Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Леонидович Орлов

— Вол…

Договорить он не успел. Старший наёмник действовал без предупреждения. Он сделал один короткий шаг вперёд, и над его правой ладонью мгновенно закрутился тугой, свистящий мини-смерч.

— Заткнись, — сухо бросил он купцу.

Реакция моих напарников оказалась практически мгновенной.

Вика даже не дернулась на скамье — лишь глаза вспыхнули темнотой, и повторный удар гравитации со слитным гулом накрыл зал. Воздушный вихрь на ладони мага мгновенно схлопнулся, так и не успев набрать силу, а самого его вместе со всей шоблой сходу впечатало обратно в дубовые половицы.

Сизый тоже не терял времени даром. Пространство за спиной наемника слегка подёрнулось маревом, и Сизый возник из тени прямо за его плечом — с подхваченным на ходу со стола кухонным ножом.

Не давая магу опомниться, Сизый сочным, коротким движением вжал широкое лезвие в кожу на его горле, пустив тонкую струйку крови. А затем наклонился к самому уху врага и выдохнул с хищной, откровенной ухмылкой:

— Ну давай… Дёрнись. Дай мне повод.

В то же мгновение Себастьян лёгким прыжком взлетел на край столешницы. Чёрная шерсть на его холке вздыбилась глухой щёткой, а из приоткрытой пасти вырвался низкий, вибрирующий рык вместе с язычком алого пламени, готового вспыхнуть в полноценное заклинание.

И только Мойша, всё это время буквально вжимавшийся в бревенчатую стену у входа, тоскливо пискнул:

— Г-господин… может, я… могу быть полезен?

Если честно, я забыл о его существовании, искренне полагая, что паршивец давно свалил.

— Чем? — коротко спросил я.

— Кажется… кажется, я знаю, о ком говорит господин Мездрин, — сбиваясь, выпалил Мойша. — Просто я видел его вчера, выходившим из дома, который принадлежит Дому Волковых. Вот и подумал…

Волковы. Опять, мать их, Волковы. Судьба, похоже, решила развлечься по полной программе и с каким-то мазохистским упрямством сводила меня с этим замечательным семейством при каждом удобном случае. Будто у меня без них проблем не хватало.

Ну что ж… Если вселенная так настойчиво намекает на рандеву — кто я такой, чтобы отказываться? Встретимся, побеседуем. Заодно узнаем, насколько крепкие у них зубы.

Я бросил вилку на тарелку и поднялся из-за стола, на ходу переключая внимание на своих людей. Ситуацию надо было закрывать быстро, пока Сизый окончательно не перерезал магу горло прямо на глазах у полуживого от страха купца.

— Сизый, — начал я, мельком глянув на мага, который под ножом моего телохранителя боялся даже сглотнуть слюну. — Сейчас же найдёшь Гришку и передашь ему, чтобы вечером, сразу после окончания торгов, пришёл сюда.

— Сделаю, — хмыкнул Сизый, с искренним сожалением чуть ослабляя хватку на чужом горле.

— Вика, — я повернулся к девушке, которая всё ещё удерживала гравитационную «плиту» над поверженной шоблой. — А тебе нужно будет сгонять к местным сыскарям и проверить, как там продвигается дело по бывшему жрецу пепла. В юридические тонкости не влезай, подробностей не выпытывай — просто мягко, но убедительно сожми им яйца и узнай текущее положение дел. Мне бы хотелось первым узнать, если кто-то попробует его вытащить.

Вика лишь скупо кивнула, а в её глазах на секунду вспыхнул такой откровенно-хищный огонёк, что мне даже на мгновение стало искренне жаль городских сыщиков. Ребятам предстоял очень тяжелый день.

Закончив с раздачей ценных указаний, я перевёл взгляд на Мездрина. Купец в этот момент с трогательной беспомощностью пытался сообразить, в какой именно поворот своей жизни он повернул не туда и почему его тщательно продуманный план пошел по швам с грацией падающего комода.

— А ты подготавливай бумаги на передачу контракта, — отчеканил я. — К моему возвращению всё должно быть подписано. Свой выигрыш я заберу в любом случае.

— Д-да как же… — пропищал Мездрин, судорожно глотая воздух и всплёскивая руками. — Волковы же меня убьют! Они с меня шкуру сдерут за этот контракт!

— Волковых я беру на себя, — отрезал я, перебивая его скулёж. — Твоя задача — подготовить все бумаги.

Повернувшись к застывшему у двери Мойше, я кивнул на выход:

— Веди. Показывай, где этот дом.

С самим главой дома Волковых я лично ни разу не общался, но в памяти прежнего Артёма Морна его силуэт отпечатался слишком чётко. Нахлынувшие воспоминания рисовали портрет редкостной дряни — напыщенный, тщеславный тип, искренне считающий себя пупом земли и готовый удавиться за каждый медяк.

Да и по делам его прошлым картина вырисовывалась предельно суровая. Во-первых, грязная история с Розой, которую он в своё время увёл у Родиона — причем не из-за каких-то пылких чувств, а исключительно из мелкой, крысиной зависти, просто чтобы отжать хоть что-то у более успешного «друга». Ну а во-вторых, этот делец был по самые уши замешан в подпольной работорговле химерами.

Словом, дрянь исключительная. А значит, лёгкой прогулки в разговоре ждать не приходилось. Этот за любой кусок, который посчитает своим, будет рвать горло до последнего.

Из этих размышлений меня выдернул Мойша. Торговец резко затормозил на углу квартала и, стараясь держаться в тени зданий, дрожащим пальцем указал на добротный двухэтажный особняк из тёмного камня за кованой оградой:

— Вот… здесь это. Только я дальше не пойду, господин Морн… простите, но не пойду…

— Свободен, — коротко бросил я, даже не глядя на него.

Оставив мнущегося Мойшу на углу — парень буквально растворялся в тени, всеми силами изображая элемент городского пейзажа, — я толкнул створку тяжелой кованой калитки. Металл отозвался глухим, сочным скрипом.

По мощёному двору я шагал не спеша, чеканя каждый шаг. Просторная территория перед особняком дышала показушным богатством, но меня куда больше интересовала парочка рослых охранников на широких ступенях крыльца. В стёганых камзолах с гербовыми львами Волковых, при оружии и с правильной, бывалой выправкой.

— Передайте главе дома Волковых, что к нему прибыл Артём Морн, — ровно произнёс я, застыв в двух шагах от крыльца и чуть вскинув подбородок. — Для короткого делового разговора.

Стражники быстро обменялись короткими, понимающими взглядами. Мой ровный, уверенный тон и общая посадка плеч подействовали как надо — качать права они не рискнули. Старший из них лишь коротко кивнул, торопливо скользнул за тяжелую дубовую створку и исчез в глубине дома. Второй остался на месте — насупленный, собранный, не сводивший с меня зорких глаз и державший правую ладонь аккурат над навершием эфеса.

Ожидание затянулось минут на пять. За это время я успел рассмотреть и