Изгои Рая - Сергей Юрьевич Михайлов

– Это он хочет встретиться?

– Да, да. Это он, – быстро подтвердил Рангун. – Караги договаривался о нем.

Похоже, это сообщение обрадовало юнцов. Они встретили слова проводника восторженным ревом. И тут я начал понимать, что происходит. Я разобрал, о чем они кричат. Так вот почему меня предупреждал Караги. Похоже, он знал. Я разозлился: почему он не мог сказать это прямо? Оказывается, эти юнцы помнят меня. Что я творил во время той битвы, когда мы с Правительницей восстанавливали «конституционный порядок». Наверное, я неплохо проредил их воинство. И теперь понятно, почему они радуются – их враг сам пришел к ним в лапы. Я уже прикидывал, как вырвать меч у ближайшего бледно-зеленого, когда тот же Рангун остановил веселье:

– Надо отвести его к Ларги. Пусть увидит, кто хотел встретиться. Тоже обрадуется.

 По мордам остальных Рангунов я понял, что они хотели бы не откладывать месть, а порвать меня прямо тут, но никто не возразил. Похоже, зачатки дисциплины у них были.

Моего спутника отправили обратно, а я под присмотром троих Рангунов пошел в лагерь. Одного юнца отправили вперед – предупредить. Он сразу умчался. Когда мы подошли к палаткам, я удивился еще раз. И даже больше, чем когда увидел пост. Лагерь был окружен рвом! Что-то подобное я видел в учебнике истории, про средневековье. Я даже на время забыл об опасности. Ничего себе юнцы! Откуда у них такие знания? Или сами додумались? Но не это было главное. Даже при наличии знаний, неорганизованная толпа не принесет пользы. Нужна организация, дисциплина. Ничего подобного я не ожидал. Ни один Рангун ни разу не заикался, что у бледно-зеленых возможно такое. Теперь понятно, как они смогли захватить Площадку. Хорошо, сейчас Правительница смогла одержать верх, но что будет в следующий раз? Ей нужно держать тут целый гарнизон или разгромить молодых, пока не поздно. Или то, что придумал я – договариваться. Но теперь я уже не знал, получится ли у меня. Я рассчитывал на туповатого атамана, который ухватится за предложение перейти под руку Правительницы.

Может мне все-таки лучше сделать ноги, пока еще есть возможность? Ведь я уже не Высший. Умру навсегда. С четырьмя бледно-зелеными я справлюсь даже без помощи финки. Похоже, затея провалилась. Ничего, бывает. Я решился и начал воплощать задуманное. Запнулся и картинно повалился на идущего впереди Рангуна. Выхватить у него меч – дело одной секунды. Я толкнул бледно-зеленого на другого спутника, так что оба они завалились на землю. Меч же оказался у меня в руках. Все-таки силенок у них маловато, я мог сломать шею любому из юнцов. Я замахнулся, только для того, чтобы испугать последнего. Ввязываться в драку я не планировал. Если из лагеря сейчас набежит толпа, то я не справлюсь. Поэтому надеялся я только на ноги. И не сильно переживал, я уже знал, что бегаю лучше любого Рангуна. Во всяком случае, ни на Птанели, ни здесь никто ни разу меня не обогнал. А добежать мне надо было только до основного поселения, там молодые Рангуны мне уже не страшны.

Я так и сбежал бы, не выполнив то, что задумал. Но судьба сегодня играла против меня. С той стороны, куда я хотел бежать, от Площадки к лагерю двигалась толпа Рангунов. Все бледно-зеленые. На взгляд примерно пятнадцать-двадцать рептилий. Откуда их принесло? Я выругался. Пробиться сквозь такую массовку даже я не смогу. Я оглянулся: если не везет, то не везет по полной. От лагеря тоже шли несколько Рангунов. Хотя там их меньше, но не побегу же я в сторону лагеря, в западню. Черт! Почему я не учел такое: что меня запомнили и хотят отомстить. Про подобный вариант я даже не думал.

Драться или нет? Я подумал и опустил меч. Умереть я всегда успею, надо попробовать поработать языком и заняться тем, зачем я сюда шел.

Уже через двадцать минут я понял, что зря отдал меч. Надо было пробиваться. Все оказалось почти так, как я думал: бледно-зеленое стадо, но у этого стада есть хороший пастух. Вожак оказался настоящим командиром – властным и нетерпящим неподчинения. Хотя он такой же молодой, как и остальные, – чешуйки бледно-зеленые, едва начавшие темнеть, – но даже на вид он выглядел намного мощнее сородичей. Выше, шире в плечах, с необычно длинными мускулистыми лапами. Его зычный рев перекрывал даже голосившую толпу, требующую моей смерти. И его слушались. Единственное, чем он не вписывался в мою картину, – этот здоровенный Рангун, был явно глуп. Я понял это уже через пару минут общения.

Он с таким же восторгом, как и остальные, принял мое появление. Увидев меня, он расхохотался и победно вскинул лапу.

– Ты умрешь! – весело пообещал он. – Я сам изрублю тебя на куски.

– Нам надо поговорить, – попробовал вставить я, но никто не собирался меня слушать. Я опять выругался в адрес Кораги; вот подставил так подставил. И тут же мелькнула мысль, что он сделал это специально. Боялся, что я буду мстить за Брена, а тут возможность убрать меня и остаться в стороне. Правительница же ничего об этом не знает. Тем более он предупреждал.

Однако все эти мысли мне никак не помогали, надо было пытаться достучаться до этого верзилы.

– Ларги, послушай! – снова попытался я перекричать толпу. – Давай поговорим! Я предлагаю выгодную сделку.

Глава 9

 В этот раз Рангун отреагировал. Но совсем не так, как я ожидал. Он замолчал, посмотрел на меня и вдруг снова захохотал:

– Как ты назвал меня? Ларги?

Он повернулся к своим:

– Эй! Послушайте! Этот дурак считает, что я Ларги!

Он опять вернулся ко мне.

– Так вот в чем дело. Значит, это Ларги договаривалась о встрече с тобой. Ну и хитрая. Надо же так придумать, чтобы вытянуть тебя сюда.

Он снова довольно засмеялся. Однако остальные повели себя по-другому: как только прозвучало имя, они перестали веселиться. Постепенно все радостные выкрики смолкли. Юнцы растерянно переглядывались, но никто не говорил ни слова. Что происходит? В чем дело? Я же сам слышал, как на посту называли это имя, когда отправляли посыльного. Здесь есть кто-то главнее?

– Меня зовут Брамба! – выкрикнул главарь. – И ни о чем мы говорить не будем! Ты умрешь!

– Мы будем говорить.

Я не видел, кто это сказал. Голос прозвучал у меня за спиной. И он звучал совсем не по-командирски. Тонкий голос молодой самки. Я завернул голову. От палатки шел тот самый худой Рангун, которого я чуть не убил