Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

вёсла домой уносят. Зачем кому-то лодка без вёсел? Но паруса, как правило, оставляют в лодке. Кому они нужны, паруса? Да и таскать их взад-вперёд неудобно. Но здесь, в этой деревушке, паруса тоже убирают. И это не просто плохо, это ужасно. Без паруса нам далеко не уйти.

- И что это значит? – испуганно уточнил принц.

- Это значит, что воровство отменяется, – грустно сказала я, – Придётся не воровать. Придётся грабить…

- Как?! Опять?!

- Такова жизнь, – философски заметила я, – Или мы грабим, или мы сдохнем. Вы что предпочитаете, ваше высочество?..

Переодевались, передавая одежду из-за кустика. Немного брезгливо себя чувствовала, напяливая чужую одежду, пропахшую потом, ну, да, как говаривала моя бабушка: «Жизнь заставит с сопливым целоваться»! А потом принялись за главное. За маскировку. Какое счастье, что я не выбросила те две блондинистые косы! Как чувствовала, что пригодятся!

Сама я воплотилась в образ легко: спрятала под шляпой принца свои волосы, надвинув её лихо, чуть набекрень, да еле заметно подчернила себе под носом, с двух шагов ощущение, что первые усики пробиваются. Ну, а такие вещи, как мужской шаг, или презрительно сплюнуть под ноги – этому меня учить не надо. Это я знаю.

С принцем было чуть сложнее. Пришлось разодрать один мешочек и соорудить из него косынку. Под косынку тщательно спрятали принцевы волосы и просунули белые косы. И для пущей убедительности я нанесла принцу веснушки. Блондинки частно веснушчатые. Вот и я сорвала какую-то красную ягодку и её соком нанесла принцу россыпь веснушек. Тут важно не перестараться, и не схалтурить. Потому что веснушки, если они есть, то они и на руках, и на шее, и везде. Но они не теснятся друг на друге! Они чинно соседствуют рядом, и вовсе не ровными рядами. Короче! Тут нужен художественный талант. Вот я и старалась, высунув язык.

Тем временем, рыбаки уже расселись по своим шлюпкам, яликам и прочим вельботам, и отправились в море. Рыба, она ждать не будет, когда блокаду снимут! Нельзя на шхунах, значит можно на мелких посудинах! Кому, как не извечным рыбакам Гранации это понимать?.. Авось, морское братство сработает? Авось мелкие лодчонки не будут прогонять с рыбных мест? На берегу остался последний ботик, видимо, владелец заспался и опоздал выйти в море с товарищами. Пора!

Мы спускались к побережью, когда я заметила, что ботик уже не пуст. Владелец спешно снаряжал свою посудину. Я прибавила ходу. И всё равно не успела. Ботик качался уже метрах в двадцати от берега.

- Эй! – в отчаянии закричала я, – Эй, добрый человек! Помоги!!!

Надо сказать, моряки вообще отличаются чувством товарищества. Специфика жизни такая. Вот и этот, на ботике, не стал делать вид, что не слышит, а привстал, всматриваясь в сторону берега.

- Помоги!!! – снова закричала я, – Я заплачý!!

Не знаю, что перевесило, чувство долга или чувство жадности. Но ботик разверунлся и пошёл в сторону берега. Я жадно следила за ходом посудины. Ничего так! Ходко идёт!

- Чего у вас?! – прокричал мужик, метрах с десяти от берега.

- Не видишь?! – заорала я в ответ, – Сестрица моя приболела! Да так ей худо, что не доехать до доктора. Растрясёт по дороге. Ей бы что-нибудь помягче. Вроде твоего ботика. Помоги, добрый человек, отвези нас в ближайший город! А мы в долгу не останемся! Честную цену дадим!

Мужик внимательно рассматривал нас. Чего там смотреть? Вид у принца, наряженного в женское платье, был самый болезненный. И сидел он в седле криво, с трудом цепляясь за поводья. Да ещё и на бледном лице ярко алели «веснушки», создавая контраст. Сама я перед этим долго запихивала в себя листья дикого щавеля, пока не охрипла от кислоты. Теперь мой голос стал похож на голос охрипшего парня.

- Чего дадите? – прокричал мужик из лодки.

- Договоримся! – повеселела я, – Как есть, договоримся!

- Задёшево не повезу! – отрезал мужик.

- Задорого дадим! – пообещала я.

- Это сколь будет? – попробовал уточнить мужик. А его ботик уже почти ткнулся носом в берег.

Ты помоги, добрый человек, сестрицу в лодку перенести! А о деньгах договоримся! – вновь пообещала я.

- Так, сколь же? – мужик спрыгнул на берег, удерживая ботик за верёвку, тянущуюся с носа лодки.

Я тоже спрыгнула на песок. И пошла ему навстречу. Постепенно ускоряя шаг.

- Эй, эй! Ты чего? – забеспокоился мужик, когда я почти перешла на бег, – Ты чего удумал-то?!

Поздно! В длинном прыжке я ухватила мужика за шкирку и резко дёрнула. Мужик полетел вверх тормашками в воду. А я уже сидела сверху, поигрывая кинжалом.

- Рыська! Сестрица! – рявкнула я принцу, – Живо лезь на ботик! И сиди там, жди меня! А ты, добрый человек, слушай сюда!

Мужик замер, косясь на блестящее остриё, пляшущее возле его шеи.

- Ботик мы у тебя забираем! – продолжала я, – А взамен оставляем этих четырёх коней. Для тебя обмен выгодный! Здесь каждый конь стоит не меньше двух золотых! Ну, а если встретишь понимающего человека… Как раз, понимающий и больше даст! И три золотых даст, и больше. Только где ты понимающего в этой рыбацкой деревушке сыщешь? Но, если продашь коней меньше, чем по полтора золотых – дурак будешь! Четыре коня, значит, шесть золотых минимум. И до двенадцати золотых, а то и больше, если в город с конями пойдёшь. А сколь твой ботик стоит? Два золотых? Три?.. По любому, ты не в проигрыше остаёшься.

- Зачем мне кони? – впервые подал голос мужик, – А ботик, это мой кормилец!

- А у нас тоже положение безвыходное! – пояснила я, – Настолько безвыходное, что… и до смертоубийство дойти могло бы. Так что радуйся, что не только жив, но ещё и с прибылью. И ещё кое-что. Это гора с горой не сходится. А человек с человеком… Короче! Будешь языком трепать, я тебя по-любому сыщу! И ты горько пожалеешь. Вот, прямо, до слёз. А если рот свой будешь на замке держать… кто знает? Глядишь, и ещё горсть золотых заработаешь! Тебе лишняя горсть золотых не помешает? Ну, значит, помалкивай. И это… коней постарайся побыстрее продать. Ни к чему, если тебя твои товарищи с конями увидят. Вопросы, распросы… Усвоил? Ну, тогда прощай. Не поминай лихом!

И я вприпрыжку помчалась по мелководью. Эх, хорошо, что я в