Чертов менталист 4 - Тин Тиныч

— Тебе так не дает покоя тот факт, что он гораздо сильнее тебя как маг воздуха?

— Слушай, вот скажи как на духу: я против твоего однокурсника Вернидуба что-нибудь злоумышляю?

— Вроде нет. А что?

— Верно. Он для меня абсолютно нейтральная фигура, даже несмотря на то, что может составить нам конкуренцию в турнире. И как маг-воздушник он тоже совершенно точно опытнее меня. Так в чем разница между Тропининым и Капитоновым? А я тебе отвечу: один ведет себя как цивилизованный человек, а второй вчера «Гаудеамус» разнес.

— Да ладно! Откуда сведения? Ты там был, что ли?

— Нет, от очевидцев слышал, — отмахнулся я, про себя отметив, что это косяк с моей стороны, стоило бы получше продумать ответ на этот вопрос.

И тут в дверь постучали. Я привычно напрягся, решив потренироваться и не дергать лишний раз Филина, чтобы понять, кто же там стоит. О, вот этому человеку я всегда рад!

— Привет, дружище! — поприветствовал я Эраста. — Как дела?

— Собирайтесь! Папа зовет нас всех на отвальную. Они завтра всем табором уезжают обратно, а сегодня хотят посидеть на дорожку тесным семейным кругом.

— Это просто замечательно! Дресс-код, как я понимаю, кэжуал?

— Он самый. Я уже, собственно, готов. Отец велел вас везти, уговаривать, если придется — тащить на аркане. Так что давайте сэкономим себе массу сил и нервов и просто примем его приглашение. Машина за нами уже отправлена, поедем с комфортом.

Надо же, как удивительно. И моя строптивица смолчала! Хотя она, в отличие от нас, к тому самому семейному кругу князя имеет очень далекое отношение, исключительно как моя будущая жена. Но тут прямо ни единого возражения не поступило.

Собрались мы оперативно, минут за десять. Уже когда выходили, случайно столкнулись с Андреем, который, похоже, шёл за покупками. При виде нас он попытался принять независимый вид и поприветствовал нашу компанию:

— Привет неудачникам!

— А это что за юноша дерзкий со взором горящим? — удивленно поинтересовался у меня Миндель. — Вроде я у вас до этого таких не наблюдал.

— А это, представь себе, мой новый однокурсник, маг воздуха Андрей Демидович Капитонов, — просветил я приятеля.

— Подожди, это не тот ли, который вчера на пару с Харитоновым Gaudeamus разнес? — уточнил Эраст. — Весь преподавательский корпус об этом гудит уже вторые сутки.

— Он самый! — припечатала Сонцова с видом знающего человека, хотя про разборку услышала только от меня.

— Кстати, — обратился я к Андрею, который на глазах терял свои позиции. — Настоятельно рекомендую извиниться, поскольку Эраст Карлович — преподаватель Академии. Две жалобы от лекторов ты уже поймал, как я понимаю. Третья жалоба, и ты больше не с нами. Предупреждаю сразу, чтобы потом не было гнилых обвинений в том, что тебя подставили.

— Простите, Эраст Карлович, я случайно вас так назвал, вообще ничего против вас не имею, — тут же среагировал Капитонов, после чего быстро-быстро выскочил вперед нас на улицу, а там припустил так, что только пятки сверкали.

— И вот на этого напарника ты была готова согласиться ради выступления в турнире? — не удержался я от того, чтобы не подколоть Сонцову.

— Поначалу он производил куда более благоприятное впечатление, — гордо выставила она вперед подбородок.

Это маленькое происшествие развеселило меня, а уж когда Эраст принялся рассказывать нам подробности вчерашней драки, пересказанные ему кем-то из тех, кто успел убраться за барную стойку, настроение и вовсе стало максимально чудесным. Могу я ведь хоть иногда почувствовать себя юным, свободным и счастливым в моменте?

Асатиани не поскупился прислать за нами машину представительского класса, куда мы втроем и загрузились, не переставая болтать и обмениваться новостями. Миндель похвалился, что смог-таки выстроить расписание так, чтобы посещать занятия в медицинском институте без вреда для основной работы. Работу кафедры в первом приближении тоже наладил, хотя там есть еще, куда руки приложить. Про турнир тоже поболтали и за разговором не заметили, как прибыли на место. Встречал нас лично князь.

— Здравствуй, мой спаситель! — шагнул ко мне Леван и заключил в богатырские объятья, а я прямо спинным мозгом почувствовал, как в голове Миланы появляются новые вопросы ко мне…

Глава 8

— Ты мне так и не ответил. И не делай вид, будто ты спишь, — ткнула меня кулачком в плечо Милана.

— Если кто-то забыл, нам завтра на учебу, — попытался отбояриться я, но вышло так себе.

— У меня такое чувство, будто кто-то водит меня за нос. И чем дальше, тем сильнее это оно становится.

Я понял, что от меня просто так не отстанут, сел в кровати и подоткнул себе под спину подушку.

— И что ты хочешь услышать? — устало осведомился я у Сонцовой.

— Ты же ничего не сделала тогда, когда Глафира вызвала тебя к ним. Вообще от нас не отходил и сказал, что князь выздоровеет сам.

— Не так. Я выразил мысль, что порой люди выздоравливают так же внезапно, как заболели.

— Однако тебя весь вечер благодарили за помощь, а ты не сильно-то и возражал, поэтому не отвертишься. Колись, что ты сделал. Это всё твои менталистские штучки, да?

Я поймал запястье Миланы и сжал. Достаточно сильно для того, чтобы она осеклась, но не настолько, чтобы у неё остались синяки от моих пальцев.

— Запомни: всякий раз, когда ты произносишь что-то подобное, ты рискуешь моей свободой и жизнью. Достаточно и того, что ты вообще узнала эту тайну благодаря тому, что у некоторых людей из моего ближнего окружения язык за зубами не держится. Если брякнешь что-то подобное в Академии, крепко подставишь меня.

— Но мы-то здесь одни! — возмущенно вырвала руку Милана. — Или еще скажи, что здесь установлены скрытые видеокамеры, микрофоны, не знаю там что ещё, и поэтому я должна молчать о том, чего я не понимаю, даже лежа рядом с тобой в одной постели!

— Мы ведь не раз уже говорили на эту тему. И если я о каких-то вещах умалчиваю, то исключительно потому, что знание о них может принести мне вред.

— Но ведь Асатиани тебя благодарил, значит, знал за что. Так почему я должна чувствовать себя дурой из-за того, что ты что-то там сделал, о чем все остальные в курсе?

— Начнем с того,