Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Волкодлак, когда я уже взялся за ручку двери, ведущую в покои его слуги и дальше на выход. — Возвратитесь, гранд. Я отвечу на ваши вопросы, но уделю этому не больше пяти минут. Время, знаете ли, поджимает. Чем скорее я закончу здесь, тем скорее вернусь в столицу. Вы, должно быть, уже слышали, что меня ждёт новое кресло. Без преувеличения сказать, весьма почётное.

— Я не сомневаюсь, что вы очень скоро до этого дослужитесь.

Вернувшись на место, я сел в кресло и приготовился слушать. Дазромак занял своё, соединил кончики пальцев и, проследив, чтобы дверь плотно закрылась, начал говорить:

— Хотите знать, что означает СС? Я вам скажу. Смерть слабым. И всё. Этим всё сказано. Тот, кто выжил, таковым не является, значит, может быть полезен государству, а паразитов, с обеих сторон, прошу заметить, за время лояльности расплодилось в Илиодоре слишком много.

Он говорил с привычным самодовольством, но на этот раз в лице ликана не мелькнуло и тени былой угодливости или готовности всё понять, а значит, и простить. Передо мной сидел тот, кто впоследствии имел все шансы стать безжалостной машиной правосудия, карающей тех и этих, не разбирая обстоятельств.

— Чем же вам помешали девушки? Разве они не должны были служить государству после окончания Института? Тем более ламии?

— Гумонд, вы, правда, не понимаете? Во что превратились Пришлые из других миров? В утеху пресыщенных сынков Истинных? В домашних ручных зверьков. Способных только рожать себе подобных? Для чего был создан этот Институт?

Дазромак посмотрел на потолок, будто искал там ответ.

— Чтобы использовать способности Пришлых им и нам на благо. Чтобы ламии стояли на страже закона, саламандры проявляли себя в целительстве, гарпии — в суде. И так далее. А всё свелось к постельным утехам. Она может владеть огнём, а эта летать, как Дракон! Фу, мерзость!

Дазромак сплюнул на ковёр и встал. Ненадолго задержался у окна, а потом зашёл за спинку моего кресла.

— Мы забыли то, ради чего всё это было создано. Забыли о долге, о государстве. Кому-нибудь надо было поставить всё на свои места.

— Я думал, вы хотите почистить ряды Древних, — усмехнулся я не оборачиваясь. Страха перед дознавателем я не испытывал. Понятно, что он бы никогда не стал действовать в одиночку, он лишь винтик в машине, призванной вселить ужас в сердца тех, кто считал, что может спокойно заниматься своими делишками в обход прямых обязанностей.

— И это тоже. А заодно понять, как далеко они могут зайти и какое оружие нам противопоставить. Я уже говорил вам, что не всех преступников надо запирать в камеры, иногда они полезнее на свободе. Такие, как Стенсен, за обещание ректорской должности, расскажут, к примеру, массу полезного. Прикрывать мелкоту смысла нет, на её место тут же встанут другие, только уже не подконтрольные нам.

— Вам? Так сколько же вас? — спросил я, понимая, что не получу ответа. Но спросить был должен.

Дазромак медленно обошёл моё кресло и наклонился так, чтобы наши глаза находились на одном уровне.

— Пока недостаточно, но, будьте уверены, среди нас нет садистов, бессмысленно расходующих драгоценный Дар. Настала пора ужесточать меры, иначе нас может постигнуть судьба тех миров, из которых мы забираем девушек.

Волкодлак медленно распрямился и сел на место, заняв привычную позу расслабленного после хорошо выполненной работы служителя закона.

— Тот же амулет Пожиратель, к примеру. Мы теперь знаем, что он действует не на всех Пришлых. И что бороться с Магией Древних возможно даже в одиночку. Времена меняются, Гумонд, нельзя больше действовать террором, но и позволить себе терять позиции силы мы не можем. И не спрашивайте больше, если не хотите прервать свой полёт Дракона в самом начале.

Я встал и молча откланялся. Говорить больше было не о чем. Хотя я не мог удержаться от язвительной ремарки:

— Надеюсь, мы больше не увидимся.

— Кто знает, Гумонд, — донеслось мне вслед. — Держите вашу змею подальше от этой истории, и всё будет хорошо.

Я так и собирался делать. Рассказывать всю правду Регине не стоило, она бы не смирилась. Даже мне самому, Истинному, было сложно это сделать, и всё же иного выхода не оставалось. По крайней мере, пока.

* * *

Через пару недель я была уже полностью здорова и хотела приступить к занятиям, но тут меня вызвала гранда ректор и сообщила, что больше в Кломмхольме мне делать нечего.

— Не считайте, Регина, что это немилость. Совсем наоборот.

Мы сидели рядом на красном диване в её кабинете и пили чай, будто были подругами.

— Знаю, вы все жалеете об уходе Персилии, но не вечно же ей занимать столь почётное место, пора и отдохнуть.

Ректор произнесла это с еле сдерживаемой улыбкой, я видела, насколько Келисии приятна отставка давнего противника. Ведь больше никто не посмеет напоминать гранде о том, кто был ректором до неё.

— Ваше обучение окончено с весьма приличными рекомендациями, — тем временем продолжила гранда, обворожительно улыбаясь. — С учётом ваших успехов в недавнем деле, думаю, вас ждёт блестящее будущее. Пообещайте, что не закроете свой Дар в богатом особняке одного из Истинных.

Я пообещала, тем более, что это совпадало и с моим желанием.

— Как там ваша подруга? Слышала, вы с грандом Гумондом ездили её навестить?

Я кивнула и опустила глаза. Воспоминания болью отозвались в сердце.

— Плохо. Она скоро истает.

— Мне жаль. Правда.

В словах ректора звучало искренне сочувствие, и я была ей за это признательна. Все знают, что гарпии недолюбливают ламий.

— Могу я остаться в Кломмхольме ещё на неделю? — спросила я, посмотрев на Келисию в упор. — Мне надо собраться с мыслями и попрощаться кое с кем.

— Я понимаю, — мягко ответила она. — Прекрасно понимаю. Оставайтесь, здесь был ваш первый дом, никто не гонит отсюда Пришлых. Просто наступает время, когда надо выпорхнуть или выползти в большой мир.

Келисия выразительно подняла правую бровь и снова улыбнулась. По её отсутствующему взгляду я видела, насколько она далека мыслями от меня и моих проблем. Поэтому и не стала злоупотреблять оказанным вниманием и поспешила откланяться.

Мне хотелось попрощаться с теми немногими девушками, с которыми я общалась в Кломмхольме.

— Я буду скучать, — кинулась мне в объятия Виктория Крим.

— Недолго, слышала, что вы с тем кавалером из Волкодлаков хорошо поладили.

— Да, — опустив глаза и зардевшись, согласилась девушка. — Наверное, он сделает мне предложение. Боюсь, ты разочаруешься во мне, Регина. Когда услышишь, что я решила не продолжать обучение дольше одного курса.

— Нет, вовсе нет. У каждого своя дорога.

Виктория взяла с