Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

А еще с Маллистерами, мы получим еще больший доход и это уже может иметь последствия, так что пока что я от Талли отвязался. Но только пока что.

Нужно быть готовым к тому что бы отстаивать свои границы, свое право процветать.

Иногда я вспоминаю себя семь лет назад.

Тогда мне казалось, что главное — заработать больше серебра. Теперь понимаю, что серебро — лишь средство. Настоящее богатство — это люди, которые умеют работать, дороги, по которым можно везти товары, склады, которые не сгниют через три зимы, и пристани, способные принять корабли.

Деньги заканчиваются. Хорошо устроенное дело начинает приносить новые деньги само.

Наверное, именно поэтому я стал спокойнее относиться к богатству и гораздо ревнивее — к своим владениям.

Когда я только получил Переправу, то думал лишь о том, как бы никто не мешал мне работать. Теперь же понимаю: если не защищать свое право управлять своими землями, рано или поздно найдется тот, кто решит управлять ими за тебя.

Я не собираюсь бросать вызов Талли. Мне это не нужно.

Но и позволить кому-то разрушить то, что создавалось годами, я тоже не позволю.

Раньше мне казалось, что уступить проще.

Теперь понимаю, что каждая уступка сегодня становится обязанностью завтра.

Строительство тоже меняется, первые проекты были простыми, построить мельницу, починить мост.

Расширить дорогу или построить новую нормальную дорогу и то это заняло практически 3 года. Теперь же одна новая пристань требует десятка новых решений, если приходит больше кораблей, нужны склады, если появляются склады — нужны счетоводы.

Счетоводам нужны дома. Людям нужны кузнецы, пекари и трактиры. Чем успешнее становится один проект, тем больше новых забот он рождает. Иногда мне кажется, что мои владения похожи на дерево. Каждая новая ветвь требует еще больше корней.

Самое сложное — уже не строительство, самое сложное — управление людьми.

Харвин докладывает почти ежедневно, один управляющий оказался ленив. Другой честен, но глуп.

Третий умен, но постоянно пытается сделать все "немного дешевле", словно экономия на извести или дубовых балках не обернется потом разрушенным мостом.

Приходится постоянно ездить, проверять, спрашивать и снова проверять. Если я перестану смотреть, люди постепенно начнут работать не так, как следует.

Не потому, что они плохие, потому что человеку свойственно выбирать путь полегче.

Еще одна беда — хорошие люди, вернее, их отсутствие, кузнеца можно обучить, плотника тоже.

Но человека, который способен управлять сотней работников, вести счета, понимать мои приказы и принимать решения без постоянного надзора, найти невероятно трудно.

Пожалуй, это и есть самое большое ограничение моего роста, не серебро, не камень, не лес.

Люди.

Придется выращивать управленцев так же, как мы выращиваем лен или коноплю. Медленно и годами. Да я это уже делаю со школами.

Иначе однажды окажется, что строить есть на что, но некому этим руководить.

Но мне не хватает реально людей. 50-60 людей я получаю в год, грамотных людей. За счет иммиграции могу получить еще 10-20, это не так много на самом деле. А уже возникают ситуации, когда требуется еще больше грамотных людей и не только в чиновничьем аппарате, а в обычной жизни. И это съедает, я даже не знаю, когда школы станут дешевыми.

Иногда меня спрашивают, зачем я продолжаю вкладывать почти все обратно в землю.

Ответ прост.

Деньги, лежащие в сундуке, работают только на вора. Деньги, превращенные в дорогу, начинают работать на меня каждый день.

Наверное, я тоже изменился. Раньше я хотел разбогатеть. Теперь я хочу оставить после себя земли, которые смогут богатеть без моего участия.

Если это получится, значит, я действительно был хорошим лордом.

И это самое эффективное вложение – готовая торговая дорога что крестом пересекается на Близнецах. Да, я с начала строю очень столичноцентичный феод. Да по сути государство, в этом есть плюсы, а так же есть существенные минусы. Как минимум в концентрации усилий.

Кстати, я договорился с Маллистером об производстве древесного угля, может там и доменную печь нормальную можно сделать… кажется для большей температуры нужен воздух…

Не особенно помню это, мне любопытно какими знаниями нужно обладать что бы быть готовым к таким приключениям? Просто другие уже бы пушки лили, это что нужно быть сварщиком?

Я даже формулу пороха не помню, даже соотношение не особенно помню. Помню про селитру…

На самом деле тут можно сделать не так много… в Средневековье, да можно заказывать различные товары из-за развитой торговли, однако все еще есть проблемы организации.

Думаю, Артур сможет начать что-то реализовывать, прялка Дженни это 18й век, самое начало промышленной революции, но это в плане технологий. Книгопечатание – 15й вроде, а ведь есть еще надежное законодательство это вот проблема… Технологические инновации должны работать в социальной структуре.

Паровая машина вроде и у Аристотеля была только какой смысл? Это не принесло никакой пользы ведь не было нужды в таком изобретении.

Я же из всего, наверное, только коктейль Молотова могу сделать, этакий аналог греческого огня. Для начала нужно купить «кровь земли» - нефть, осуществить фракционку и дальше дело техники.

Только кто этим будет пользоваться? Уж точно не я, у меня не морская держава, так что как бы не прогореть на этом. Причем буквально.

Я так же начал учить Артура и Винафилд моему языку, пусть у них будет секретных язык, так же они смогут прочитать это дневник и до конца меня понять, хотя даже сам себя не понимаю в этом заключена огромная ирония всей ситуации, ведь пытаюсь так много сделать.

Ввести карантинные мероприятия, начать куда лучшее изучение хирургии. Только всегда есть одна существенная проблема – Вестеросу это известно, известно и полностью. У них есть обезболивающие – маковое молоко, из опиоидов, средства контрацепции, опробованной веками, и еще множество других впечатляющих изобретений, но они дорогие.

Чем больше живу здесь, тем сильнее раздражает меня одно слово.

"Средневековье."

Будто оно что-то объясняет. Если посмотреть внимательно, никакого единого Средневековья не существует, есть богатые города, есть бедные деревни, есть замки, которые не перестраивали двести лет, есть Харренхолл, который даже сейчас остается чудом инженерной мысли. Есть рыцари, едва умеющие расписаться. Есть мейстеры, способные провести сложную операцию, вправить вывих, удалить наконечник стрелы или собрать знания со всего континента.

Есть кузнецы, знающие металл лучше, чем любой ученый моего прошлого мира. И есть крестьяне, которые могут по запаху земли определить, стоит ли сеять в