Миссия - Евгений Сагдиев

Сидящий за столом понимающе кивнул: — Достойная мечта. Наверное, из детства?

— Все мечты идут из детства, — припомнилось изречение деда Дмитрию.

— А я всегда мечтал быть сильным, — произнёс Роберт, — потом вырос и понял, жить в мечтах, терять время. Надо стремиться к цели.

— Ты стал сильным?

— Да.

— Рад за вас. Теперь вас посвятят в то, как торпеда может быть запущена всеми тремя, или одним членом экипажа в экстренном случае.

Волнительный момент старта, экипаж везли на пусковую площадку, волнительная дрожь пробирала до костей, хотя Дмитрий старался держать себя в руках. Родриго весело болтал без умолку, похоже, для бразильца что лететь к другой планете, что в другой город одно и тоже. Главное, чтобы компания подобралась хорошей.

Дилип также не высказывал волнения, хотя и выглядел куда сосредоточеннее чем обычно. Китайцы по обыкновению невозмутимы. Григорьев о чём-то переговаривался с Джексоном, иногда они склонялись друг к другу, если машина ускорялась, то могли и лбами стукнуться. Брайан глазел в окно, изучая степь. А Роберт смотрел себе под ноги. Святослав примостился на последнем сидении.

— Ничего не напоминает? — неожиданно обратился к Дмитрию.

— Ты о чём?

Роберт улыбнулся — Словно в боевой машине и нас везут к линии боестолкновения. Тебе такое знакомо.

Он не спрашивал, а говорил со знанием дела. Ведь участников экспедиции ознакомили с досье каждого. Роберт военный инструктор, побывал во многих командировках. Почему из всех выбрали именно его? Дмитрий не задумывался над этим, ведь тогда пришлось бы отвечать на вопрос, почему из всех в России в полёт к Венере взяли парня из спецслужб.

Когда автобус остановился, Брайан подозрительно прищурился — А где провожающие?

Роберт поднялся — А оркестр тебе не нужен? Пышных проводов не будет, забыл что ли, теперь люди против того, чтобы мы летели к Венере, много денег потрачено и всё впустую. Так они считают.

— Обидно, — пробурчал Брайан, поднимаясь следом. — А ведь я собирался стать национальным героем.

— Не переживай, глядишь, случай подвернётся, — Роберт первым вышел из автобуса, ступив на асфальт. Летняя пыль степи разводами растянулась по тёмно-серой поверхности, забиваясь в трещины.

Космонавтов пересадили в маленькую открытую тележку и повезли к ракете.

Стальная блестящая стрела устремилась в небо, к ней подвели шланги закачивая кислород. Порой прорывался белый пар.

Лучи солнца скользнули по поверхности ракеты, разбавляя её нежно-голубой цвет.

ООН настояло на том, чтобы на ракете не было названия тех стран, кто внёс наибольший вклад в осуществлении проекта, мотивируя это тем, что торжество технической мысли принадлежит всему человечеству, а не определенным странам. Поэтому единственная эмблема на ракете, это эмблема ООН.

Хайнлайн глядя на нее, недобро усмехнулся — Могли бы имена спонсоров вклеить, а то ведь обидятся.

Затем команду провели к шахте. Лифт медленно дёрнулся и начал поднимать их наверх. Теперь волнение охватило всех. Пусть и не показывали. Дмитрий ощущая сильное биение сердца, исподволь глянул на Святослава, парень выглядел куда спокойней, чем Дмитрий себя ощущал.

— Всё нормально, — приободрил Григорьев, — волнение и страх обычные человеческие эмоции, их не стоит стыдиться и пытаться загнать в угол. Надо лишь пережить.

Джексон согласно кивнул.

— Проходим, — двое сотрудников открыли люк, помогая космонавтам пробраться внутрь.

Они расселись по местам, те двое тщательно проверили крепления в креслах и их костюмы.

— В норме, — доложили по рации, покидая их.

Дмитрий услышал звуки замков.

— Теперь ждать, — послышался голос Григорьева, — порой приходилось вот так сидеть по несколько часов.

— Самое нудное занятие в нашей работе, — поддержал коллегу Джексон. — Ты как? — обратился к Брайану.

Даже через стекло шлема видно, тот заметно побледнел.

— Держусь.

— Держись и постарайся не блевануть, чёрт с твоим скафандром, потом всё это будет плавать вокруг, а нам ещё переходить на корабль.

У них был целый час или больше, Дмитрий не мог определить времени, зато оказалась возможность побыть наедине со своими мыслями. Даже словоохотливый Родриго молчал.

Ракета дрогнула.

— Прекратили заправку, — со знанием дела произнёс Григорьев. — Осталось совсем немного.

— Вы будете управлять взлётом? — спросил Святослав.

— Нет, он осуществляется автоматически, разве что на орбите и то в случае внештатной ситуации, — пояснил космонавт.

Послышался низкий гул, набирающий силу.

— Приготовится, — сообщил голос.

Дмитрий собрался, всё внутри него сжалось в комок.

Гул усиливался, могучая дрожь шла по ракете.

— Десять, — начался обратный отсчёт.

Вот оно, Дмитрий закрыл глаза.

— Семь.

Его мечта начала осуществляться, на какой-то миг всё в мире стало неважным, он хотел попасть в космос и скоро там будет.

— Четыре.

И пусть сейчас ощущал себя эгоистом, да и чёрт с этим.

— Два.

Волнение схлынуло, неожиданно появилась умиротворённость и уверенность в благополучном исходе.

— Ноль.

Нет, он хотел верить в то, что космические странники не прибыли к ним с целью поработить или уничтожить. Ведь должен же быть разум во Вселенной, не все миры похожи на Землю.

— Пуск. Удачи вам, — пожелали напоследок.

С драконьим рёвом пламя вырвалось из сопла, заставляя махину дрожать, поднимаясь в небеса. Неистовый огонь обращал в прах степную пыль, попавшую на площадку.

Оторвавшись от земли, ракета, набирая силу и оставляя за собой протяжный шлейф, устремилась ввысь.

Сила тяжести вдавила космонавтов в кресла, Земля не собиралась выпускать из мощных объятий своих детей, словно заботливая мать, опасаясь неизведанного, что ждёт их вдалеке от дома.

Но ракета, презирая гравитацию, неуклонно рвалась за пределы атмосферы.

Их трясло, в итоге Брайана всё же стошнило.

— Осталось пару минут, — слышался голос в наушниках.

Ступени начали отстреливаться с тела ракеты, одна за другой они сгорали в атмосфере.

Последний рывок и…

Странное ощущение, тело стало мягким и совершено непослушным.

— Включено автоматическое управление, — продолжал говорить невидимый голос. — Вас подведут к кораблю, стыковка