Прекрасная звезда - Юкио Мисима

от отца той ночью, поэтому больше не могла скрывать беспокойство в предчувствии возможной печали и разочарования. Она без помощи Такэмии вскарабкалась по крутому склону, поднимавшемуся от дороги. Тому ничего не оставалось, как последовать за ней.

В холме, на который они поднялись, не было ничего особенного. Здесь немало потрудились лесозаготовители: повсюду лежали срубленные и еще не убранные деревья, походившие на скелеты гигантских животных, которые тянули свои лапы-ветви над зеленью. Такэмия стоял со скучающим видом, сунув руки в карманы пальто.

Акико почувствовала, что поэтическое умиротворение, в которое она погружалась при виде леса, это обман, иллюзия. В таких случаях нужны романтические стихи, космическая поэзия бессильна. Воробьи в верхушках деревьев, оглашавшие окрестности громким чириканьем, внезапно замолчали, и пустынная роща засохших деревьев превратилась в картину, лишенную всякого смысла. Акико чего-то ждала. Летающих тарелок? Чего-то иного? Она не заметила связи между тем, что ее окружало, и своим состоянием, не поняла, что гнетущая обстановка отражает неудовлетворенность ее души. Но про себя она громко воскликнула: «Это счастье! Какое счастье – купаться в чистоте, где никто тебе не мешает! Глупые человеческие обычаи так далеки отсюда!»

* * *

Они спустились с холма и в начале четвертого наконец вышли к дюнам, обрывавшимся у самого берега. Возле дороги стояла табличка, извещавшая о проводимых здесь работах, но рабочих не было. Надпись на табличке гласила:

УЕЗД КАХОКУ, ДЕРЕВНЯ УТИНАДА

ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ ПОЛИГОН УТИНАДА

РЕМОНТНЫЕ РАБОТЫ

СООРУЖЕНИЕ ЛЕСОЗАЩИТНОЙ ПОЛОСЫ

НАЧАЛО РАБОТ: АВГУСТ 1961 ГОДА

ОКОНЧАНИЕ РАБОТ (ПЛАНИРУЕМОЕ): МАРТ 1962 ГОДА

Глаза Акико заблестели, когда она это прочитала. Так вот почему на дороге, которая вела к морю, такие глубокие колеи. Их оставили грузовики.

– Я поняла. Это связано с появлением здесь летающих тарелок. Во время печально известной кровопролитной войны американцы устроили здесь артиллерийский полигон[39], а теперь сажают лес для защиты от ветра, чтобы загладить вину. Одним своим появлением летающие тарелки подчеркивают символическое значение этого места. Их прилет – само по себе послание мира.

– Я так не думаю, – холодно покачал головой Такэмия. – Что-то мне не верится. Какая может быть связь между бессмысленной человеческой историей и моими летающими тарелками? Просто моим летающим тарелкам нравится северное море.

Акико промолчала. От появления летающих тарелок зависело все.

Знаменитые дюны были разбиты на небольшие участки для саженцев. Насколько хватало глаз простирались невысокие бамбуковые изгороди. Заграждения поднимались и опускались, повторяя неровности рельефа. С песком были перемешаны обломки черепицы и мелкие камни, колеи от грузовиков тянулись дальше, к морю. Акико различала лишь верхушки разбивавшихся о берег волн – сама береговая линия скрывалась за дюнами, приглушавшими шум прибоя.

Акико и Такэмия сели на песок и прислонились спиной к бамбуковой изгороди. Клубящиеся облака. Пепельно-серое, будто застывшее море. Солнечные лучи пробивались сквозь тучи лишь на западе, и море там было цвета баклажана. Далеко справа возвышался мыс полуострова Ното. Облака постоянно меняли форму. Вдали каркали вороны.

Ветер был не настолько сильный, чтобы срывать песок с верхушек дюн и поднимать его в воздух, но это не мешало ему лезть в уши, атакуя их своим назойливым шепотом.

Девушка и юноша сидели, прижавшись друг к другу и обхватив руками колени. Сквозь одежду они впервые ощущали тепло тел и биение сердец друг друга. Венерианцы или земляне – не важно, они были живыми и пахли, как живые существа. Не важно, насколько совершенна была их плоть, – сейчас именно она играла роль посредника между ними. Впрочем, какое это имело значение? Их сердца бились, как одно, и взаимное притяжение, нараставшее с самого утра, гудело в воздухе, словно заведенный детский волчок.

Чего еще желать?

Мир в спокойствии. Люди далеко. Северное море волнуется и рокочет, но на самом деле недвижимо, как сама смерть. Часть неба – будто расшитая золотом ряса монаха. И двое прекрасных молодых людей…

В этот миг Акико заметила в глубине темных облаков мигающую световую точку и потрясла Такэмию за плечо, чтобы привлечь его внимание.

Точка превратилась в две, потом в три. Быстро увеличившись в размерах, они опустились к морю. Три необычных объекта приблизились, изменили угол наклона, и тогда стало ясно, что это летающие тарелки. Их бока, обращенные к западу, переливались в солнечных лучах; можно было четко, в деталях разглядеть, как медленно вращаются зеленые верхние секции, похожие на крышки от чайников. Покружив над морем четыре-пять секунд, они вдруг резко остановились и застыли в мрачных облаках, словно три таинственных зрачка… Затем по корпусам тарелок прошла мощная вибрация, их фюзеляжи прямо на глазах, будто накалившись, окрасились в цвет спелого абрикоса… А потом они на невероятной скорости взмыли под прямым углом над морем и пропали из виду.

4

К облегчению родителей, Акико благополучно вернулась домой. Но она не сказала, что они с Такэмией видели летающие тарелки. Отчасти потому, что берегла самолюбие отца, а отчасти – считала увиденное в Канадзаве секретом, который принадлежал только венерианцам. Родители же ни о чем не спрашивали. Отчасти потому, что считали молчание Акико доказательством ее неоправдавшихся ожиданий насчет Такэмии, отчасти из опасения, что любая шутка по поводу этой неудачи может возыметь обратное действие и усилить привязанность дочери к молодому человеку. Их маневры напоминали движение созвездий, которые виртуозно скользят мимо друг друга, не соприкасаясь.

Наступил новый год. Дзюитиро рассказал об удивительном явлении, которое скоро должно было произойти в небесной сфере. Научные расчеты поставили астрологов всего мира перед серьезным вопросом. На пять дней, начиная с третьего февраля, восемь астрономических объектов – Солнце, Луна, Марс, Венера, Юпитер, Сатурн, Меркурий и невидимая планета Кету[40] – сойдутся в Козероге, десятом знаке Зодиака. Эти небесные тела, за исключением Меркурия, окажутся в таком положении впервые за четыре тысячи девятьсот семьдесят четыре года.

– Я слышал, в Индии большой шум по этому поводу. Все думают, что этот день знаменует конец света, – с прямодушным спокойствием сообщил Дзюитиро. – У нас в семье все очень заняты, но будет повод после долгого перерыва собраться вместе в гостиной. С нетерпением жду встречи у семейного очага.

Кадзуо рассказал об удивительном случае, который произошел с ним в тот день. По дороге из университета он столкнулся с парнем, с которым учился в начальной школе, – они не виделись семь лет. Расставшись с этим приятелем, Кадзуо вошел в электричку и тут кто-то хлопнул его по плечу. Перед ним стоял другой одноклассник, которого он тоже последний раз видел семь лет назад.

– Ты веришь в случайности? –