Железнодорожница 3 - Вера Лондоковская

— Все, едем! — выпалил он с ходу. — Завтра целый день вам на сборы, а на восемь вечера у нас поезд до Бреста!

— Ура! — вне себя от радости запищала я, а Ритка подхватила. — Мы едем в Белоруссию! В Беловежскую пущу!

Наши гости тоже вышли из кухни в прихожую.

— Нифига, Беловежская пуща! — у Вадима глаза восторженно заблестели. — Повезло вам! А мы с Тонькой чо, одни на хозяйстве останемся?

— А вы едете с нами, — торжественно объявил Дима.

— Да ты что? — не поверил своим ушам Вадим. — А там что, санаторий какой-то? Где мы там остановимся?

— И какого плана эта поездка? — поинтересовалась Тонька. — Туристическая? Нет, я не смогу, мне завтра на работу в школу идти. Не до веселья.

— В общем, так, — принялся объяснять мой муж, — я еду сопровождать своего начальника на охоте. Альбина с Риткой — как члены моей семьи. А вы оба — в качестве обслуги. Будете кухонными работниками.

— Что-о? — одновременно воскликнули наши гости, явно задетые словом «обслуга».

— Да я почти что врач, только без высшего образования! — горделиво вздернула подбородок Тонька.

— А я шофер первого класса, — посмотрел на всех свысока Вадим.

— Нет, друзья, — возразил Дима, — пока что вы никто, уж извините. Одна занимается подделкой документов, по чужой трудовой подвизалась. Другой собрался в землекопы идти в свои-то годы. Поэтому никакой гарантии устроиться в Москве у вас нет. А я вам предлагаю прекрасную возможность показать себя перед руководством Генштаба. Проявите себя ответственными работниками, съездите в Беловежскую пущу, глядишь, возьмут на постоянку. А то еще и должности нормальные предложат.

— Между прочим, Дима знает, что говорит, — вставила я, оглядывая хмурые лица наших гостей, — покажете себя с хорошей стороны, тогда и закрепитесь в Москве. И другой такой возможности точно не будет.

— Но кухонными работниками? — Тонькино полное лицо оставалось вытянутым.

— А что, люди при кухне всегда хорошо жили, — вдруг озарило Вадима, — еще и возможность попасть на постоянку в такие сферы! Если что, я в армии был отличником боевой и политической подготовки! Понятие о службе имею. А может, меня еще и шофером оставят при Генштабе. Какого-нибудь генерала возить.

— А главное, мы поедем все вместе! — подпрыгнула от радости Ритка. — Вы знаете, если бы мне предложили сейчас на выбор — поехать в Артек с Самантой Смит или поехать с папой в Беловежскую пущу, — я бы выбрала Беловежскую пущу! Без всякого сомнения!

Глава 8

К вечеру, как нарочно, зарядил противный мелкий дождик. Особой прохлады он не принес. Так только, скрыл палящее солнце да заставил асфальт слегка потемнеть. В душе у меня вдруг тоже заиграли неприятные нотки, главная из которых была о том, что никто из нас не додумался захватить зонтик.

А тут еще в сутолоке метро, в толпе, мы неожиданно потеряли Вадима с Тонькой. И Ритка начала вертеть головой, выискивая их взглядом и не находя. А потом с разочарованием глядела на меня — уголки губ опущены, в глазах вот-вот появятся слезы. И так всю дорогу!

В один из таких моментов я даже отвернулась в тщетной попытке погасить раздражение. Но оно никуда не девалось, а уже начинало граничить с отчаянием.

Несносная девчонка! Что я только ни делала для нее! Кормила, поила, воспитывала. Все для нее. Пианино — пожалуйста, в Москву взять с собой — да ничего нет проще. А она ведет себя, как неблагодарная… Стоп, так нельзя про ребенка. Нет, но она действительно всем своим видом показывает, что не я ей нужна, не я интересна, не я обожаема. А этот чертов Вадим!

И создавалось уже такое впечатление, что со мной ей скучно. И она рвется всей душой куда-то туда — к папе, к чему-то возвышенному и прекрасному. Но надо же, мама зачем-то держит ее, несчастную, возле себя.

Зла не хватает!

В вестибюль Белорусского вокзала мы вошли в полном молчании — чуть не плачущая Ритка и я с тяжеленным чемоданом.

— Где же папа? — принялась оглядываться Ритка. — А если он потерялся?

— Пусть только попробует, — мрачно процедила я, — у него же наш второй чемодан.

Но время шло. Уже и Дима приехал.

— Неужели нельзя было хоть сегодня не ездить на службу? — посетовала я. — Уставший, голодный.

— Ничего, — улыбнулся он, — в поезде отдохну. Вадим помог тебе с чемоданами?

— Да, он взял тот, тяжелый. Но сам куда-то делся.

— Куда делся?

— Да знать бы еще, — с досадой выговорила я, — вроде вместе к метро шли, а потом они где-то в толпе затерялись.

— Найдутся, — Дима взглянул на свои командирские часы с зеленым циферблатом и красной звездой, — поезд через час отходит.

— Да ты что? — меня забила мелкая дрожь. — Значит, через полчаса уже посадка!

А если эти кретины все же не найдутся? Ключей от квартиры у них нет. Вот и где они будут скитаться, да еще и с моим чемоданом и всем его содержимым? Пойдут в школьную каморку площадью шесть квадратов? Честно говоря, плевать мне, как они там будут размещаться. Главное, чтобы мой чемодан не потеряли. Или не украл кто-нибудь.

— И Хомочки нет рядом, — горестно вздохнула Ритка, — а я уже так скучаю!

— Не переживай, за ней Нина присмотрит.

Да, хорошо, что соседка согласилась взять к себе хомячку на время нашей поездки. Она человек ответственный, вон, даже в блокнот старательно записала, чем кормить малышку и как часто убираться в клетке. Правда, Ритка поначалу хотела взять свою любимицу с нами. Мол, ничего страшного, грызуны ездят в поездах. Но мне удалось всех убедить, что животные во время дороги все же испытывают стресс, и мы обратились за помощью к Нине.

Ой, а если у Вадима с Тонькой хватит ума припереться к Нине и попроситься к ней на постой? Судя по их наглому поведению, такое вполне может случиться. Хотя нет, Тонька этого не допустит из ревности.

— Начинается посадка на скорый поезд Москва — Брест, — послышался голос громкоговорителя, а наших гостей все еще не было.

Даже Дима взглянул на меня озадаченно: