Чертов менталист 4 - Тин Тиныч

что Леван просто умный человек, который умеет складывать два и два и получать в ответ четыре, а не три или пять. Он ровно так же, как и ты, не знает, что именно и как я сделал. Но до моего приезда ему было плохо, а как я появился — стало хорошо. И логическую цепочку «жена позвала пасынка, чтобы мне помочь, и это сработало» он выстроил. Так чего тебя удивляет?

— То есть, с той стороны для всех всё было очевидно. И даже Эраст был в курсе! И только ты мне ничего не сказал об этом! — Милана пылала праведным гневом.

— И не скажу, — я привстал, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Потому что я на нелегальном положении фактически нахожусь. У меня есть свои тайны. Даже от близких людей. В первую очередь от близких людей, учитывая то, как быстро обо мне распространяется лишняя информация. И это во многом является гарантией того, что моих близких не потащат на допрос. А если даже такое и случится, то быстро отпустят, потому что они реально ничего не знают. А теперь объясни мне, с чего вдруг такое повышенное внимание к моим способностям? И давай отзеркалим. Я у тебя хоть раз выпытывал тонкости, касающиеся твоих магических способностей? Например, почему у тебя получаются такие эффективные и пробивные точечные атаки, или почему твой уровень плавает и так сильно зависит от дней твоего цикла?

Сонцова смутилась, явно хотела что-то возразить, но подходящих слов все никак не могла найти, поэтому я продолжил.

— Давай уважать друг друга и оставлять нам хоть немного места для личных тайн. Безотносительно причин, из-за чего эти тайны появились. И хватит уже наезжать на меня по поводу и без. Не копируй своего отца, тебе это не идет совершенно. Да и я в твою матушку не превращусь ни за что и никогда. Либо у нас взаимное уважение, либо давай разбегаться.

— Значит, для тебя ничего не значит то, что между нами было? — в голосе Миланы послышались будущие слезы, готовые сорваться с ресниц при первой же возможности.

— Это значит, что либо мы строим наши отношения на взаимном уважении, либо понимаем, что ужиться не сможем, а значит, надо расходиться. Решать тебе.

Сонцова уже была готова вспылить, вскочить и убежать, но тут я сделал ровно то, чего ей на самом деле хотелось: крепко обнял её и погладил по голове. За что и поплатился, поскольку рыдать она начала мне в плечо, мигом разведя там несусветную сырость. Вот и к чему, спрашивается, всё это было, когда можно просто лечь и обнять друг друга?

Разумеется, в итоге спал мало, а на занятия мы едва не опоздали. Ну а дальше понесся очередной суматошный день. Я успел договориться с Мещерским о завтрашней встрече, после чего, как мы и условились, удалил переписку. Днем сначала потренировался на улице, воспользовавшись внезапным коротким потеплением до нуля, а по возвращении все же прилег на часок, поставив будильник. Ну а вечером мы с Миланой отправились на занятия к Ярославу.

— Значит, разработанную нами тактику ты собираешься приберечь для турнира, а в отборочных действовать по стандартной схеме? — уточнил Кнопка. — Понимаю твои мотивы, но не кажется ли тебе это слишком рискованно?

— Я солидарна с Ярославом, — тут же подтвердила Сонцова. — В первом случае у нас хотя бы был шанс, а так…

— Если мы будем сражаться с Вернидубом и Андреем так, как изначально задумали, наша тактика станет известна всем еще до начала турнира, и мы потеряем свое конкурентное преимущество, — терпеливо объяснил я. — И кстати, мне кто-нибудь может объяснить, почему такой упор в отборочных соревнованиях делается на боевую магию, когда в основном турнире придется еще и проект по бытовой магии представлять?

— Кстати, да, — озадачилась Милана. — Раньше в турнире вообще ни слова не говорилось про бытовую магию. Были иллюзии, завязанные на магии воздуха. Подъем и удержание тяжестей на время. Поражение движущихся мишеней. Ну и давали дополнительные баллы за две показательные программы на выбор, как раз боевки или же воздушные танцы.

— Начнем с того, что, насколько я в курсе, кроме даты проведения турнира больше никаких сведений из министерства образования не поступало, иначе бы Агнесса Игнатьевна нам всем о том сообщила, — заметил Ярослав.

— Она сказала, что обязательно будут бытовая и боевая магия, а также произвольная программа по желанию участников за дополнительные баллы, — уточнил я.

— Судя по всему, наверху решили радикально пересмотреть подход к турниру в сторону большей практической пользы, — выдал свой вердикт Кнопка. — Бытовая магия — это основа, база, если хотите: та сфера, в которой придется трудиться многим выпускникам минимум пять лет, а то и дольше. Ну а боевая магия может спасти человеку жизнь вне зависимости от рода его занятий.

— Следовательно, — подвел я итоговую черту, — нет вообще никакой гарантии, что в отборочных соревнованиях мы будем сражаться, а не выяснять, кто из нас более крутой бытовой маг. Но подстраховаться стоит, и поэтому я, беззастенчиво пользуясь знакомством с Ярославом, хотел бы предложить поменять расстановку на факультативе.

— Мне уже не нравится, как это звучит, — поморщился тренер. — Я принципиально не хочу никому давать каких бы то ни было привилегий. И мне кажется, ты должен был это понять еще очень давно. Для меня все ученики равны.

— Так и не надо ничего давать, речь вообще не об этом, — хмыкнул я. — Всё, о чем я прошу, поставить сначала меня в пару с Вернидубом, а Милану в пару с Андреем, а затем поменять, чтобы она проверила Тропинина на прочность, ну а Капитонов после полученных люлей отвел на мне душу и радостно убедился, что он мне пока не по зубам.

— Это-то я могу сделать запросто, но зачем? — озадачился Ярослав и посмотрел на меня, как на какую-то диковинку.

— Да, объясни! — потребовала Сонцова. — Они же оба тебя уделают одной левой, и на этом всё закончится. Особенно с учетом того, что ты перешел на эту вдумчивую систему и поэтому отчаянно тормозишь!

Тренер хмыкнул, видимо, только что сообразив, по какой причине в прошлый я раз я демонстрировал столь неторопливый стиль боя.

— Мне нужно узнать их стиль, только и всего. Не со стороны посмотреть, а изнутри.