. За прошедшие несколько дней тесный, захламлённый закуток Тесака стал казаться ему привычным и безопасным. Ян почти расслабился, позволив себе некоторую беспечность. А теперь, глядя на него со спины, Март видел, как снова напряглись плечи, когда парнишка тронул дверной окоём, осторожно выглядывая наружу.

Благо на платформе никого не оказалось. Пространство казалось пустым и холодным, люди, привыкшие всегда искать себе укрытие, избегали появляться тут, предпочитая проводить время в вагонах или в подсобных помещениях станции.

Ян шёл медленно, с удивлением оглядывая светлый пол, зеркальные колонны с редкими, причудливо изогнутыми деревянными лавками вокруг них, поезда, стоящие по обе стороны длинной платформы.

— Тут всё целое, — прошептал Ян под нос, но Март услышал. Кивнул соглашаясь. Человеку, выросшему на сотрясаемой сдвигами поверхности, было сложно принять существование чего-то настолько стабильного, как подземелья Уродов.

А благодаря гладкому покрытию стен, которое, если верить Вере, представляло собой слюну копателей, всё выглядело не просто целым, но если не новым, то прекрасно сохранившимся.

Ян обернулся, застыв посреди платформы, не зная, куда ему идти дальше. Бросил взгляд на Марта, потом на серую стену с циферблатами. Перевёл взгляд на противоположный конец платформы и невольно поёжился. Там была комната Киры, и Март понял, что Ян вспомнил и это.

— Нам туда, — сказал Март, чуть обогнав мальчишку и направившись в ту сторону, в которую смотрел Ян.

Тот задержался на секунду, явно колеблясь, но затем Март услышал его шаги за спиной.

Они прошли мимо двери с полустёртой надписью “Пункт №…”, туда, где узкий проход вёл с платформы вглубь туннеля, чтобы через несколько метров спуститься по дребезжащей лесенке к путям, на которых стоял поезд.

Март уже пытался пройти туда как-то. Метров через двадцать вынырнувший из призрачного сумрака туннеля танк заставил его повернуть обратно.

В этот раз Март намеревался проявить большую настойчивость. Они не могли позволить себе сидеть тут и дальше.

Стоило им ступить под своды туннеля, в огороженный с одной стороны высокими металлическими листами проход, света как будто сразу стало меньше. Если, оглянувшись, можно было без труда увидеть всю платформу и серую стену с циферблатами, висевшими в дальнем ее конце, то впереди едва ли можно было различить хоть что-то. Всё терялось в зеленоватой дымке. Света, источаемого стенами, тут хватало от силы на пять-десять метров обзора.

Они спустились по короткой, в три ступени лесенке и вышли, наконец, в туннель. Март оглянулся на морду стоящего поезда. Там за стеклом была видна кабина машиниста. Лобовые стёкла поездов, в отличие от всех прочих окон в вагонах, не были замазаны чёрной краской.

Ян тоже обернулся с любопытством. Привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть. Он едва доставал Марту до плеча, а поезд теперь, когда они стояли не на платформе, а в туннеле, казался огромным.

Март пошёл вперёд, позволив пареньку приотстать, но чутко вслушиваясь в то, что творится за спиной. И скоро услышал, как Ян ускорил шаг, почти побежав, чтобы догнать уже успевшего затеряться в сумраке туннеля Марта.

Нагнав, Ян пошёл дальше рядом, приотстав едва на полшага. Теперь он старался держаться поблизости.

Идти по путям в Метро было гораздо проще, чем по путям железной дороги на поверхности. Шпалы не перегораживали неглубокую канавку по центру.

Туннель, несмотря на поперечные балки, то и дело выныривавшие из полумрака над головой, казался идеально круглым. По стене, вдоль которой они шли, бежали уложенные рядком провода. Через каждые несколько метров над проводами на стене висела лампа. Но тут уже ничего не работало. Контактный рельс, по которому, по словам Тесака, должен был бежать ток чудовищной силы, оставался мёртв. Невольно возвращаясь к предложенному Шедом плану захватить подземелье Уродов, сделав из него