Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Дик хотел его встряхнуть, как-то поддержать. Но не мог даже дотронуться.

— Наверное, — сказал он. — Ты и сейчас думаешь не только о себе и стараешься всё исправить. Ты предупредил остальных…

— Не уверен, что это доброе дело. Простят или нет, узнаю только после… А чтобы проклятье закончилось, надо понять… — Стрела замолчал и оглянулся на указатель дорог.

Дик вскочил, словно надеясь его удержать. На самом деле он старался разглядеть мысли, они казались сейчас более плотными, чем тень их хозяина. Но подсказка растворилась в весеннем солнце. Пусто на перекрестке. Никого.

Дик уперся лбом в столб и стоял некоторое время, пытаясь собраться с мыслями. Так недавно он радовался свободе и жизни. Сейчас он стал вестником смерти. И надо спешить…

______________________________________________

Глава 19

*****

На лесной поляне стоял дом великой принцессы. Скромный, со мхом и цветами на крыше, с уютным теплом и светом внутри. Дик прошел к нему по лесу тайной короткой дорогой,[1] постучал и, не дожидаясь ответа, как в трактир, ввалился в прихожую любимой крестной.

Келлерлису предупредили о гостях, но та всё равно удивилась.

— Здравствуй…

Дик лишь кивнул в ответ на приветствие. Отстегнул пояс с ножнами и упал в кресло, уронив Тореллинг на пол как ненужную помеху. Крестная фея некоторое время пристально изучала его, раздумывая, что предложить гостю. Понимала, что чай для него слишком мало, а чтобы ответить на вопрос, он зубов не расцепит. Налей ему неразведенный дубовый сок, выпьет, не моргнув глазом. Вернее, не открыв глаз.

Келлерлиса ушла на кухню, строгим жестом велев всем шумным и назойливым помощникам — белкам, синицам, лесным мышам — удалиться вместе с ней или сидеть тихо. Смешав в большой чашке по десять капель разных укрепляющих и успокаивающих настоек, добавив две ложки дубового сока, большой кусок сладкой кленовой смолы и залив горячим сосновым отваром, она отнесла питье крестнику.

После трех глотков Дик открыл глаза и слегка кивнул в знак благодарности. Келлерлиса подала ему ложку, размешивать кленовый сахар.

— Ты нужна мне как фея, — гость продолжал медленно пить жгучий, кислый и сладкий отвар.

— Просьбу можно отложить? Ты не сорвешься и не умчишься немедленно? — с тревогой спросила Келлерлиса.

Он снова молча показал, что свободен. Идти ему некуда.

— Ты, как дерево, сожженное молнией, — покачала головой крестная. — Если бы ты знал, насколько выглядишь старше.

— Разве? — хрипло удивился он. — По-моему, у меня давно такой вид.

— Да. Я видела тебя таким несколько раз. Обычно это означает смерть, о которой ты не расскажешь.

— Расскажу, — равнодушно откликнулся Дик. Можно подумать, в его привычках делиться с ней своим горем. Но у лесной принцессы брови поползли вверх. Она щелкнула пальцами, закрывая ставни на окнах, выставив любопытных, и ограждая всю поляну коконом, непроницаемым для лесного эха.

— Кто-то из твоих друзей в братстве? — осторожно начала расспросы крестная.

— Мы не так уж дружили, — хмуро ответил Дик. — Не успели… Его съела бездна.

— Что? То есть, он там?!

— Уже нет. Покончил с собой. И мы виделись в то время, которое дается… Ты знаешь.

Дик протянул ей пустую чашку и закрыл лицо рукой.

— Рыцарь дороги проклят? — пораженно переспросила Келлерлиса. — Такого за все века не бывало… Вы часто шли на смерть сами, но это был подвиг, а не слабость. Он уже..?

— Да.

— Когда это случилось?

— Три дня назад.

— В лесу ничего не слышали, — призналась крестная Дика. Что почти так же невероятно, как сама новость.

— Услышат. Похоже, я следующий.

— Перестань!

Сердито звякнула ложка эльфийского серебра. Келлерлиса поставила чашку на столик. Сама присела напротив кресла, взяв руки Дика в свои. Несмотря на горячее питье, его пальцы заледенели.

— Можешь показать бездну в магическом зеркале? — попросил он. — Нужно сравнить…

— Не могу, — фея крепче сжала его руки, пытаясь согреть их.

— Их нельзя увидеть?

— Можно. Но тогда и они увидят меня, — слабо улыбнулась лесная принцесса. — Мне бы этого не хотелось.

Дик опустил глаза, думая о чем-то. Похоже, ее слова даже без картинки помогли что-то сравнить.

— Тогда скажи, видишь ли меня там? В будущем.

— Нет, что ты, я не могу! — отпрянула от него Келлерлиса. Бирюзовые очи прекрасной девы расширились от ужаса. Кожа, светящаяся изнутри мягким золотым светом, побелела, как ночная кувшинка. — Я не могу этого увидеть, Дик. И не скажу.

— Но ведь это прямой вопрос.[2]

Крестная продолжала испуганно смотреть на него, отказываясь и видеть, и говорить.

— Не могу, — наконец прошептала она, отводя глаза.

— Ясно. Скоро?

— Дик! Что ты говоришь? — она села в кресло напротив, обхватив голову руками и пряча лицо за солнечный дождь длинных волос.

— То, о чем ты молчишь. Так мучаешься не потому, что не можешь ответить, а потому, что не можешь ответить "нет".

Она услышала, как он усмехнулся, и подняла голову. В глазах феи стояли слезы. Дик не впервые заставлял ее плакать, но сейчас ей казалось, что ужаснее новости быть не может.

— Тебе смешно? — укоризненно спросила она.

— Не особенно, — Дик улыбался. — Но если это случится, лучше быть готовым заранее. Думал, схожу с ума. Теперь вижу, что не один. Стало гораздо легче.

— Ты боишься?

— Не хочу туда, — поморщился Дик. — Не знаю, страх это или нет, но мне холодно, — он прижал руку к груди, показывая, где.

— Почему ты решил, что бездна охотится за тобой? — крестная взяла себя в руки.

— Ты же сама…

— Нет, Дик. Феи видят вероятное будущее. Или то, что уже случилось, но ты об этом не знаешь. А ты пока здесь, со мной. Если постараться, думаю, мы найдем способ предотвратить это. Ты вот только ещё в бездну не лазил! Посмотри на меня… Говори всё, как есть.

Келлерлиса искала его взгляд, но Дик поднял глаза лишь на миг. Напряженно смотрел внутрь себя, прислушиваясь к отрывочным мыслям. Ничего не скрывал, но и знал немного.

— Чувствую. Ходят вокруг. С тех пор, как видел Стрелу, три ночи не могу спать. Снится