Фантастика 2026-90 - Василий Седой

долгого пути. В улыбке ребенка, который впервые смог перейти по новому мосту. В том, чтобы научить друга разводить огонь. — Он посмотрел на Фрирен. — Вы тоже можете найти это. Даже с вашей вечностью. Начните с малого. С сегодняшнего дня. С этого костра.

Фрирен почувствовала, как что-то в ее душе, застывшее на протяжении тысячелетий, начинает таять. Она впервые за долгое время не думала о прошлом или будущем. Она думала о настоящем. О тепле костра. О простых словах лысого героя.

— Спасибо, Сайтама, — тихо сказала она.

— За что? — удивился он.

— За то, что показываете нам новый путь. Не такой, каким он был. Не таким, каким он должен быть. А таким, каким он может быть.

Сайтама засмеялся.

— Не стоит благодарности. Это просто советы от человека, который слишком долго искал смысл в неправильных местах. — Он потянулся и добавил в огонь еще пару поленьев. — А теперь спите. Завтра рано вставать. И до Храма Отражений еще идти. Надеюсь, там будет чайник. Хорошие чайники — редкость.

Фрирен вернулась к своему спальному месту, но перед сном еще раз открыла гримуар и дописала:

«Сегодня я поняла: вечность не в том, чтобы жить вечно. Вечность — в умении находить смысл в каждом мгновении. Даже в самом простом. Особенно в самом простом. Сайтама — не разрушитель. Он — мост. Мост между мирами. Между прошлым и будущим. Между магией и простотой. И возможно, именно через этот мост наш мир сможет найти новый путь.»

А у костра, под звездным небом, Сайтама смотрел на огонь и думал о распродажах в Городе-Z. Но в его мыслях уже не было прежней пустоты. В них поселилась теплая надежда. Надежда, что даже в разных мирах можно найти общий язык. Даже если этот язык — язык костра, чая и практичных советов о том, как выбрать хороший супермаркет.

Глава 7: Храм Отражений

Три дня пути от столицы оказались не такими уж скучными, как опасался Сайтама. Особенно после того, как он научил группу играть в "камень, ножницы, бумага" во время привалов. Штарк быстро освоил правила, но постоянно проигрывал из-за того, что "камень" считал слишком предсказуемым ходом. Ферн же, к удивлению всех, оказалась непревзойденным мастером "бумаги". Фрирен сначала наблюдала с отстраненным интересом, но к третьему дню сама начала предлагать свои варианты — "свиток", "огонь" и "вода", что вызвало у Сайтамы искреннее восхищение.

— Зачем усложнять? — удивлялся он, выигрывая у Фрирен в пятый раз подряд. — Камень всегда побеждает ножницы. Это как логично. А вот почему вода побеждает огонь, но проигрывает камню — это уже сложно. Нужен справочник.

— Возможно, потому что вода тушит огонь, но не может разрушить камень? — предположила Фрирен, записывая его реакцию в гримуар мелким почерком.

— Ага, точно! — Сайтама похлопал себя по лбу. — Вот я и говорю — нужен справочник. Без него никак.

Камешек, тем временем, превратил игру в собственное развлечение — он бегал между участниками, пытаясь схватить за хвост того, кто "проигрывал" в текущем раунде. Это привело к тому, что к вечеру третьего дня Сайтама обнаружил у себя на спине несколько клочков собственной желтой ткани, а Штарк пытался объяснить Фрирен, почему "пес" должен быть отдельной фигурой в игре, способной побеждать все остальные.

— Потому что он съедает бумагу, терзает ножницы и... ну, камни тоже грызет! — настаивал Штарк, потирая укушенную руку.

— Интересная теория, — улыбнулась Фрирен. — Но пока Камешек побеждает только в том, чтобы разбрасывать наши вещи по лагерю.

К утру четвертого дня горизонт начал меняться. Вместо пологих холмов и лесов появились скалистые вершины, покрытые вечными льдами. Воздух стал тоньше, холоднее. Даже Камешек прибавил шагу, прижимаясь к ногам Сайтамы.

— Близко, — сказал Айзен, их проводник, указывая на узкую тропу, извивающуюся между скал. — Храм Отражений построен на вершине Скалы Звездопада. Говорят, его фундамент — это сам метеорит, упавший с небес в эпоху Творения.

— Круто, — отозвался Сайтама, оглядываясь. — А парковка где? Обычно у таких мест есть место, где коней оставляют. Хотя... — он посмотрел на Камешка, — у нас только один конь. В смысле, пес.

— Коней у нас нет, Сайтама, — мягко напомнила Фрирен. — Мы здесь пешком.

— Жаль. Пешком долго. Особенно в гору. — Сайтама почесал затылок. — Хотя, конечно, горы — это хорошо. Там часто бывают хорошие виды. И воздух чище. Особенно полезно после еды. Для пищеварения.

Подъем оказался непростым даже для Сайтамы. Тропа то сужалась до едва ли шире ступни, то обрывалась без предупреждения, заставляя группу искать обходные пути. На одном из самых опасных участков, где скала нависала прямо над пропастью, Штарк поскользнулся и начал падать. Сайтама среагировал мгновенно — его рука метнулась вперед и ухватила молодого воина за запястье, легко подтянув его обратно на тропу, как будто тот весил не больше Камешка.

— Аккуратнее, — сказал Сайтама, отпуская Штарка. — Тут камни хрупкие. Особенно после дождя. В Городе-Z у нас под горой знак висит: "Осторожно, осыпание". Очень полезная табличка.

Штарк стоял, тяжело дыша, его лицо побелело от страха и удивления. Он смотрел на свое запястье, где еще чувствовался след от пальцев Сайтамы.

— Спасибо, — наконец выдавил он. — Я... я думал, что погибну.

— Не погибнешь, — улыбнулся Сайтама. — У тебя еще куча дел. Например, научиться правильно ходить по горам. Сначала смотри под ноги, потом дыши глубже, а не так, как будто бежишь от демона. И руки свободно держи. Если упадешь, можно ухватиться за что-нибудь.

Последние слова он произнес особенно громко, обращаясь к Камешку, который, видимо, решил, что падение Штарка — это начало новой игры, и уже приготовился прыгнуть за ним.

— Ты тоже, — добавил Сайтама, хватая пса за ошейник. — Без меня не бегай в пропасть. Я потом искать буду. И скучно, и холодно.

К полудню они достигли вершины. Храм Отражений не разочаровал. Это было строение из белого мрамора, частично вросшее в скалу, с колоннами, украшенными барельефами, изображающими звезды и луны. Но в отличие от других святилищ, которые они видели в пути, здесь не было магического сияния. Не работали защитные руны на стенах, не светились символы над входом. Храм молчал, как будто сам реальность решила, что ему больше не нужны чудеса.

— Магия почти полностью