Чертов менталист 4 - Тин Тиныч

Полицию вызывать не стали. Ну как же, такой позор: не абы кто сцепился из левых гостей, а студент с лектором, да еще и на территории кабака, негласно закрепленного за преподавателями. Чем там дальше дело закончилось, я так и не выяснил. Филин, сочтя, что спектакль окончен, а все мыслимые аплодисменты актеры за свою игру уже сорвали, не счел нужным отслеживать их судьбу.

«Ну, папаша, не скупись на комплименты! — подначивал меня конструкт. — И ведь заметь: они реально сами! Вот прямо без единой посторонней закладки в мыслях. Я всего лишь выбирал то, о чем они сами думали, да подтягивал повыше. Как тебе моя работа?»

«Ты у меня мастер-ювелир, — похвалил я Филина. — Пожалуй, даже я бы не смог сделать лучше!»

«Вот, цени! — конструкт так и лучился самодовольством. — А теперь я бы хотел смотаться по своим делам. Думаю, я заслужил несколько часов отгула за свои труды?»

«Лети! — разрешил я. — Но, если вдруг позову, сам знаешь: быть на месте как штык».

«Примчусь в мгновение ока! Папаша, ты самый лучший!»

После этого наш диалог закончился, и конструкт свалил. Куда — не представляю, хотя мысли есть. Впрочем, сегодня Филин действительно проделал такой финт, за который его стоило наградить, потому что Капитанов выбешивал меня до зубовного скрежета, а Харитонову я не мог забыть его попытки любой ценой завалить меня на экзамене по истории развития магии. Отелло с мозгами набекрень, тьфу!

После этого я уже совершенно в ином настроении позволил себе слегка пошалить. Как там мать Миланы зовут? Серафима Ивановна. Делаем заказ в «Пижонах», но на сей раз указываем адрес родительской квартиры. И просим добавить открытку к фирменному набору пирожных со следующим текстом: «Несравненной Серафиме Ивановне от будущего зятя Валерьяна с добрыми пожеланиями».

Если не случится каких-то досадных транспортных накладок, и Серафима получит мой маленький презент, у меня, вполне вероятно, появится союзник с той стороны.

А теперь, пожалуй, отправлюсь-ка в «Сморчок». С учетом таблеток от головной боли, попрошу Александра смешать мне что-нибудь безалкогольное. Да и домашние запасы коктейлей стоило бы пополнить. Ну и заодно верну ему скопившиеся у меня трехлитровые банки, а то Сонцова уже на днях шутить изволила, что я ей напоминаю дедулю, который готовится к засолке огурцов и весь год собирает для этого требуемый инвентарь. Не-не, быть дедулей не согласен: здоровья мало, скрипа в суставах много!

На следующий день я встал довольно рано, потренировался, затем навел порядок в комнате. И снова приступил к тренировкам, на этот раз магическим. Мудрить не стал: продолжал вдумчиво отрабатывать всё ту же проблемную связку для постановки щитов. Заодно засек время. Когда голова начала побаливать уже ощутимо, экзекуцию прекратил и бросил взгляд на часы. Ого, целых три часа подряд продержался! Видимо потому, что работал в своем темпе, а не спешил, как на факультативе, чуя, как Милана прожигает меня взглядом за нерасторопность.

Словно почувствовав, что я о ней думаю, Сонцова распахнула дверь.

— Опять ты со своими шуточками! — фыркнула она с порога.

— Здравствуй, любимая, я тоже очень рад тебя видеть, как прошла твоя встреча с родителями? — словно не замечая наезда, спокойно отреагировал я на её появление.

— Ты хоть знаешь, что мама себе пирожных покупать не позволяла уже несколько лет?

— Неужели отдала коробку мужчинам на растерзание?

— Нет! И даже мне ни одной пироженки оттуда не выделила! Сказала, что это её и только её подарок. Еще и припомнила, что ей ничего не оставили от той еды, что в прошлый раз с собой забрали. В общем, родители поругались. Не совсем уж в хлам, до развода не дошло, но…

— Еще скажи, что я в этом виноват, — я возмущенно посмотрел на Милану.

— А кто еще? — не сдавалась моя бунтарка. — Кто вообще додумался до этого сладкого подарка-подкупа? И не гляди на меня с укором, я уже тебя неплохо изучила. Ты ничего не делаешь просто так, у тебя везде какой-то свой расчет имеется.

— Сонцова, прекрати повышать на меня голос, сядь и не позорься. Ты понимаешь, что сию минуту расписалась в том, что на мать тебе плевать? Что тебе мешало самой купить и подарить ей эти грешные пирожные? Мама у вас в семье вечной терпилой выступает. На что угодно могу спорить: всё это время она говорила, что ей мучное и жирное вредно. А на самом деле экономила семейный бюджет, чтобы твой отец мог себе позволить всё, что пожелает. И не ругался на неё за то, что она тратит деньги на себя. Сама-то хоть понимаешь, как это со стороны выглядит? И вот ей кой веки раз подарили то, чего ей действительно хочется, так семья еще пытается обвинить её в том, что не поделилась! Хотя сами с ней делиться вкусным тоже не спешили.

Милана открыла рот. Затем закрыла и, наконец-то, плюхнулась на кровать.

— Ты… прав, наверное. Но мне было так обидно, что она мне оттуда вот из принципа ни кусочка не дала. Никогда раньше такого не было.

— Видимо, её очень обидело то, как обошлись с ней Эдуард и Павел. Вот она и решила побыть в семье хоть немножко эгоисткой. Если бы поделилась вкусняшкой с тобой, ей бы пришлось объяснять, почему тебе можно, а им нельзя. А так: подарок её, ей и думать, как им распоряжаться. Опять же, тебе что, так сладкого захотелось? Ну давай я сейчас заказ сделаю, или сами ногами пройдемся и посидим в кабинете. Из-за чего весь сыр-бор?

— Из-за того, что ты подписал открытку как будущий зять, — Сонцова уже утихомирилась, но всё еще не могла простить мне косвенного покушения на её свободу.

— Разве там было хоть слово неправды? — подколол я девушку. — И кстати, вот сейчас можем заняться проектом для турнира по бытовой магии. Я морально созрел.

— А я нет! — из чистой вредности продолжила капризничать Милана. — И да, кстати: пока шла сюда, видела Андрея. Он с вещами топал в нашу общагу.

— Интересно, куда его Евстигней определил?

— Вроде как на третий этаж. Что-то я такое краем уха слышала, когда мимо них проходила.

— Главное, что не к нам под бок, потому что я в какой-то момент могу и