Фантастика 2026-90 - Василий Седой

событий, типа восстановления мира, все начинают распродажи. В Городе-Z так всегда было. После победы над монстрами — скидки на продукты, одежду, даже на квартиры. Это приятный бонус. Помогает расслабиться после тяжелой работы.

Зерия глубоко вздохнула, переглянулась с другими членами Совета.

— Мастер Фрирен, пожалуйста, объясните нам, что происходит. Хранитель Хаоса назвал этого... человека... «иммунным ответом реальности». Что это значит?

Фрирен встала. Ее движения были плавными, но в них чувствовалось напряжение.

— Это значит, что Сайтама и наш мир изначально несовместимы. Его природа, его сила, даже его восприятие реальности противоречат фундаментальным законам нашей вселенной. Не злобно. Не преднамеренно. Просто... как вода и масло.

— Он разрушает нашу реальность, — резко сказал один из членов Совета.

— Нет, — возразила Фрирен. — Он не разрушает. Он трансформирует. Упрощает. Делает мир более похожим на его родной — мир без магии. И это не всегда плохо. В Элдрии, где мы побывали, люди адаптировались. Они строят мосты без заклинаний, чинят дома без рун. Они боятся демонов меньше, чем раньше.

— А что насчет тех, кто верил в чудеса? — вмешалась старшая чародейка. — Маги, эльфы, целители — они потеряли не просто инструмент. Они потеряли часть себя.

— Я понимаю ваше горе, — сказала Фрирен. — Но Сайтама не враг. Он — последствие. Реакция реальности на дисбаланс, вызванный Пожирателем и Мастером. Хранитель был прав: Сайтама — иммунный ответ. Но не на Пожирателя. На весь наш образ жизни. На нашу зависимость от магии. На наш страх перед простотой.

— И что же предлагаете делать? — спросил Денкен. — Изгнать его? Убить?

Сайтама рассмеялся, поглаживая Камешка.

— Если бы хотели убить, вы бы уже попытались. Нет, вы хотите, чтобы я помог вам починить что-то. Но сначала надо понять, что именно сломалось.

Все повернулись к нему с изумлением.

— Вы меня недооцениваете, — продолжал он. — Я не только бью монстров. Я много лет жил в мире без магии. Я знаю, как выжить, когда все сломалось. И я вижу, что у вас сейчас такое же состояние. Только хуже, потому что вы привыкли к другому.

— Он прав, — неожиданно поддержал его Айзен. — Мы потеряли не только магию. Мы потеряли умение жить без нее. Сайтама же... он умеет.

Фрирен кивнула:

— Я изучала его. Не как угрозу. Как решение. Есть два пути. Первый — стабилизировать его присутствие в нашем мире. Это потребует редких артефактов и знаний, которые, возможно, сохранились в древних архивах. Второй путь — найти способ отправить его домой. В мир, где он принадлежит.

— А третий путь? — спросил Сайтама.

— Третьего пути нет, — ответила Фрирен.

— Есть, — возразил Сайтама. — Пусть ваш мир станет как мой. Простым. Без магии. Без демонов. Без апокалипсисов каждую неделю. — Он посмотрел на членов Совета. — Вы все думаете, что это трагедия. Но когда ты слишком силен для своего мира, когда ничего не может тебя напугать или удивить... ты понимаешь ценность спокойствия. Ценность обычных вещей. Горячего супа. Тихого утра. Возможности не думать, что завтра все может рухнуть.

В зале воцарилась тишина. Даже Камешек перестал вилять хвостом.

— Я не хочу быть причиной вашего горя, — продолжил Сайтама, его голос стал тише. — Я просто хочу вернуться домой. К моим распродажам. К моему супермаркету. К моей квартире, где меня ждут засохшие цветы. И если для этого нужно найти какие-то артефакты, я помогу. Я сильный. Я могу донести их, даже если они очень тяжелые.

Зерия долго смотрела на него, затем перевела взгляд на Фрирен.

— Какие артефакты вам нужны?

— Зеркала Астрала, — ответила Фрирен. — Древние артефакты, способные открывать порталы между мирами. Одно из них должно быть в Храме Отражений к востоку от столицы.

— Храм был опечатан после того, как магия начала исчезать, — сказал Денкен. — Без заклинаний там ничего не работает.

— Не магических заклинаний, — улыбнулся Сайтама. — Там же есть двери? Они на петлях или на замке? Петли можно смазать. Замок можно открыть отверткой. Я умею.

Члены Совета переглянулись. Страх в их глазах начал сменяться осторожной надеждой.

— Совет примет решение через час, —宣布ла Зерия. — Пока вы можете отдохнуть в гостевых покоях. И... — она посмотрела на Сайтаму, — рынок работает до заката. Распродаж нет, но выбор неплохой.

Сайтама встал, улыбаясь во весь рот.

— Отлично! Мне нужны новые сапоги, запасная щетка для Камешка и... о, и пряники! Ферн говорила, у вас тут лучшие пряники в мире.

Когда они вышли, Штарк подошел к Фрирен.

— Ты уверена, что это сработает? Совет может решить изолировать его. Или хуже.

— Я не уверена ни в чем, — честно ответила Фрирен. — Но я уверена в одном: Сайтама не враг. Он — отражение всего, что мы потеряли. Простоты. Человечности. Способности радоваться малому. — Она посмотрела на спину Сайтамы, который что-то с энтузиазмом рассказывал Ферн о пряниках. — И если мы его потеряем, мы потеряем шанс понять, что действительно важно.

В коридоре Сайтама внезапно остановился и обернулся.

— Эй, Фрирен! — крикнул он. — А на рынке есть магазин, где продают сувениры? Хочу купить что-нибудь на память. Чтобы не забыть вас. Может быть, маленькую статуэтку мага. Или книгу о заклинаниях. Даже если я не смогу их прочитать, все равно будет напоминать.

Фрирен почувствовала, как что-то сжимается в ее груди — то, что не трогало ее многие столетия. Она кивнула, не в силах говорить.

Когда двери гостевых покоев закрылись за ними, Сайтама уселся на кровать, Камешек запрыгнул к нему на колени.

— Странно, — пробормотал он, глядя в окно на город без магического сияния. — Я думал, что магия — это круто. Все эти взмахи руками, блеск, вспышки... но ваш мир без нее стал как мой. Простой. Настоящий. — Он почесал Камешка за ухом. — Ты как думаешь, Камешек, стоит ли мне остаться? Может, научить их, как правильно чинить трубы? Или как находить лучшие распродажи?

Пес посмотрел на него преданными глазами и тихо залаял.

— Да, ты прав, — улыбнулся Сайтама. — Сначала нужно помочь им отправить меня домой. А потом... кто знает. В бесконечных мирах все возможно. Может, я еще вернусь. На распродажу.

В соседней комнате Фрирен открыла гримуар на чистой странице и начала писать: «Наблюдение: Сайтама