"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

с шипением испаряющиеся. Немёртвый поднимает голову, но нисколько не пытается остановить заклинание Осквернённых, и оно методично проедает купол. Наконец, дождавшись, пока тот совсем придёт в негодность, некромант мысленным приказом развеивает остатки защиты, благодарит Арт’Энзила за передышку…

Матёрые стрекозы, висящие выше крыш домов, отточенным движением швыряют в него личинок. Свежая поросль тварей, радостно вереща на своём наречии, устремляется туда же: в кого-то врезаются, сбивая с небес на землю, снаряды старших собратьев, кто-то удачливо их огибает, но, зазевавшись, сталкивается с другим «десантником».

Море наземных тварей вновь приходит в движение: они прыгают, ползут, несутся вперёд, не замечая возникающих у них на пути сородичей. К Микторату и Демиличам протягиваются лапы, хвосты, клювы и непохожие ни на что творения зец-харрас — искусных магов плоти, лично взращённых Генеральшей. Большая часть видов, с которыми столкнулись Астерот и остальные, оказались именно их проделками.

Микторат не двигается, но идеально оценивает обстановку. Кроме своих, ему помогает ещё десяток глаз Демиличей, помогающих выбрать идеальный момент для активации первого плетения. Тихо щёлкает пальцами экс-дирижёр, и незаметный магический узор под их ногами взвивается в воздух голубой спиралью. С неё слетают тёмные искры, на лету превращающиеся в разряды молний, прошивающие десятки худосочных тел навылет. Она медленно проворачивается, рассылая во все стороны ураганные порывы ветра, если не сбивающие низкорождённых с ног, то хотя бы замедляющие их. Стрекозам же уцепиться в воздухе не за что, так что они, как и брошенные ими личинки, отлетают в разные стороны.

Не дожидаясь, пока спираль коснётся первых стрекоз, Микторат вскидывает руку с посохом, и от его силуэта отделяется клиновидная ударная волна, раскидывающая Осквернённых, словно те были не из человеческих тел сделаны, а из невесомого пуха. Волна разрастается и устремляется к месту, где засело командование этой частью орды, с каждым пройденным мертом становясь всё смертоноснее, а Демиличи уже спешат раскрыть следующую заготовленную карту, не обращая внимания на кровавые ошмётки, что щедро разбрасывает волна Миктората.

Трое — дворянка, музыкант и воин, — разворачиваются к некроманту спиной, и по их костям тут же начинает струиться чистейшая Материя Смерти. Астерот не успевает отследить, что за метаморфоза с ней происходит, лишь видит, как неровный строй нападающих рассекают вытянутые лезвия сине-голубого цвета. Касаясь их, низкорождённые оседают бесформенной массой, а кости вылетают из их тел, шлейфом кровавых осколков стелясь за магическими снарядами. В полёте лезвия разделяются на более маленькие, и, наконец, став совсем уж крошечными, быстро проворачиваются вокруг себя и исчезают, разметав во все стороны собранные осколки костей.

Троица обращается с Материей напрямую, не утруждая себя плетениями. Но это отнюдь не стоит им эффективности и убойности, что с готовностью подтверждают трупы, остающиеся после каждого воздушного лезвия.

Оставшиеся два Демилича, собирая выделяющуюся при каждой смерти Материю, превращают её в почти прозрачные волны, растворяющие тварей одним лишь прикосновением, и прикрывают этими волнами остальных. Они формируют из них тонкое, почти незаметное облако, стелящееся по земле вокруг них, иногда стреляют ввысь, наотмашь поражая воздушных тварей. Стрекозам остаётся лишь бессильно распадаться пеплом: о магической защите для воздушного десанта Осквернённые задумываться, очевидно, не хотели.

К этому моменту очухиваются многорукие колдуны Осквернённых. Поднимая с земли всё новые и новые сгустки крови, они формируют из них простенькие атакующие конструкты, тут же отправляющиеся в Миктората и его творения. Со всех сторон в них летят хаотично отправляемые снаряды, и Астерот сбрасывает Невидимость, решив вступить в бой именно сейчас.

Завершающее движение, и плетение телепортирующего заклинания выстреливает вперёд, формируя небольшой пространственный коридор. К внезапно появившейся на крыше троице поворачивается несколько ближайших магов Осквернённых, выбравших их более приоритетными целями, с земли в итак разорённый особняк забегают десятки низкорождённых, но Астерот встречает их продолжением своей магической тирады.

Материя скользит по обновлённым каналам и слетает с пальцев, превращаясь в тончайшие иглы. Вонзаясь в тела низкорождённых, они растворяются, испуская парализующие разряды. Мелким тварям хватает и пары удачных попаданий, чтобы вывести их из боя, более крупным — по три-четыре, магов же и вовсе получается выбить лишь удачным попаданием в голову, но Осквернённым нечего противопоставить непрекращающемуся потоку летящих в них игл. Редкие магические контратаки протыкаются насквозь и не успевают долететь до Тёмного, теряя вложенную в них энергию.

Он снова чувствует, как сгущается время, как воздух начинает противно липнуть к телу, оголяя пространство. По телу побежали ручейки тёплого пота и волны приятной дрожи, идущей из глубины Души. Он не просто понимал, что делает благое дело, не просто упивался причиняемыми смертями — нет, на растянувшееся в минуты мгновение он почувствовал себя на своём месте.

В голове сами собой начали всплывать мысли, совсем как тогда, в башне. Только теперь Тёмный думал, что не создан для мирной жизни, что именно оттого не мог расслабиться там, в мире Госпожи: в его Душе всегда гремит непрекращающееся эхо войны, и ничто не в силах его заглушить. Затихнет звук борьбы — остановится его сердце.

Он столько времени бежал, что даже страшно стало, стоило промелькнуть этой мысли. Он бежал от всего: от своих детских страхов, от подростковых переживаний, от кризисов взрослой жизни. Бежал в распростёртые объятья воинственной стези, а, может, и Астарота, его усиленно направляющего. И как-то так получилось, что сам для себя Астерот оставил всего одну-единственную радость, позабыв про любовь, детей и прочее бытовое счастье.

Отдушиной для него была месть, плавно переросшая в жажду расправы над вообще всеми, кто мог бы хоть как-то ему навредить. Он не просто мстил причастным к тому ужасу, что он пережил в детстве — он мстил их семьям, родственникам, друзьям, коллегам… Кровавая воронка год от года становилась лишь шире, и в итоге привела его под стены Города Королей. Каким глупым сейчас казалось решение взять штурмом столицу! Неужели он настолько возгордился, что в это поверил?!

Лишь после поражения демонического наставника Тёмный смог вдохнуть полной грудью, и первый такой вдох был сделан им здесь — посреди бойни с Осквернёнными, за несколько шагов до возвращения домой. Вновь Душу окрылила уверенность в собственном успехе, и Аспер сформировал перед собой сферу с ладонь диаметром. За несколько секунд наполнив её Материей до такой степени, что-то, что она не взорвалась у него в руках, можно было назвать чудом, он метнул её во вражеский строй.

Она перелетела через уже прореженные им ряды низкорождённых и аккуратно приземлилась на голову многорукому магу, со всех пятнадцати пальцев кидавшегося в Миктората крошечными кровавыми сгустками.

Аспер, формируя ещё одну такую же