Глэйд вечный, Глэйд бесконечный - Джеймс Дашнер

– Нет, спасибо! Подожду, пока не доберемся до Виллы.

Все желания, бушевавшие в душе Александры, вращались вокруг Виллы. Там было спасение от войны. Там создадут средство для Исцеления. Тамошние ученые прекрасно знают, что делать с Садиной и всеми островитянами, наделенными иммунитетом. Как говорил Николас, все здесь займет свое надлежащее место. Какая жалость, что он этого не увидит!

Корабль отошел от берега, и Александра с отвращением посмотрела на поросший лесом берег. Нет, Николас и Михаил не поверили бы в эволюцию, даже если бы увидели ее плоды.

Николас верил в то, что мертвецы способны видеть.

Но сам он, даже когда был жив, не видел то, что видела она, Александра. Николас влезал в мысли людей, чтобы манипулировать ими. Но вряд ли он представлял себе Эволюцию во всей ее прекрасной полноте и сложности. Единственное, что он умел – контролировать других. Пилигримами манипулировать легко, если знаешь, за какую веревочку потянуть. У кого-то слабым местом было сердце, у кого-то – кошелек (для таких важнее всего материальное вознаграждение). Что касается остальных, то их можно подчинить себе лишь силой власти. Встречались и такие, к кому нужно было применить все три формы влияния. Это – самый трудный случай. Именно так Александра поступит с Минхо. Ей нужно узнать как можно больше о Золотой Комнате Скорби и Великом Магистре. И она потянет за все ниточки, чтобы вытащить из Минхо все, что ей нужно.

Сложив якорную цепь в бухту, Рокси вытерла руки.

– Что это за нация, к которой ты принадлежишь? – спросила ее Александра.

– О, я не из Остатков Нации, – отозвалась та. – А эти двое оттуда – Минхо и Оранж.

И она показала на Сирот-солдат.

– Не думаю, что я достаточно сильна для того, чтобы там жить, – добавила Рокси и издала сочувственный смешок, так напоминающий смех Пилигрима.

– Уверена, что ты бы справилась, – ухмыльнулась Оранж, бросив в сторону Рокси флягу с водой.

Та ловко ее поймала.

– Видишь! – оценила ее хватку Оранж. – Естественные рефлексы никуда не спрячешь!

– Вряд ли я смогла бы убивать, – пожала плечами Рокси.

Когда-то Александра и про себя думала то же самое. Но теперь она готова была убить кого угодно за чашку горячего чая. Возможно даже, и холодного.

– Кто-то должен умирать, чтобы жили другие, – сказала она громко. Все прорывы, совершенные человечеством с начала времен, требовали людских жертв – с тем, чтобы процветала вся популяция. Так устроен мир: чтобы что-то получить, нужно что-то отдать.

Но у Божества нет времени для сентиментальных глупостей.

Александра должна быть жестокой и беспощадной.

3. Айзек

– Что? Вы уничтожили ПОРОК?! – воскликнула Джеки. – Но зачем? Все это время нас уверяли, что ПОРОК делает только добро! Или мы все неправильно понимали?

Она вопросительно посмотрела на Фрайпана.

Тот хмыкнул, давая понять, что и сам толком не знает ответа на столь сложный вопрос.

Химена вновь присела к костру, не глядя на Айзека. Вместо этого она смотрела на окружавшие поляну кусты с таким видом, будто при очередном упоминании слова ПОРОК готова была броситься наутек. Когда Айзек жил на острове, он ни разу не участвовал в заседаниях Сената, но даже он был знаком с общим мнением: ПОРОК – это то, что позволило им всем выжить.

Но Сиан настаивал на своем:

– ПОРОК – это зло. Само слово порок означает что-то плохое. Посмотрите в любом словаре.

Он рассмеялся, глядя на Джеки сквозь пламя костра.

– Как только люди могут верить в то, что порок – это хорошо? – сказал он. – ПОРОК есть зло!

Айзек чувствовал себя последним идиотом. ПОРОК уже не считается чем-то хорошим? Он посмотрел на Фрайпана, который бросал рыбные кости в огонь костра.

– ПОРОК есть добро, – сказал он. – Он спас твоих предков.

Огонь, поглотивший кости, вспыхнул, и Старина Фрайпан вновь повторил то, что только что сказал – с той же интонацией, с которой старейшины Острова Наделенных Иммунитетом произносили эту фразу во время праздничных застолий.

– В ПОРОКЕ не было ничего плохого, как мне кажется, – продолжил он. – Хотя по молодости мы так и не думали. Но они делали то, что должны были делать.

Эррос и Сиан смотрели друг на друга расширившимися глазами – так Доминик имитировал крайнюю степень удивления, когда его навещала отрыжка.

Айзек терпеть не мог неопределенности, особенно если это затрагивало то, во что он привык верить.

– ПОРОК спас человечество. Они создали убежище для Фрайпана и других первых Глэйдеров. А все плохое, чему они были причиной, было связано с тем, что они никак не могли найти лекарства для последствий Вспышки.

– Вот как? – произнес Сиан, вдруг посерьезнев.

– Думаешь, это правда? – спросил его Эррос.

– Что? – воскликнула Джеки, готовая наброситься на Сиана.

– Послушайте! Если вы действительно Глэйдер…

Эррос покачал головой – словно они с братом совещались одним им ведомым способом.

Сиан кивнул.

– Конечно, Глэйдер! – сказал Айзек. – Настоящий.

К чему они клонят?

Он посмотрел на Химену, но та по-прежнему не сводила глаз с колючих кустов, окружающих поляну.

Сиан глубоко вздохнул.

– Самая большая ложь, которую создали люди, работавшие на ПОРОК, состояла в том, что ПОРОК несет только добро, – сказал он. – Вторая большая ложь – в том, что якобы Ава Пейдж жертвует малым количеством жизней, чтобы спасти тысячи и сотни тысяч.

Сиан всплеснул руками.

– Посмотрите! Вы много видите здесь людей? Поблизости нет даже полушизов. ПОРОК не собирался спасать человеческие жизни.

– Никогда! – подтвердил слова брата Эррос.

– Но они пытались! – выпалил Айзек.

Учителя на западной оконечности острова, которые защищали ПОРОК, были, вероятно, более умелыми и настойчивыми.

– У них просто не получилось, – продолжил он. – Не все всегда получается.

Джеки, повторив жест Сиана, подхватила:

– По крайней мере, они отправили в безопасное место тех, кто был наделен иммунитетом, с тем, чтобы наши предки могли заново построить… А мы прибыли сюда, чтобы помочь Божеству создать средство для Исцеления.

Айзек не мог понять, какое слово заставило Эрроса усмехнуться – Божество или Исцеление.

Может быть, и то и другое.

– Вы, ребята, сошли с ума, – сказал Айзек.

– Я же говорила тебе! Божество – это нелепость, шутка, – сказала Химена, покачав головой и взглянув на Айзека. – Теперь-то ты мне веришь?

Лунный свет, лившийся сверху, упал на лицо Химены, и по его выражению стало очевидно, что девушка полностью лишена веры. Веры во все.

– Договаривайте, раз уж начали! – воскликнула Химена. Она крутила на запястье браслет, который Триш сплела для нее перед тем, как большая часть их группы отправилась на Аляску.

Старина Фрайпан встал, опираясь на